Все это Умбра положила на стол перед Ванессой, и хмуро поглядела на подругу.

— А знаешь, что? — решительно сказала Ванесса, отрываясь от бумаг. — А и хвала Богине! Наконец-то все решилось и, может быть, нам всем теперь будет легче жить, как хищницам, так и ланям тоже!

После исчезновения Моники мир, наконец, вернулся в Сакуру. Между хищницами исчезло соперничество, и даже возникла дружба. В Церемониальном Клубе появилось еще больше участниц, и хищниц, и ланей. И многие из них приняли участие в шикарной церемонии прощания, которую устроила лично Умбра.

Нелли стала очень популярна среди как хищников, так и добычи. Считалось, что она способствует общению между этими двумя разделенными социальными группами, и может помочь любой девушке, невзирая на то, к какому виду та относится, и какова ее проблема. Это, разумеется, приводило к новым приключениям, к огромному неудовольствию телохранительницы Нелли, Умины.

Анна находилась в своей мастерской, в которую, с разрешения коменданта, переоборудовала бесхозную кладовку, примыкавшую к их с Дженной комнатам. Комнатушка была крошечной, но Анна умудрилась впихнуть в нее верстак, маленький токарный станок, полку с инструментами, и несколько ящиков материалов, заготовок, деталей и электронных схем. Сейчас одетая в робу девушка паяла одну замысловатую микросхему — самодельный датчик для сенсорного блока Титана, который будет передавать дополнительные данные Пилоту по отдельному каналу.

Сзади резко распахнулась дверь, но Анна даже ухом не повела. За проведенные вместе несколько месяцев, ей удалось вколотить в Дженну понимание того, что вторгаться в ее маленький мирок нельзя никому, и особенно ей. Взбалмошная блондинка крушила все на своем пути, часто попросту не замечая причиненных разрушений, но, к счастью, помещение бывшей кладовки было настолько крошечным, что его дверь открывалась строго наружу, и Дженна просто физически не могла ею что-нибудь зацепить и обрушить.

Блондинка замерла на пороге, но не потому, что догадалась вежливо дождаться, пока на нее обратят внимание. Нет, она просто бежала со всех ног, и ей нужно было пару секунд, чтобы перевести дыхание и набрать воздуха в легкие. После чего она сразу же радостно закричала в полный голос:

— Анна! Анна!

Вечно серьезной обитательнице мастерской хватило этой пары секунд, чтобы морально приготовиться к приближающейся буре (эмоций). Она отложила паяльник в сторону и, не оборачиваясь, спросила:

— Ну, что?

— Анна! А давай займемся, — блондинка страстно выдохнула, и ее третьего размера грудь взволнованно колыхнулась, — ом?!

Анну бросило в жар, от подскочившего давления в ушах зашумело, и последнее слово она практически не расслышала. Ей даже пришлось приложить руку к носу, чтобы убедиться, что из ноздрей не пошла кровь. Потрясение тут же сменилось гневом, и разъяренная Анна мгновенным движением развернулась к своей соседке по общаге.

— Ты что несешь?! Мы же с тобой девушки, между прочим!

— Ээээ. ну, да?

Анна опешила, осознав, что Дженна растерянно смотрит на нее, хлопая глазами и не понимая, о чем, собственно, речь. Анна слегка нахмурилась, прокрутив ситуацию перед глазами еще раз. Может быть, это она где-то налажала, для разнообразия?

— Так, — Анна ткнула указательным пальцем в сторону Дженны, — ну-ка, повтори еще раз, что ты сказала?

— Я сказала Давай займемся текстом! — глядя на то, как вытягивается лицо соседки, блондинка поторопилась напомнить. — Помнишь, ты обещала помогать мне с фанфиками?

Анна хлопнула себя ладонью по лицу, только сейчас поняв, что блондинка держит в руках несколько исписанных мелким красивым почерком листов. Ну, конечно! Как можно было оказаться такой дурой, чтобы предположить, что.

— Ты обещала. — расстроенно протянула Дженна, по-своему истолковав этот жест, и решив, что соседка сейчас начнет отказываться.

— Да-да, конечно! — поспешила успокоить ее Анна. — Давай сюда, я просмотрю.

— Спасибо, Анна! — радостно прочирикала блондинка, протягивая листы.

— Ну, все, можешь идти. Я потом принесу, когда проверю, — ворчливо ответила Анна, опершись на верстак, и пробегая глазами первые строчки.

— Спасибо! — воскликнула Дженна, выбегая из мастерской.

Оставшись в одиночестве, Анна молча изучала творение хаотичного разума.

— Опять яой. Да сколько можно? — проворчала она, доставая из кармашка ручку. — Это, блин, уже через чюр .

Насыщенная событиями неделя, наконец, закончилась. Прозвенел звонок с последней пары, и менее чем через десять минут стайки девушек, радостно шумя, устремились из учебных корпусов на выход из Сакуры.

В общежитии, в квартире Шаан и ее соседок, начались сборы. Настало время отправиться навстречу приключениям за пределами Датиана. Время, которого София страшилась и одновременно ждала с нетерпением. Она сделала свой выбор, и хотя неизвестность пугала девушку, она кое-чему еще научилась от своей покровительницы — решительности и готовности идти вперед, невзирая на страх.

Во второй половине дня, когда солнце только начало клониться к горизонту, Шаан и София были готовы выступать. Шаан надела свой обычный оливкового цвета жилет, застегнув на талии пояс со снаряжением. На плечо нага закинула завернутую в плащ винтовку — светить оружие в городе не следовало. Из-за плеч Шаан выглядывал большой рюкзак, отчего ее фигура казалась сгорбленной. Анаконда собралась очень быстро, и нетерпеливо ждала, пока оденется ее подопечная.

София надела угольно черную форму, которая досталась ей от Венди, и практически идеально подходила по размеру, благо начальница Шаан была одного роста и телосложения с Софией. Униформа состояла из водонепроницаемого свитера-водолазки, сохранявшего тепло даже без подогрева от подключаемой электрической батареи, джинсовых штанов из жесткой ткани, устойчивой на удар и разрыв, пары ботинок и перчаток. Шаан помогла подпоясаться ремнем и застегнуть его замысловатую застежку. На крепежи ремня нага прицепила поясную сумку, аптечку, и нож. За спиной у Софии тоже был рюкзак, темного оливкового цвета, но значительно меньше размером. В нем девушка несла несколько упаковок армейского рациона, три смены одежды, предметы гигиены и дополнительную аптечку.

Шаан придирчиво осмотрела соседку со всех сторон, убедившись, что все сделано как надо, ничего по дороге не свалится, не расстегнутся ботинки или штаны. Только после этого анаконда удовлетворенно кивнула, и объявила, что они готовы выступать.

Пара вышла в коридор, по щелчку с брелка Шаан свет погас, а роллета с грохотом опустилась. София вздрогнула. Ей стало страшно. Раньше Шаан всегда уходила одна — туда, в черную неизвестность, а она, София, оставалась дома, в светлом и теплом помещении, за надежной дверью, где чувствовала себя в безопасности. Но сейчас она шла вслед за своей подругой, борясь с подкатившим чувством тревоги, усугублявшимся мрачной осенней погодой и серыми тучами, которые заволокли небо.

Шаан упорно ползла вперед, молча и не оглядываясь, чтобы убедиться, что подопечная не отстает. И Софии приходилось торопливо семенить следом, пытаясь приноровиться к темпу движения змеиного хвоста, который скользил по земле, извиваясь из стороны в сторону.

Они дошли до ворот Сакуры и пересекли красную линию, отделявшую Охотничьи Угодья школы, место, полное страха, опасности и смерти, от внешнего мира, где Закон гарантировал жизнь и безопасность. Здесь люди и другие существа могли спокойно перемещаться по улице в одиночку, радуясь жизни и не боясь каждого шороха за углом или встреченных хищников.

Нага и человек двигались по тротуару, лавируя среди потоков горожан. Основную массу прохожих, как это обычно бывало в Безопасных Зонах, составляли люди. Помимо них довольно часто попадались кролики или другие виды Зеленых. Лишь изредка в толпе мелькали горожане-хищники — то промелькнет покрытая шерстью фигура волка или лисы, иногда проползет нага, или медведь, пробираясь через толпу, вынуждает ее расступаться, чтобы через несколько шагов снова сомкнуться у него за спиной.