— Если бы меня мог одолеть в бою дикарь, вроде тебя, Мирт, то я никогда не сумел бы построить процветающий город посреди джунглей! — насмешливо прокричал герой, вновь перехватывая меч. Челюсти Мирта сжались от злобы так сильно, что зубы заскрипели.

— Кротрикс! — крикнул лис, призывая на помощь самого тяжеловесного бойца в своем отряде, главной надежде противостоять яростному напору вооруженного магическим оружием и закованного в тяжелый доспех человеческого героя.

Но Кротрикс не слышал отчаянного призыва. В его висках гулко пульсировала кровь, мощное сердце бешено колотилось — среди героев противника он узрел прекрасную эльфийскую деву, стройную, молодую и сочную. Все его существо немедленно возжелало ее, во рту началось бешеное слюноотделение. Тягучими сгустками слюна текла из приоткрытой в немом восхищении пасти, тянулась нитью вниз, образовав лужицу у ног ящера. Эльфийка пахла просто изумительно, и полностью соответствовала описанию Редкой или даже Легендарной добычи, рассказы о которых передавались среди хищников подобно устному фольклору, прекрасной сказке, которой не суждено сбыться в реальности. И вот Кротриксу так повезло. И все мысли об идущем сражении тут же вылетели из головы слабоватого на интеллект здоровяка, оставив только голый первобытный инстинкт охотника.

Через мгновение, очнувшись от прострации, хищник с ревом ринулся к вожделенной добыче, бросив оружие, чтобы не мешало, и протягивая обе когтистые лапы, нетерпеливо сжимая и разжимая пальцы.

Увидев его, Арабелла в ужасе взвизгнула, ее лицо перекосилось от страха. Туша ящера неслась прямо на нее с совершенно очевидными намерениями, из широко открытой пасти во все стороны летели слюни.

Арабелла торопливо спустила тетиву, практически не целясь, ведь с такого расстояния в крупного хищника промахнуться почти невозможно. Стрела просвистела в воздухе, и воткнулась в толстую пластину, защищавшую грудь и живот Кротрикса. Этого попадания ящер даже не заметил. Он домчался до эльфийки, не успевшей отреагировать, и пасть хищника сомкнулась у девушки на голове!

— Мммффф!

Кротрикс схватил добычу за запястья и с силой стиснул, вынудив бросить лук. Девушка трепыхалась изо всех сил, но вырваться из стальной хватки хищника, почти в два раза больше ее размером и в пять раз больше по весу, не могла. Кротрикс перехватил оба запястья эльфийки левой лапой, а правой сдирал с нее колчан с зачарованными стрелами, ножны с кинжалом, пояс со снаряжением и зельями, рвал в лохмотья легкую тканую одежду.

У феи Лапис и волшебницы Иви Беренгер разгоралась собственная дуэль. Фея определила человеческую девушку как главное препятствие использованию магии в этом бою. Физически более слабая, чем люди, фея полагалась на волшебство практически во всем, в особенности в вопросах охоты и сражений.

Чтобы успешно противостоять магу из Орсаны, следовало подобраться поближе, на такое расстояние, на котором можно задействовать больше заклинаний из своего арсенала, и использовать их эффективнее, не теряя часть силы на рассеивание из-за расстояния. Лапис привычно обратила собственную магию на себя, сделавшись размером с воробья, и полетела в сторону соперницы.

Самоуверенная фея позабыла, что имеет дело не с простой добычей, а опытным боевым магом. Хоть уменьшенный размер делал Лапис плохо заметной для простого человеческого взгляда, глаза Иви Беренгер светились голубым светом — волшебница следила за противницей истинным зрением, для которого большая концентрация магии в организме феи светилась так же ясно, как факел в ночи.

Волшебница направила посох в центр видимого истинным зрением свечения магии, и выкрикнула заклинание. Улицу на мгновение озарила молния, с грохотом ударившая в крошечную фею. К счастью для Лапис, запас магических сил, а не размер, определял сопротивляемость таким атакам — за мгновение до удара, поняв, что произойдет, крылатая хищница скрестила перед собой руки и наколдовала магический щит, поглотивший большую часть урона. Руки обожгло вспышкой, Лапис зашипела от боли.

— Мерзавка! Ну, погоди!

И фея вильнула в сторону, решив, что бросаться в лоб на такого противника неблагоразумно.

Едва началась схватка, Алиатан воспользовался тем, что все внимание отвлечено на Роланда и Оргилафа — самых опасных бойцов. Убийца плотнее закутался в темно-зеленый плащ, и скользнул в сторону, словно тень, которую разогнал свет вспыхнувшего клинка. Вдоль стены так удачно выстроились бочки и оказались сложены какие-то пустые ящики. Алиатан скрылся за ними, надеясь, что в горячей схватке никто не обратил на это особого пристального внимания. Он видел, в какую беду попала Арабелла, однако его отделяло от ящера и эльфийки все пространство улицы, на которой происходило сражение, а Оргилафу, на которого насели сразу два противника, тоже срочно нужна помощь. Убийца замер, хладнокровно принимая правильное решение, от которого может зависеть исход всей схватки.

Через мгновение выбор был сделан, и скрытая плащом фигура скользнула на помощь Оргилафу, который пыхтя и матерясь отмахивался молотом от волка и амазонки. Оба противника оказались слишком ловки и стремительны для того, чтобы можно было попасть по ним столь неповоротливым оружием. Но также оба хищника увлеклись сражением, сосредоточив все внимание на том, чтобы не попасть под сокрушительный удар. Отскочив от очередного замаха, Ироя взревела, обращаясь в альтернативную форму. Получившаяся мускулистая громадина довольно осклабилась, глядя, как Маки один сдерживает напор кузнеца. Еще миг, и с помощью дополнительной силы она сможет нанести такой удар, чтобы пробить доспех кузнеца и свалить его.

В этот момент Алиатан и нанес удар. Тычок мечом пришелся в бок кожаного доспеха амазонки, лезвие меча вошло в район печени с противным чавкающим звуком. Убийца тут же вытащил лезвие и отпрыгнул, опасаясь ответного удара наотмашь вслепую. Ироя вскрикнула, отпрянув и схватившись за рану. Обернувшись, она с удивлением обнаружила противника у себя за спиной. Могучая верформа начала слабеть, удар, который стал бы смертельным для простого человека, оказался чувствительным даже для благословленной божественной магией Богини хищницы.

— Ах, ты. трус и подлец! — сквозь стиснутые зубы процедила девушка.

В ее мировоззрении на такой трусливый удар вместо честной драки лицом к лицу были способны только законченные подонки. Хотя она сама не постеснялась бы напасть на добычу из засады, но ведь это ради пропитания и касалось только ланей! ВОИНЫ должны сражаться друг с другом по-честному!

— Я тебя за это лично четвертую! — прорычала девушка, мгновенно забыв про Оргилафа и Маки, которому могла понадобиться помощь.

— Попробуй, — последовал равнодушный ответ.

Алиатан уже далеко отошел от спасительных бочек, за которыми можно укрыться, теперь только драка, его умение и опыт, против навыков, опыта и силы амазонки. Но она ранена, и нужно лишь продержаться достаточно долго, пока могучая хищница не ослабнет от потери крови достаточно для того, чтобы с ней покончить.

Зарычав от ярости, Ироя ринулась на человека, но первый же удар оказался поставлен плохо, сказывался болевой шок. Алиатан с насмешливой легкостью уклонился, отойдя еще дальше, оттягивая озверевшую амазонку от Оргилафа и разворачивая к нему спиной. Если кузнец быстро справится с волком, то сможет атаковать хищницу со спины — у нее нет глаз на затылке, удара молотом сзади она не заметит, и будет сокрушена!

Неподалеку Роланд и Мирт продолжали дуэль. Лис метнул в рыцаря еще один кинжал и, на этот раз, попал в сочленение доспеха. Кинжал тут же выпал, не сумев войти так глубоко в плоть, как рассчитывал Мирт.

— Еще раз тебе говорю, эти трюки не помо. — лицо героя исказила гримаса боли, нанесенный на лезвие кинжала мощный нервно-паралитический яд практически мгновенно начал действовать, и раненое место жгло, словно раскаленным железом. — Вот же, сука!

Мирт попытался воспользоваться шансом и атаковать Роланда, но герой оставался начеку — быстрый взмах меча пресек попытку. Уклониться лис не успел, в последний момент сумев подставить свое оружие. Пылающий магический клинок и лезвие из легированной стали скрестились, вспыхнуло пламя, посыпались искры, и Мирт покатился по брусчатке — даже столь небрежный удар в исполнении Роланда имел достаточно силы, чтобы опрокинуть хищника!