Тамита очнулась от задумчивости, и отвела взгляд от окна, переведя его на посетителей. Внимания Защитницы терпеливо ожидали ее помощница Анариель, и советник Линне. Последний держал в руках папку с бумагами, где на нескольких страницах Совет своими подписями заверил готовящийся законопроект. Ангел лениво проглядела содержимое документа, привычно отмечая важные детали. Все то же самое, что и на предыдущем заседании, когда очередные экономические меры только обсуждались. Сейчас они просто приобрели форму, положения, в рамках которых будет регулироваться очередной аспект торговли с другими мирами. Красивым каллиграфическим почерком Тамита расписалась на последней странице, и шлепнула личную печать, с узором ангельских крыльев, обрамлявших символ Артемиды — лук с наложенной на него стрелой.

— Все, хватит, я устала, — объявила она, возвращая документ советнику. — Давайте сделаем обеденный перерыв?

— Совет уже рассмотрел все основные документы на сегодня, — согласно кивнул Кудапир Линне, — вы можете закрыть сессию, если хотите, госпожа.

— Вот и отлично! — просияла Защитница. — Мне сегодня есть над чем подумать помимо торговых пошлин и очередных статей импорта. Сообщите советникам, пожалуйста.

— Конечно, госпожа.

Советник Линне поклонился, и направился к выходу.

— Анариель, будь добра, попроси, пусть мне принесут обед.

— Сию минуту, госпожа!

Анариель скрылась за дверью, и через несколько минут, которые Тамита снова задумчиво пялилась в окно, в дверь постучали. Получив разрешение, в кабинет вошла девушка-фея, одетая в униформу служанки, она обеими руками несла накрытое крышкой блюдо с высокими краями. Фея была красива, с правильными симметричными чертами лица, пухлыми губками, и лукавыми светло-зелеными глазами. Из копны коротких, до плеч, каштановых волос торчали подрагивающие усики-антенны, а за спиной шевелились крылья как у бабочки, покрытые замысловатым сине-фиолетовым узором. Она поставила блюдо на стол перед Защитницей, благодарно улыбнувшейся в ответ.

— Приятного аппетита, госпожа! — прощебетала служанка, слегка краснея.

— Спасибо, можешь идти, — сообщила ей Тамита и, дождавшись, пока девушка покинет кабинет, приподняла крышку над блюдом. — Та-а-ак, что у нас здесь?

Шесть пар крошечных глаз с ужасом уставились на нее. Шестеро обнаженных, связанных по рукам и ногам, с кляпами во рту, людей лежали на дне фарфоровой миски, уменьшенные до размеров крупных ягод. Вокруг них служанка красивыми узорами выложила в качестве гарнира листья салата и разноцветные ягоды.

Перепуганные жертвы затрепыхались, мыча от страха. Они были связаны так, что могли только перекатываться по дну миски, не в силах подняться или сделать хоть что-нибудь для своего спасения. Над ними нависло огромное, с их точки зрения, лицо прекрасной девушки-ангела, лукаво ухмылявшейся и следившей за ними небесно-голубыми глазами.

— Так, так, так.

Тамита медленно облизнулась, рисуясь перед Добычей, позволяя жертвам вблизи рассмотреть ее красивые тонкие губы, скользнувший между ними ловкий язычок. Затем ангел улыбнулась, показывая ровные белоснежные зубки, с чуть выступающими резцами. Это зрелище вызвало в миске очередной дружный скулеж, едва слышный, поскольку при таком размере их голоса звучали не громче мышиного писка.

Не переставая улыбаться, ангел протянула руку, и осторожно взяла одного из крошечных человечков двумя пальцами. Тот извивался, безуспешно пытаясь вырваться, глядя, как широко раскрывается ротик Защитницы, обнажая зубы, розовый, покрытый слюной язык, и черный провал глотки за ним. Невзирая на негодующий протест человечка, ангел небрежно сунула его на язык, и захлопнула рот.

— М-м-м-м! — довольно промычала Тамита, ворочая вкусняшку языком, и обсасывая словно конфету.

Она облизывала живой, извивающийся кусочек плоти со всех сторон, нежный уникальный вкус возбуждал ее вкусовые рецепторы, желудок нетерпеливо заурчал, когда тело отреагировало на начинающуюся трапезу.

Наконец, ангел слегка запрокинула голову и глотнула — по тонкой девичьей шее вниз спустился продолговатый комок, в котором едва угадывалось человеческое тело. Тамита почувствовала, как человечек спустился вниз по глотке, наконец, завершив свой путь у нее в животике. Оказавшись в желудке, он принялся энергично извиваться, вызывая чувство щекотки, от которого по телу волнами расходилось легкое приятное возбуждение.

— А-а-ах! Это было просто прелестно! — сияя от удовольствия, сообщила Защитница оставшимся сотрапезникам.

Те, впрочем, не разделяли ее оптимизма по этому вопросу. Отчаянно извиваясь, пятеро оставшихся людей пытались изо всех сил отползти подальше от неумолимо опускавшейся в тарелку за следующей жертвой руки Закона . Некоторые из них что-то отчаянно мычали, словно пытаясь докричаться до Тамиты через кляпы из вязкой, напоминавшей плавленый сыр, пасты.

— Ну-ну, мои дорогие, — строго сказала им ангел, — у каждого из вас уже прошло судебное разбирательство, а я здесь не провожу пересмотры дел! Вы все были плохими мальчиками, нарушали Закон — грабили, насиловали, убивали, при этом, не платили налоги! Теперь вы можете рассчитывать лишь на то, что наша Богиня проявит к вам милосердие, а я лишь обеспечу вам с ней встречу — через свой животик!

И подмигнув оцепеневшим от ужаса людям, ангел ловко подхватила еще двоих, закинув их в рот одновременно. Насладившись вкусом каждого из них, Защитница поочередно проглотила обоих. Один из комков вдруг застрял у нее в горле, отказываясь спускаться ниже — жертва сумела извернуться так, чтобы упереться в стенки глотки и, невзирая на обильную смазку слюной, замедлить свое скольжение вниз. Поморщившись, ангел запрокинула голову, и провела по горлу пальцами, протолкнув застрявший кусочек вниз.

— Вот не люблю, когда так делают — некрасиво! — высказала Защитница свое недовольство оставшимся на тарелке человечкам.

Она взяла с тарелки четвертого приговоренного и поднесла его ко рту.

— Ох.

Тело внезапно пронзил укол наслаждения, от которого крылатая девушка рефлекторно выгнулась в кресле, погладив ладонью живот. У человечков в ее животе освободились руки и ноги, когда растворились связки, сделанные из легко усваиваемого материала. Теперь несчастные жертвы отчаянно извивались, пытаясь руками и ногами раздвинуть стенки сдавливавшего их желудка, из которых уже выделялась жгучая кислота. Ангел ощущала их словно комок, шевелящийся внутри, отчего в ее теле только усиливались приятные ощущения (и выделение желудочного сока).

— О-о-ох. — Тамита просяще посмотрела на того человечка, которого держала в руке. — Когда будешь там внизу, будь добр, скажи, чтобы не останавливались — пусть сделают девушке приятно, ммм?

Прежде, чем находившийся в полной панике мужчина успел хоть что-то промычать в ответ, ангел ловким щелчком пальцев отправила его в рот, быстренько облизала языком со всех сторон, наслаждаясь вкусом, и смазывая еду слюной, и проглотила.

Через минуту она уже наслаждалась пятым человечком, обсасывая этот кусочек с особым удовольствием — умничка фея каждого из Добычи смазала каким-то соусом, чей вкус ни разу не повторился.

В этот момент в дверь постучали.

— Фойтите! — промычала Тамита, языком запихнув человечка за щеку.

Дверь открылась, и в кабинет вошла Анариель, несколькими торопливыми шагами подойдя к столу.

— Госпожа! — заметив ее возбужденное состояние, Тамита удивленно приподняла брови. — Наемник господина Сэйджа вернулся. И он приволок с собой мертвого демона!

Защитница торопливо проглотила то, что оставалось у нее во рту, подобравшись в своем кресле, быстро перейдя из ленивой расслабленности в состояние полного внимания и активности.

— Когда?

— Только что! Наемник притащил тело на крайний пост рейнджеров, и оттуда их привезли прямиком во дворец! Господа Сэйдж и Арэт уже собрались в смотровой комнате, ждут только вас!

— Идем!

Тамита вскочила с места, решительно направившись к двери. Подумав, что это выглядит слишком торопливо со стороны, ангел чуть сбавила шаг, приосанившись, как подобает, и величавой поступью двинулась по коридору.