Но не успел сделать и двух шагов, как взвыла сирена. Черт. То ли сигнализация, то ли просто общий сбор по тревоге. И чтобы дойти до подвала, мне сперва придется зачистить все здание.

Я выставил перед собой «Покров», сформировав его в форме силового барьера. Из двери вылетел еще один охранник, бросился на меня, но отскочил, напоровшись на заклинание.

— Что это за хрень?

— Ты еще хрени не видел.

Я опрокинул его еще одним «Бореем» — заклинание получилось таким мощным, что бедолагу отбросило в самый конец коридора, к лестнице. Но на его место пришли трое других.

— Он пришел! — Крикнул один из охранников. — Скажи Дани!

Какой-то парень бросился к лестнице, и я не успел его достать. Оставшиеся принялись поливать меня автоматными очередями, и «Покров» быстро разрушился. Я спрятался за угол, стараясь экономить «Берегиню» и, вызвав цепочку «Кос», отправил смертоносные силовые лезвия бумерангом по всему коридору.

— Аааа!

О, одного зацепил.

Я вынырнул из укрытия, на ходу конфигурируя следующее заклинание. На этот раз в моей руке вырос «Кладенец» — я полоснул излишне ретивого бойца силовым лезвием по рукам.

— Хочешь жить — не лезь, — шепнул я, пинком отправив его автомат в конец коридора. — Разумеш?

— Д-да…

— Иди отсюда!

Уговаривать не пришлось. Баюкая раненую руку, боец принялся ползти к выходу.

А я тем временем подошел к лестнице. Странно, но сверху никто так и не спускался. На всякий случай я забрался на второй этаж и обнаружил, что там не было никого, кроме задремавшего старика за конторкой. Этот этаж использовали как склад: я увидел палеты, ящики, мешки. Часть товара картеля?

— Уходи отсюда, дед, — велел я. — Давай, спускайся — и на улицу.

Дедок ошарашенно уставился на сияющий меч в моей руке. Побледнел, выпучил глаза… и перекрестился.

— Ну! Брзо! — подгонял я.

Он торопливо зашаркал вниз по лестнице, а я еще раз оглядел место. Нет, никого. Мне нужно вниз. Старик как раз ковылял к входной двери, когда я принялся спускаться в подвал. С улицы все еще доносились звуки стрельбы и крики. Судя по всему, Вася с ребятами ввязались в настоящий бой. Ну да ладно, часть своей задачи они выполнили — отвлекли бойцов от меня.

Я остановился перед массивной железной дверью — на фоне остальной обстановки она выглядела слишком надежной. Значит, вот где держали главные ценности.

Пришлось повозиться. Ни с первого «Колобка», ни даже с третьего, дна не поддалась. Зараза! Она словно съедала силу моих заклинаний. Точно зачарованная.

— Ладно, попробуем по-другому, — прошипел я и со всей долбанул по двери родовой силой.

О, пошел процесс. Металл заскрежетал, застонал, я поддал еще немного силы — и дверь просто смяло и вынесло в проем. Как раз на двоих бойцов, что готовились меня встречать.

— Добрый вечер, господа.

Они попытались подняться, и я шарахнул их «Бореем». Понятно, это уже посерьезнее будет. Заклинание прошлось по ним слабым ветерком. Что ж, будем действовать по старинке.

— Он здесь! — рявкнул боец с артефактом в виде стального бруска на цепочке. — Тре…

Договорить я ему не дал. Получилось грубо, но эффективно: когда концентрируешь силу в кулак, удар получается на диво сильным. Голова бойца мотнулась, и он осел на полу. Второй попытался отползти от меня, выставив перед собой стальной брусок, словно крестом хотел отогнать нечисть.

— Это так не работает, дружок, — улыбнулся я и схватил его за запястье. Мгновенно пробил естественную ментальную защиту и применил «Сирин». Пусть отдохнет под красивую песенку. Из этого транса он еще долго не выйдет, но останется жив.

Лишний раз марать руки в крови мне не хотелось. Видимо, у нас с Вуком были разные взгляды, но на моем Роду и без того было достаточно грязных дел. От того, что я стану выпиливать всех направо и налево, силы в источнике не прибавится.

Коридор был темным с тревожным красным аварийным освещением. Как в триллере каком-то, ей богу. Пришлось зажечь огонек «Жар-птицы», чтобы осмотреться. Плесень на мокрых стенах — видимо, грунтовые воды были совсем рядом, старый скользкий кафельный пол… Я двинулся вперед, обновив силу меча.

В этот момент дальняя дверь открылась, и меня ослепило яркой вспышкой. От неожиданности я зажмурился, а потом…

Потом пришла боль.

— Черт! — не удержался я, когда меня чем-то обожгло. «Берегиня» вмиг рассеялась, а костюм на мне загорелся. Ничего себе у них артефактики! Работа высокорангового профессионала. Как они вообще смогли их приобрести?

Дверь тут же захлопнулась, заворочался замок.

— Ну все. Разозлили.

Я сорвал сдерживающий браслет и сунул в карман. Сила тут же вспенила кровь, и я позволил этой ярости разнестись по венам. Подбежав к двери, я обеими руками ударил ее и влетел вместе с ней в какое-то темное помещение.

На меня тут же обрушился град каких-то вспышек. Яркие мелкие жалящие искорки прожигали защитное заклинание так, словно его не было.

Сволочи, такой костюм испортили.

Усилив «Берегиню» энергией Рода, я направил силу в «Борей» и ударил по круговой. Жалящие искры снесло потоком ветра, и они обрушились на тех, кто был внутри. Кто-то закричал. Надеюсь, не Столыпин.

— Тварь! Ну ты сейчас получишь…

В меня метнули что-то вроде бомбочки. Из нее пошел странный пар, и я мгновенно накрыл эту хреновину защитным куполом — куполом, сотканным из родовой силы. Такое не перебьешь. По крайней мере, Благодатью.

А затем поднял глаза на того, кто это сделал.

— Ну здравствуй, Даниэль фон Куффнер, — улыбнулся я, получая искреннее удовольствие от его замешательства. — Что, думал, раз взял моего человека, то теперь сможешь побить всех одаренных?

Теперь я понял, чем Даниэль мог соблазнить сестру Фридриха. Красавец, конечно. В чертах лица — воплощенная аристократичность, светлые волосы, стройный стан с широкими плечами. Девчонка наверняка сначала клюнула на внешность. А потом ей снесло голову от влюбленности, и остальное уже не имело значения.

— Как… Как ты это сделал? — пятясь, прошептал Куффнер.

— Не твоего ума дело. Где мой человек?

Куффнер сделал странный жест правой рукой, и в его ладони оказалось что-то маленькое и блестящее. А мгновение спустя оно полетело в меня.

— Ай, — улыбнулся я, когда пущенный предмет угодил в мою «Берегиню» да так и застрял в ней. — Все, аргументы кончились?

А вот теперь я увидел в его глазах настоящий страх.

— Кто ты? — прохрипел он. — Что это за сила… Что за артефакты?

— Все тебе скажи.

Он попытался бежать. Метнулся в одну сторону, в другую — и я преградил ему дорогу мечом.

— Нет уж, дорогой. Теперь ты отправишься в тюрьму, — улыбнулся я. — Но сначала отдохнешь.

Я дал ему щелбан, пробивая его защиту. Даниэль взвыл — ну а чего ты хотел, дорогой? Если вешаешь на себя кучу защит, будешь страдать, когда их снимают. А нагородил он там прилично: и ставленная ментальная, и артефактная — аж два вида. Параноик хренов. И самое главное, что против серьезного одаренного это все равно не помогло.

Куффнер рухнул на пол, погрузившись в глубокий транс. Все, теперь будет бревнышком. А я наконец-то осмотрелся и увидел Столыпина.

Андрей действительно лежал под капельницей на той кровати. Перетянутый ремнями, как какой-то сумасшедший. Но он был без сознания, и дрянь, которую они в него заливали, продолжала капать.

Я метнулся к нему, погасив истощившийся «Кладенец». Вырвал иглу капельницы, принялся расстегивать ремни. В коридоре звучал топот тяжелых ботинок.

— Князь? — я узнал голос Васи.

— Здесь. Нашел его.

Я провел ладонью вдоль тела Столыпина, пытаясь провести диагностику. В лекарском деле я был откровенно плох, но лучше уж так. Сердце билось, но пульс был очень слабым, дыхание тоже едва прослеживалось. Знать бы еще, что за препарат ему вводили. Наверняка какой-то мощный транквилизатор — в обычных человеческих дозах тела одаренных выводили его слишком быстро, так что в одаренных заливали лошадиные объемы.