— Как-нибудь в другой раз, — я криво улыбнулся. — Мастер Сай ждёт.

— Точно! — спохватилась Хлоя, будто и вправду уже забыла о приказе хозяина.

После этого девушка больше не пыталась со мной общаться, а неслась по дому едва ли не бегом. Остановились мы на небольшой развилке — дальше шла прикрытая комната, а сбоку — что-то вроде изящной столовой, где одна из стен практически отсутствовала, а часть пола была прозрачной, приделанной к камню. Так создавалось ощущение трапезы на самом краю обрыва, наполовину зависнув в воздухе.

Красиво, если бы не куча недоеденной пищи на столе и горы пустых бутылок, вокруг которых уже кружила первая стайка из мелких фруктовых мушек.

— Всё, дальше мастер нам заходить запрещает, — с ноткой обиды сказала Хлоя и ткнула пальцем на дверь в комнату. — Тебе туда!

— Полагаю, у него есть на это причины, — хмыкнул я, ещё раз оглядывая полукровку-тари. Нет, с виду девушка выглядела пусть и неряшливой, но опрятной и чистой.

За дверью оказалась уютная гостинная с пушистым диваном перед крохотным костерком — для этого здесь было предусмотрено специальное место, обложенное камнем. Часть стены слева отсутствовала — вместо неё был выход на крохотный изгиб скалы, где был небольшой сад камней с редкой порослью у самого края.

Благодаря этому внутри был чистый и свежий воздух, с лёгким ароматом благовоний. Наверное, в этом месте осталось от Змееморда больше всего. Здесь сохранился полный порядок, но не было гор пыли. И главное — я даже не сразу понял, насколько застоявшимся и неприятным был воздух внутри дома, но хорошо ощутил тут, почувствовал горную свежесть.

Сай Живодёр сидел ко мне спиной на диване, задумчиво глядя в стеклянное окно на приближавшийся грозовой фронт. И был он не один. К своему удивлению я увидел вдалеке, под самым окном, фигурку девушки с каре бирюзовых волос и круглым металлическим барабаном, на котором девушка играла тихую приглушённую мелодию.

— Альто Тёмный. Садись, не укушу. В последнее время меня вообще что-то тянет на странную сентиментальность.

— Моё настоящее имя — Альтаир, — твёрдо сказал я. — И судя по недавним событиям, я сам могу случайно откусить кому-нибудь голову.

— Хах, и правда! — его такой ответ, казалось, даже обрадовал. — Ну тогда тем более, садись. Обсудим будущее этого мира.

— Напомни, почему я должен обсуждать его здесь и сейчас с тобой, а не завтра и со всеми?

— Честно? — улыбнулся Сай. — Понятия не имею. Но мой брат решил, что так будет лучше. Завтра на переговорах вы познакомитесь с ним.

— Тогда зачем ты меня позвал?

— Ну, он считает, что раз мы с тобой знакомы, то это что-то значит. А когда мой брат что-то говорит, другие просто делают и не задают вопросов. Даже я.

— Понятно. Печально у вас там с вертикалью власти.

— Зато у нас не бывает предательств.

— Люциус Змееморд бы с тобой поспорил.

— Люциус Змееморд мёртв. К тому же, я не имел ввиду мелкую шушеру. Я имел ввиду серьёзные разногласия наверху. А этим болеют и звёздные, получив свой раскол сейчас, и механисты, у которых последнее время слишком часто меняются примархи. Ни тёмные, хотя им казалось бы вообще стыдно должно быть. Совет директоров Цеха Преобразований един, Альтаир, как и диктатура солнечного Эхмеи.

— Ты позвал меня ради Эхмеи? — понял я.

— Именно, — кивнул Сай. — Сейчас Цех и Эниранд — две самые крупные силы в регионе. Вместе мы можем решить, каким будет мир дальше. Под нашим правлением.

— Я бы не ставил Цех и Эниранд на одну позицию, — заметил я. — Эниранд в состоянии отбить совместную атаку сначала ваших с тёмными, а затем и ваших врагов. И как видишь, мой остров даже не лежит в руинах. Так, мелочи, которые будут исправлены в течении максимум ещё десятка суток. А Цех… ну, вы где-то третие, после Эниранда и Монорельса, а не вторые, как ты сказал.

— Третьи, вторые… это ведь поправимо, не так ли? Все мы знаем о том, что Днище всё ближе, хотим мы того или нет. Мёртвая магия поднимается, поглощая целые острова. И рано или поздно, она поглотит нынешние земли Анклава, как некогда пала старая Тасмия. Затем исчезнет Эниранд. Затем смерть постучит к нам в двери. Последними в этой цепи будут те, кто владеют солнечными островами.

— Поэтому вы и объявили солнечным войну, я знаю. Антаресу это дорого обошлось.

— Политика звёздных меня не интересует, — отмахнулся Сай. — Как и политика в целом. Знаешь, Альтаир… посмотри на неё, — он кивнул в сторону бирюзововолосой музыкантки, мирно игравшей на своём барабане. — Скажи, Чудо, почему ты живёшь?

— Потому что моя музыка усмиряет твоих демонов, серый мастер, — отстранённо ответила она.

— Забавная особь, — улыбка на лице Живодёра казалась странной.

Хотя чего уж там, весь его образ был странным, начиная от неопределённого возраста парня не старше двадцати, и заканчивая седыми волосами и глазами древнего старца. Можно понять тех, кого он пугал до дрожи одним своим видом.

— Она прекрасно осознаёт, что существует по моей прихоти, но похоже, верит, что так будет и дальше. И должен признать, её музыка действительно действует умиротворяюще.

— Я передам Регулусу, что его спутница всем довольна. Это ведь так? — я обратился к девушке. Если бы она заявила, что её удерживают силой или как-то дала понять, что не сильно довольна положением дел, я бы её вытащил, и плевать на политику.

Но на лице девушки была едва заметная лёгкая улыбка. В её действиях не чувствовалось внутреннего напряжения или сдерживаемой боли. Похоже, она действительно была не против сложившейся ситуации.

— Твоя воля, — пожал плечами Сай, выражая полное равнодушие. — Только если кто-то попытается у меня отнять моё, закончит как Змееморд. А он умирал до-олго!

Пожалуй, лучше мне сейчас не говорить, что настоящий магистр Люциус жив и прекрасно себя чувствует в составе шайки Мельхиора с Меасом.

— Так для чего ты меня сюда позвал, Сай? — я просто пропустил его угрозу мимо ушей. — Не для того же, чтобы показать её?

— Просто это забавный пример того, как нечто чистое и невинное, вроде неё, может сосуществовать с чем-то жутким вроде меня, и от этого союза выигрывают оба.

— И?

— Последняя война сильно сократила население и его жажду сражаться. А Эниранд, будем честны, по самым оптимистичным прогнозам, далеко не самая крупная фракция. В общем-то при всей своей мощи, у тебя на острове группа отщепенцев и беглых рабов, которых ты каким-то неведомым образом накачал силой по самые уши, что они расшвыривают высших магистров. Однако… вас всё ещё слишком мало.

— Поверь, если ты решишь продолжить войну против Эниранда, слишком мало тебе не покажется.

— Ох, и зачем только брат отправил меня говорить об этом? Ты прав, война друг с другом для нас не уместна. Но как насчёт союза? Как насчёт того, чтобы наверху, во владениях Монорельса оказались Эниранд и Цех? Остальным достанутся земли звёздных. Сейчас, на сколько я знаю, у них намечается гражданская война. После неё, думаю, хватит места и выжившим мехам с правильными тёмными. У них ведь тоже гражданская война, если не ошибаюсь?

— Вечная, только иногда дремлющая, — хмыкнул я, припомнив рассказы Сатоки и Эдельвейса. — И как знать, что вы не ударите в спину, как это вышло с самими солнечными? У вас ведь был союз против тёмной фракции?

— Наверху мы будем уже теми, кому нечего делить, Альтаир. Нашими естественными врагами будут те, кто займут континент звёздных. Однако это случится ещё очень не скоро. По оценкам наших специалистов, мёртвая магия с Днища постучится на континент не раньше чем через четыре-пять сотен лет. Может, даже чуть больше.

— Откуда такая цифра?

— Подробностей я не знаю, это не мой профиль. Захочешь — спроси на переговорах у брата или у кого-то ещё. Верхушка Ордена и звёздных тоже должна знать. В двух словах, это установлено на основе прежних темпов распространения.

— И за всё время эти темпы не росли?

— У меня нет такой информации, — скривился Сай. — Я химеролог, а не изучатель развития Днища. Что ты прицепился к этой цифре?