— Привет. ээ. Марта?

— Да, все верно! — улыбнулась девушка в ответ. Одним из качеств Амелии, которое вызывало восхищение ланей, была способность запомнить по именам каждую из нескольких десятков студенток в группе. — Чем могу помочь, президент?

— Помочь? О, да-да! Ты как раз можешь мне помочь! — Амелия ухватилась за это слово, поскольку заранее не составила плана охоты, и о чем будет говорить с Добычей, чтобы отделить ее от стайки и полагалась на импровизацию по обстоятельствам. — Видишь ли, мне нужно, чтобы ты кое-что сделала для меня, но только не здесь. Давай отойдем в одну из соседних аудиторий. Это не займет много времени.

— Ой. Я не знаю могу ли я. — засомневалась Марта, опасливо покосившись в сторону Нагисы, с которой, как все знали, Амелия была неразлучна, особенно после приключения с Амуной.

Ламия, однако, не смотрела в их сторону, но, хоть Марта и не могла об этом знать, внимательно слушала своим особенным слухом, позволявшим выделять нужные звуки из общего фона.

— Не волнуйся, она с нами не пойдет, — мелодично пропела Амелия, добавляя в голос немного своей магии, одновременно успокаивая сидящую перед ней лань, и отвлекая всех вокруг.

Все, кто слышал ее пение, даже если они не осознавали слов, попадали под влияние, становясь расслабленными, сонливыми. Девушки вокруг них продолжали разговаривать друг с другом, механически, но теперь их внимание стало рассеянным, и ни одна не обратит внимания на нелогичности в разговоре с Амелией, странные предложения выйти непонятно куда. Ни одна не повернет головы, если они пройдут мимо, а после не сможет точно вспомнить, что происходило в этот промежуток времени. Только Нагиса, которая знала, куда смотреть, и на которую такая магия действовала значительно слабее, заметила происходящее. Ламия улыбнулась от гордости за свою ученицу.

Подействовало это и на Марту. Она обмякла на стуле и расслабилась, а зрачки ее глаз слегка расширились, больше, чем следует.

— А. ну, ладно. тогда. Если только быстро. — забормотала она, не совсем отдавая отчет своим словам, и не очень понимая куда и для чего нужно пойти с президентом. Но ведь Амелия так добра, так мила, всегда готова всем помочь, разве можно не ответить тем же?

— Ну, так пошли, — сказала Амелия, нетерпеливо беря девушку за руку и помогая ей выбраться из-за парты.

Амелия двинулась к выходу из аудитории, ведя за собой кудрявую девушку, метнув в сторону Нагисы торжествующий взгляд. Ламия ответила кивком и довольной ухмылкой.

Сирена отвернулась и собралась покинуть аудиторию вместе с добычей, когда внезапно требовательный голос остановил их.

— Адну минутачку! А что это такое тут происходит?

Амелия резко развернулась и столкнулась с жестким взглядом желтых глаз Тайли. Новенькая девушка, которую подселили к Марте в общежитие, оказалась единственной, кто обратил внимание на то, что Амелия за руку уводит Марту из аудитории.

— А, привет. Тайли. Не волнуйся, мы с Мартой просто ненадолго отойдем, чтобы она могла мне помочь. кое с чем.

— С чем? — не унималась Тайли, вопросительно подняв бровь.

— С одним делом, — пропела Амелия, и с ужасом увидела, что выражение лица Тайли не поменялось.

Точнее, на нем возникла насмешливая ухмылка, а магия совершенно очевидным образом не подействовала на девушку. Еще хуже было то, что Марта и окружающие стали обращать внимание на ведущийся разговор. Амелия заволновалась, не понимая, почему так случилось.

— Она никуда с тобой не пойдет, — отрезала Тайли не допускающим возражений голосом.

— Тайли, ну чего ты? — удивилась Марта. Она уже почти пришла в себя, но последнее, что помнила, что должна помочь Амелии. с чем-то.

— Марта, вернись за парту, пожалуйста, — ласково улыбаясь, попросила Тайли. — И подожди меня там, хорошо?

— А. ну, да, конечно. Как скажешь, Тайли.

Амелия с ужасом увидела, как глаза кудрявой девушки снова подернулись поволокой, и она, покачиваясь, побрела обратно на свое место. Девушки рядом тоже потеряли возникший было интерес к происходящему. А Тайли уперла в Амелию взгляд и процедила:

— Она — моя. Даже думать забудь о том, чтобы ее тронуть, иначе будешь жалеть до самой смерти, которая наступит очень быстро. Понятно говорю?

— Более чем, — сдавленным голосом ответила Амелия.

— Что-то случилось? — раздался совсем рядом голос Нагисы.

Ламия почувствовала новые волны магии, расходящиеся по аудитории. Со своего места она с беспокойством смотрела, что происходит между Амелией и Тайли, но, к своему удивлению, не услышала ни звука. Вокруг девушек словно образовался барьер, не позволявший никому подслушать, о чем они говорят. Обеспокоенная Нагиса сорвалась с места и отправилась лично узнать, что происходит.

— Ты, — Тайли ткнула в ламию пальцем, — и твоя подруга держитесь от Марты подальше! Если мне хотя бы покажется, что вы на нее засматриваетесь, то я разозлюсь, и вы этого не хотите!

— Ты полегче на поворотах Тайли. — нахмурилась Нагиса.

— Нагиса, — остановила подругу Амелия, — давай не будем связываться.

Она пошла прочь, утянув ламию за собой. Тайли проводила их внимательным взглядом, а затем вернулась за их с Мартой парту и уселась рядом со спасенной соседкой с видом победителя.

— Амелия, мы не должны позволять лани одергивать нас, а то она еще наглеть начнет. — проворчала ламия, когда они вернулись на свои места.

— Нагиса! Она развеяла мое заклинание, даже не напрягшись.

Нагиса открыла было рот, чтобы что-то сказать, передумала, и закрыла его снова.

— По-моему Тайли не лань, или, как минимум, не совсем.

— В этом году в школе все больше и больше довольно странных персонажей, — вынуждена была согласиться Нагиса.

Обе девушки уселись за свою парту, и оставались за ней до начала занятий. Охота очевидным образом была сорвана, и Амелия не рискнула возобновлять ее на других целях. Она спиной чувствовала обжигающий взгляд внимательных желтых глаз. В группе был наблюдатель. Скрытный, непредсказуемый, неизвестный, и от того опасный. Амелия и Нагиса решили, что стоит некоторое время повременить с охотами в своей группе, пока они не разберутся, кто такая Тайли и чего от нее ждать. Но требование Джессики о соблюдении формы надлежало выполнять, поэтому девушки решили устроить очередную охоту на нэко. Этот учебный год приносил кошкам чувствительные потери. Долго так продолжаться не могло, надо будет что-то решать.

Прозвенел звонок, в аудиторию вошла преподаватель, и Амелия постаралась хотя бы на время выбросить из головы беспокоящие ее вопросы и сосредоточиться на учебе.

— Вас никто не видел? — требовательно спросила Шаан.

— Не-не, никто.

— Никого.

— Хорошо.

Шаан поманила Клэр и Хиссу за собой. Они находились в одном из дальних коридоров основного корпуса их факультета. Здесь всегда было малолюдно, только смотритель время от времени проходил по коридору, проверяя, все ли в порядке.

Посреди коридора находился Т-образный перекресток, где ответвлявшийся тупиковый коридор вел в небольшой актовый зал за двустворчатыми дверьми, а все остальные двери в нем вели в служебные помещения. Этот зал теперь был заброшен, когда появился больший по размеру, и когда достроили концертный зал в отдельном здании. Теперь коридор и помещения не использовались, двери были заколочены досками крест-накрест.

Шаан обнаружила это место во время своих рысканий по коридорам, когда изучала закоулки Сакуры и высматривала логова хищниц. Зеленая нага выдернула на досках гвозди с одной стороны, оставив с другой. Дверь по-прежнему казалась заколоченной, однако теперь открывалась. Шаан вскрыла замок, и заменила его на новый. Теперь брошенный актовый зал был в распоряжении нашедших его наг. Однако и этого оказалось недостаточно.

— Ва-а-ау. — восхищенно протянула Клэр.

В зале было немного света, проникавшего через небольшие окна, которые задергивались пыльными шторами, если требовалась темнота для показа фильмов. Ряды кресел тянулись к сцене, с широким проходом от двери. Занавес был отдернут в стороны, а за ним навалены кучи пустых ящиков из-под театрального реквизита. Под высоким потолком тянулись ряды софитов и прожекторов. Забросив зал их не стали демонтировать, поскольку в новых залах стояли новые, более мощные лампы и софиты, управляемые электроникой с пульта, с регулируемой интенсивностью освещения. Здесь же воздух пропах затхлостью, железом и пластмассой никому не нужной больше аппаратуры.