— Тебе уже известно, что это такое, — начал я, держа в руках фрагмент фрактальной маны. — Здесь хранятся воспоминания предыдущего фрактального мага, который, как я понял, причастен к разрушению Зехира на острова. И чтобы увидеть их, мне нужно поглотить его.

Я излагал все это предельно серьезно, чтобы Хель в полной мере осознала важность момента. Вновь прижавшись ко мне, она кивала в такт моим словам, впитывая каждое из них.

— В прошлый раз я отключился совсем ненадолго, впитав фрагмент, который забрал у Регулуса. Но этот намного больше. Я очень надеюсь, что трех дней хватит. Но хочу быть уверен, что снаружи я буду в безопасности.

Глаза Хель расширились.

— Но это может быть опасно, разве нет? Я слышала, что менталисты могут потерять свое Я, столкнувшись с более сильным разумом. А что если тот предыдущий фрактальный маг подавит тебя?

— Все в порядке, Хель. Я разберусь с тем, что будет внутри, а тебя прошу разобраться с тем, что будет снаружи. Только тебе я могу доверить свое тело. Я не знаю точно, насколько затянется этот процесс. Так что прошу тебя, будь рядом со мной. Следи, чтобы ничто не потревожило меня, пока длится погружение.

Хель крепко обняла меня, вжимаясь всем телом. И только спустя долгое мгновение она кивнула, утыкаясь носом мне в плечо.

— Буду… рядом… — едва слышно прошептала она. — Обещаю…

Я заключил девушку в объятия, трепетно поцеловав в макушку. В глубине души меня переполняло тепло и умиротворение от того, что есть та, на кого я могу безгранично положиться.

— Спасибо, Хель.

Минуту спустя я уже растянулся на койке, держа в руках колбу с туманным облаком фрактала. Хель опустилась рядом, сжав мою свободную ладонь в своих руках.

— Тали, все готово? — мысленно позвал я своего Искина. — Будь начеку и присматривай за всем!

— Как всегда, хозяин! — с явными нотками юмора в голосе ответила она.

Тоже волнуется. Разумеется, ведь предстоящий процесс не менее важен и для нее самой.

Выдохнув, я откупорил колбу. Белоснежные кубы маны внутри забились, закружились в причудливом танце, словно предвкушая освобождение!

Облако фрактальной энергии вырвалось наружу и, словно почуяв родную стихию ринулась в мою грудь, вливаясь каждой своей частицей внутрь.

Едва последний кубик растворился в глубине моей плоти, как меня подбросило дугой на матрасе, пронзая острейшими вспышками то ли боли, то ли ярчайшего наслаждения!

В следующий миг видения реальности начали расплываться. Я чувствовал, как сознание постепенно покидает тело, и ощущения от внешнего мира перестают иметь смысл. Хель склонилась надо мной. Это было последним, что я видел, после чего меня поглотила беспросветная тьма…

Вокруг простиралась беспредельная тьма бесконечного космического пространства. Здесь, среди бесчисленных звезд и скоплений туманностей, плавали разрушенные останки когда-то единого мира. Гигантские осколки, раздробленные на множество фрагментов, теперь представляли собой лишь россыпь обломков, не имеющих ни формы, ни смысла.

И все же на каждом из этих осколков еще тлела искра жизни. Словно невидимые нити удерживали их вместе, не позволяя окончательно разлететься в безбрежном океане Вселенной. Эти нити были сплетены из мерцающих белых кубиков фрактальной энергии, и тянулись они к единственному источнику — стоящему в пустоте величественному мужчине.

Его долгополая мантия развевалась от движения маны вокруг, открывая взору худощавую фигуру. Пронзительные глаза горели нестерпимым сиянием мудрости и силы. Острые черты лица, седые волосы, несмотря на достаточно молодой вид мужчины, стянутые в тугой хвост.

Это был тот же маг, что и в прошлом видении. Только теперь я видел всё со стороны.

Мерлин Великий, властелин Звёзд. а на самом деле первый маг фрактала, его отец и первый эмиссар Системы. Правда, в те времена такого понятия не существовало. Но я вдруг смутно стал ощущать пределы его возможностей, и во многом они были сродни моим. Величайший маг, достигший просветления и подчинивший себе само Время. Каждый его вдох сопровождался негромким потрескиванием фрактальных линий, сплетающихся вокруг него и послушно следующих движениям его рук.

Рядом с ним, распростертое в пустоте, покоилось бездыханное тело — тот, кто довел мир до этого разрушенного состояния. Хаосит, чья жажда власти и отказ признать свои пределы привели к полному краху всего сущего. Его глаза были закрыты, лицо искажено смертельной судорогой муки. Даже после смерти вокруг него вихрились бесформенные сполохи Распада и Энтропии.

Мерлин приблизился и коснулся прохладного лба поверженного врага. На его собственном лице проступили следы бесчисленных шрамов и ожогов — свидетельства той невероятной битвы, что разыгралась здесь совсем недавно.

— Друг мой… — тяжело выдохнул он, пробегаясь усталым взглядом по разбросанным обломкам мира. — Видит Абсолют, я не желал для тебя такой участи. Но твоя одержимость сделала тебя слепым к истинной природе Хаоса. Ты позволил потоку иной реальности исказить свой разум и погубить.

Мужчина безвольно опустил руку и прикрыл глаза.

— Теперь я вынужден действовать решительно, чтобы искоренить последствия твоего безумия. Ведь фрактал, как я убедился, действительно может быть поврежден заражению Хаосом. А это ставит под угрозу всю Мультивселенную.

Внезапно он резко вскинул голову, словно уловив какой-то сигнал откуда-то издалека. В его глазах промелькнуло воодушевление.

Последние воспоминания старого друга ещё можно было спасти. Крохотный отголосок хаоса, который никак не желал покидать его тело. В мане всегда остаётся часть сущности управлявшего ею мага. И ещё можно было прочесть последние мысли безумца.

Луч фрактальной энергии окружил поток янтарной дымки, и принялся собирать её рядом с магом.

На лице Мерлина мелькнул ужас. Наверное, впервые за множество тысяч последних лет его жизни он ощутил настолько сильное чувство страха.

— Великий Абсолют… великие боги… Друг мой, неужели всё это может быть правдой? — произнёс он, глядя в пустоту остекленевшими глазами.

В уголках глаз великого мага появилась влага. Ещё одно чувство, о котором давно забыл древний маг.

— Теперь ты понимаешь, зачем я создал второе солнце. Эта жертва была необходима. Как и моя смерть.

Это были уже не его слова, а запись, сделанная заранее с помощью магии.

Создатель Фрактала сжал зубы. Глаза его засияли звёздным светом, а зрачки превратились во вращающиеся кубики. Один из аспектов магии звёзд, магия времени, позволял заглядывать в вероятные линии будущего. И сейчас Мерлин творил великое предсказание, сделанное на крови величайшего мага Хаоса того времени.

То, которое он оставил в этом послании.

— Время еще не совсем потеряно! — провозгласил Мерлин, вскидывая руки. — Очень скоро богиня Дафна спустится в мир Смерти за своим Аквой. Где-то в далеких мирах практик льда уничтожил злого бога, создав собственный мир. В закрытый мир Стены вторжение извне невозможно в принципе. Астральный избранник спустится в мир осколков, вновь проснётся древняя церковь служителей Тиши и будут другие знаки. А значит есть еще те, кто сможет противостоять Искажению.

Но если так, почему так терзают сомнения? Почему из головы не выходят слова старого друга о зле, что куда глубже Хаоса? Ладони мага засияли, и в следующий миг весь окружающий вакуум наполнился рваными сполохами фрактальной энергии. Линии, удерживающие обломки вместе, окрепли и начали мерцать с новой силой. Сами же осколки стали приобретать новые очертания.

То, что раньше было лишь бесформенными останками почвы, теперь обретало сферические формы под могучим воздействием энергий звёзд и фрактала. Куски камня, грунта и горных пород сплавлялись воедино, покрываясь слоем саморазвивающейся коры и растительности. На каждом из них стали проступать причудливые ландшафты — горные хребты, пустыни, реки и озера, долины и даже целые моря!

Мерлин, не жалея своей силы, направлял потоки фрактальной энергии из своих ладоней, контролируя каждую деталь этих крохотных осколков некогда цельного мира. То, что раньше было осколком погибшей земли, теперь становилось полноценным островом, парящим в бездне космоса!