Личность и судьба героев рассказов «Один день Ивана Денисовича», «Матренин двор», «Захар Калита», «Абрикосовое варенье», особенности русского национального характера, какими их увидел Солженицын, — все это заняло особую нишу в истории русской литературы. Герои этих рассказов содержат в себе разные грани этого характера. В Иване Денисовиче писатель выделяет чувства общинности и справедливости, испокон веку присущие русскому человеку. В жутких условиях лагеря, сохраняя свое человеческое естество, Шухов человечен и честен, с желанием работать «сообща», готов постараться «для всех». У этого человека «такая внутренняя устойчивость, вера в себя, в свои руки и свой разум, что и Бог не нужен ему».

Ни стона, ни звука жалобы из уст этого героя, ничего, что могло бы выдать в Шухове человека слабого и сломленного обстоятельствами. Это русский крестьянин, закаленный годами труда, «увлекающийся» работой «самой по себе, независимо от того, что она рабская и ничего… не обещает». Этот простой каменщик, великодушный, отважный и наивный, закаленный жизненными трудностями, не стремится к витиеватым рассуждения о смысле жизни, он лишь старается остаться человеком несмотря ни на что.

Матрена, героиня другого рассказа Солженицына, в отличие от Ивана Денисовича, живет в родной деревне, в своей избе, но и ее судьба глубоко драматична. В Матрене Солженицыну дороги простота и отзывчивость, сердечность и душевная чистота, безропотность и незлобивость. Говорит она распевно, по-рязански. Писатель особо отмечает «обезоруживающую лучезарную улыбку» этой крестьянки и ее «блекло-голубые глаза», немногословность и бескорыстие своей героини. Как и Иван Денисович, Матрена «вставала в четыре-пять утра» и с зари до позднего вечера хлопотала по хозяйству. У «Матрены было много обид», но все свои горести она «топила» в работе: «у нее было верное средство вернуть себе доброе расположение духа — работа».

Солженицын сопоставляет характер, жизненный и душевный уклад своей героини с другими жителями деревни, ее родственниками и показывает, как много безвозвратно утеряли они из тех исконных народных свойств, что были в Матрене. У этой русской» женщины двойное призвание: образец скромности и воздержанности; в ее образе автор видит истинный смысл жизни русского крестьянина. «Не стоит село без праведника» — таково первоначальное название рассказа. И эта пословица, взятая Соженицыным для заглавия, выражает подлинный смысл произведения.

В рассказе «Захар Калита» писатель создал несколько иной образ. Нет его предыстории, но детали, которые замечает автор в облике Смотрителя Куликова Поля, говорят о крестьянской душе Захара. Он отчасти был похож на мужика, «отчасти на разбойника» с мешком, у которого «руки и ноги здоровы удались». Его внешний облик не совпадает с внутренней сущностью, все более проступает в нем что-то глубоко затаенное, драматичное и в то же время было что-то былинное, мифическое.

В одном из «Двучастных рассказов» («Абрикосовое варенье») Солженицын вновь обращается к страшной крестьянской судьбе — сыну раскулаченного Феде. Много испытаний выпало на долю парнишки, он бездомен, голоден, но так же, как Иван Денисович и Матрена, совестлив; «сердце у меня мягкое», — говорит он о себе, потому что не может воровать и не может не работать. Судьба героя безнадежна: «Я — невольник в предельных обстоятельствах…», — пишет Федя известному писателю, умоляя о помощи.

С особенной остротой писатель рисует народные характеры, которые становятся одним их тех «узлов» судьбы русской, которые до Солженицына искали Гоголь, Тургенев, Толстой, Некрасов, Лесков, Короленко и другие русские писатели, позволившие читателю ощутить подлинную красоту русского человека.

Страшные, кровавые годы красного террора не прошли даром для страны. Долгое время преступления против собственного народа замалчивались, или о них говорилось поверхностно. Но всегда были писатели, которые честно рассказывали читателю правду о кровавых преступлениях. Один из них — Варлам Шаламов. Трагическая судьба этого человека привела к тому, что он долгое время провел в нечеловеческих условиях в колымских лагерях.

Результатом времени, проведенного за решеткой, стали его произведения. Их невозможно сравнить с какими-либо другими, они поражают, шокируют, заставляют раз и навсегда возненавидеть существовавший ранее политический строй вместе с его фальшивыми призывами и лозунгами. Произведения Шаламова, рассказывающие о лагерной жизни, — это совершенно особый эпос. В этих произведениях нет ни капли лжи. Беспощадная правда иногда оказывается настолько жестокой, что у читателя не хватает мужества даже представить себе нечеловеческие условия, в которые были поставлены люди в колымских лагерях.

Лагерь отнимает у человека дом, родных и друзей. Он проводит черту, навсегда отделяющую человека от нормальной жизни. Все умения и таланты, которыми Бог наградил человека, теперь оказываются бесполезными. В лагере действуют совершенно особые, «волчьи» законы. У Шаламова появляются такие понятия, как «первая» и «вторая» жизнь. «Первая жизнь» — это жизнь до лагеря. «Вторая жизнь» — это жизнь в лагере.

Голод, холод, физическая и душевная боль, потеря рассудка — все это жестокие, но истинные реалии, сопровождающие человека в лагере. Жестокость окружения, болезни, гнойные язвы на теле, лишения и мучения, полная зависимость от уголовников. Именно последние были в лагере в почете и чести. Они имели неограниченную власть над интеллигентными и образованными людьми, осужденными по политическим статьям.

Лейтмотивом рассказов становится мысль о том, насколько унижение страшнее голода, холода, физических лишений и боли. Сама жизнь становится «существованием, полусознанием».

Рассказ «Сентенция» свидетельствует о том, до чего может дойти состояние человека в условиях лагерной жизни. Исчезает все, чем жила ранее душа. Остается только страшная, нечеловеческая злоба. Когда грозит смерть, в мозгу не остается ничего человеческого. Но как только смерть отступает и сознание начинает возвращаться, на ум откуда-то издалека, из полузабытой прошлой жизни приходит красивое слово «сентенция». И это совершенно ненужное в лагерных условиях слово служит для спасения человека, для возрождения его души.

Каждый рассказ страшен по-своему. Особенно тяжело читать о том, как человек полностью теряет достоинство, демонстрируя готовность пресмыкаться перед уголовниками. В рассказе «Тифозный карантин» показано, как культурный, интеллигентный и образованный человек становится холопом у вора, исполняет гнусную роль «чесальщика пяток».

Все рассказы Шаламова с документальной точностью доносят до читателя преступления, совершенные в колымских лагерях. Отделенный чертой от мира нормальных людей, в лагерях образовался совершенно особый мир. Это царство абсурда. И ответственность за возникновение этого мира лежит кровавым пятном на существующем политическом режиме.

Мир колымских лагерей не мог существовать обособленно, он оказывал живое и значительное влияние на другой мир, в котором люди считали себя истинно благородными и гуманными. Может быть, именно поэтому из лагеря люди мечтали попасть не на свободу, а в тюрьму. Тюрьма ассоциировалась со свободой. В раcсказе «Надгробное слово» говорится: «Тюрьма — это свобода. Это единственное место, которое я знаю, где люди, не боясь, говорили все, что думали. Где они отдыхали душой».

Творчество Шаламова воспринимается читателем очень тяжело. Но его нельзя игнорировать, поскольку оно позволяет осознать до мельчайшей подробности все, чем жила целая эпоха. Место человека в тоталитарном государстве напрямую связано с трагизмом и с лишениями. Но о том, насколько тяжелой может быть ситуация, можно узнать из произведений Шаламова.

В рассказах Шукшина читатель находит созвучие многим своим мыслям. В. Шукшин замечает мелкие детали, которые оказываются для человека очень важными. Автор беззлобно посмеивается над своими героями, делая их подчас смешными и нелепыми. Но его юмор теплый и человечный. Он не осуждает и не презирает своих героев, наоборот, он искренне любит их.