С крыши одного из домов прилетела стрела, и лис едва успел отреагировать, увернувшись в последний миг. Стрела срикошетила от наплечника его легкого доспеха, не нанеся вреда, только обозлив хищника.

— Лапис, сделай что-нибудь с лучниками! — рявкнул он команду.

— Поняла! — веселым звонким голосом откликнулась фея.

Ее стрекозиные крылья замелькали, прекрасная и стройная лесная волшебница в один миг взлетела наверх, на крышу дома, с которого летели стрелы. Она вынырнула из-за края крыши рядом с одним из лучников, который, вскрикнув, отпрянул назад, напуганный ее внезапным появлением.

— Привет!

Человек резко бросил лук и выхватил меч из ножен, с яростным воплем кинувшись на фею.

— Не-не-не. шалунишка! — строго возразила Лапис, погрозив ему пальчиком.

Вокруг мужчины вдруг вспыхнули парящие в воздухе блестки, и прямо на бегу он начал стремительно уменьшаться, при том, что оружие, доспех и снаряжение оставались того же размера, что и были. Буквально пара шагов, и ставший крошечным человечек с едва слышным вскриком упал на поверхность крыши, заваленный сверху собственными вещами.

— Ой-ой! Ты там в порядке?

Фея описала указательным пальцем полукруг в воздухе, и из кучи барахла в воздух воспарила крошечная фигурка обнаженного человека. Стражник стал настолько маленьким, что теперь с легкостью мог поместиться Лапис в ладонь и не только.

Еще движение пальца, и пискливо кричащий человечек в одно мгновение перенесся по воздуху ближе к Лапис и влетел в ее предусмотрительно приоткрытый ротик.

— А-а-ам! — радостно сообщила фея, сомкнув пухлые розовые губки.

— М-м-м! — довольно замычала она, перекатывая человечка во рту, словно конфету, языком старательно слизывая его терпкий солоноватый привкус.

— Глк! — чуть запрокинув голову, хищница совершила натужный глоток, по ее тонкой шейке с трудом спустился вниз плотный комок.

— У-уф! — облегченно выдохнула Лапис.

Как и большинство представителей своей расы, телосложением фея походила на человеческую девушку-подростка, поэтому каждое проглатывание добычи требовало немного дополнительных усилий. Успешно сглотнув, Лапис погладила себя по обнаженному животику, на лице девушки блуждала довольная улыбка. Все это время остававшиеся с ней на крыше трое лучников наблюдали за происходящим, замерев на месте, словно завороженные.

— Ну, кто следующий? — Весело обратилась к ним фея.

Очнувшись от оцепенения, бойцы противника пришли в движение. Ближайший лучник тоже выхватил меч, и кинулся на Лапис, повторив маневр своего товарища. Натянуть тетиву и спустить стрелу на таком расстоянии он все равно бы не успел. Лапис, отвлекшаяся на проглатывание добычи, отреагировала поздно. Она не успела щелкнуть пальцами и уменьшить и этого атакующего, времени хватило только на то, чтобы отскочить назад, уворачиваясь от взмаха меча.

— Воу, воу, полегче!

Фея взмахнула рукой, и этот противник мгновенно превратился в маленького человечка, оружие и легкие доспехи, которые он носил, осыпались на крышу.

Воспользоваться заклинанием левитации, чтобы подобрать вкусняшку, Лапис не успела — мимо промелькнула стрела, вынудив фею рефлекторно пригнуться. Бой продолжался, и дальнейшее пиршество только после победы. Еще одна стрела, выпущенная последним, четвертым лучником, находившимся от нее дальше всех, чуть не попала девушке с крыльями в грудь, но Лапис успела вскинуть скрещенные руки и мысленным усилием материализовать защиту. Волшебный щит вспыхнул голубым, когда в него попала стрела, на фее не осталось ни царапины, однако это было слишком близко, и Лапис решила, что нужно решительно заканчивать побыстрее.

Спрятавшись за надстройкой мансарды, фея выставила из-за кладки ладонь и провела из стороны в сторону широким веером. Невидимые лучи ее магии, уменьшавшие в размере все живое, на что попадали, накрыли еще одного лучника, и на крыше образовалась третья груда кожаных доспехов. Нервы последнего лучника не выдержали, и он с воплями бросился наутек, потеряв волю к сопротивлению.

Хмыкнув, Лапис не стала его преследовать. Вместо этого она извлекла из-под кучи вещей очередную вкусняшку и отправила в рот. На этот раз фея не стала затягивать, как бы чего не случилось, а проглотила человечка сразу. Обернувшись, она магическим зрением поискала еще одного, однако предыдущая куча доспехов была уже пуста — уменьшенный лучник выбрался из нее и куда-то запропастился, спрятавшись в какую-нибудь щель. Там он будет дожидаться, пока не пройдет действие ее заклинания, если, конечно, его раньше не съедят кошки или крысы.

Пожав плечами, фея обратила внимание на обстановку на улице. В ее животике уже трепыхались две свеженькие вкусняшки, и пока этого достаточно — битва только началась, и впереди наверняка будет еще!

Мирту, и его троим товарищам на земле, приходилось не сладко! Несколько стражников им удалось смести вместе с баррикадой, еще одного Мирт зарубил. Но оставалось еще пятеро, и они, не мешкая, кинулись на прорвавшихся хищников, рассчитывая расправиться с ними, до того, как другие осаждающие успеют прийти лису на помощь. К стражникам тоже наверняка спешит подкрепление, у Мирта и его бойцов есть меньше минуты, чтобы успеть пробить брешь в обороне города.

Ближайший из копейщиков атаковал Ирою. Бесстрашная и безбашенная амазонка прорвалась дальше всех, обскакав с левой стороны и Кротрикса, и Мирта. Полуобнаженная девушка, большую часть защиты которой составляла вера в Богиню и уверенность в своих навыках фехтования мечом, легко отразила резкий выпад копья. Второй копейщик тоже пытался попасть в нее, но опытная мечница ловко крутилась, уверенно отражая выпады, и грациозно, словно танцуя, уходила от ударов. Затем, улучив момент, Ироя пропустила очередной выпад мимо себя, грациозно крутанувшись в сторону, и замахом из-за плеча ловко снесла нанесшему удар копейщику голову. Его товарищ отпрянул с испуганным вскриком.

Теперь оставался один противник, но прежде, чем Ироя с кровожадной ухмылкой успела приступить к нему, подскочил Маки. Сжимая в обеих руках по короткому мечу, обращенный в верформу волк обрушился на второго копейщика и зарубил его несколькими сильными ударами.

В нескольких шагах от этой схватки раздраженно ревел Кротрикс. На него, как и на Ирою, насело сразу два противника, однако подвижностью и навыками амазонки ящер не обладал. Все, на что Кротрикс мог рассчитывать — толстая чешуя и поразительная устойчивость к физическим повреждениям. Ящер принял один из ударов прямо на грудь, прикрытую свисавшим с шеи щитом, затем двинулся вперед, на атакующего. Копье с треском разломалось, потрясенный стражник не успел отскочить назад, и удар когтистой лапы буквально располосовал его.

Мирт, опытный мечник, еще до прихода в регион Датиана закаленный несколькими длительными и опасными приключениями, тоже довольно легко расправился со своим противником. Отбив в сторону наконечник копья, лис сделал шаг вперед, и ответным ударом проткнул копейщику грудь через кольчугу. Захрипев, тот сполз на брусчатку улицы, заливая ее хлынувшей кровью.

Оставшиеся стражники, видя столь сильное преимущество противника, начали пятиться назад, выставив копья перед собой, чтобы на них труднее было наброситься. Мирт одержал первый успех в этом сражении — вся схватка заняла меньше тридцати секунд, и к тому времени, как к стражникам подошло подкрепление, брешь в баррикадах уже наводнили хищники. Они успели выскочить на широкое пространство улицы и развернуться, схлестнувшись с защитниками города широким фронтом. Численное преимущество и физическое превосходство большинства хищников над людьми позволило атакующим переломить ситуацию в свою сторону, и начать серьезно теснить стражников.

Казалось, что брешь в обороне защитников, наконец, проделана. Однако у Роланда на этот случай имелся вариант ответа — основную, пусть и не самую многочисленную, силу его войск составляли не стражники, а хорошо обученные и экипированные рыцарские копья . Каждое копье состояло из рыцаря, обычно выходца из одной из благородных семей города, обучавшегося сражаться и защищать Блейдвелл с самого детства, пары тяжелых пехотинцев ему в помощь, нескольких простых мечников и лучников. Эти войска Роланд разделил на крупные отряды, и каждому из них назначил участок линии обороны для усиления, либо поставил в резерв, который можно было перенаправлять туда, где срочно требовалось подкрепление.