А. П. Чехов — великолепный психолог. Он ставит своих героев в такие ситуации, когда они должны либо проявить свой характер, либо оставить надежду ощутить себя личностью. Антон Павлович умело рисует по-настоящему смешные эпизоды. Но смешными они кажутся лишь на первый взгляд. При пристальном рассмотрении они представляются достаточно сложными. В рассказе «Толстый и тонкий» всего лишь показана встреча двух друзей детства. Между ними происходила совершенно обыкновенная беседа, какая бывает у людей, давно не видевших друг друга. Но стоило лишь одному узнать, что друг детства уже стал тайным советником, как моментально появившееся подобострастие сделало дальнейший разговор совершенно невозможным.

«Тонкий вдруг побледнел, окаменел, но скоро лицо его искривилось во все стороны широчайшей улыбкой; казалось, что от лица и глаз его посыпались искры. Сам он съежился, сгорбился, сузился…»

Чехов — великий сатирики юморист, его произведения можно читать и перечитывать, независимо от того, какое столетие на дворе. Он изображает в своих произведениях те самые типажи, которые встречаются и будут встречаться среди людей, независимо от их образования, социального статуса и уровня интеллектуального развития.

Человек может казаться возвышенным и необыкновенным, а на поверку окажется приземленным и неинтересным. А. П. Чехов великолепно достигает сходства своих героев с реальными людьми. Так, доктор Старцев из повести «Ионыч» в свои молодые годы кажется особенным на фоне окружающих. У него есть цель — посвятить себя другим. Но проходит время, и доктора уже не узнать. Он становится равнодушным, жизнь кажется ему пресной, серой, унылой.

Может создаться впечатление, что в произведениях писателя показано пустое, беспросветное существование человека. Но на самом деле автор лишь пытается показать, что жизнь сложна и многогранна, в ней есть место всему, в том числе и серости, скуке, обыденности.

Но человек сам волен сделать свой выбор между пошлостью, низменностью или возвышенным существованием. Чехов не дает своего понимания различных возможностей изменения мира. Он просто констатирует факты, собирает воедино самые разнообразные впечатления. И современный человек с удивлением обнаруживает, что многие чеховские герои ему кого-то напоминают.

А напоминают они самых разных людей, с которыми можно встретиться на каждом шагу. Они также воспитывают своих детей, воздействуя на них исключительно методом угроз и наказаний. Также они пытаются кого-то оскорбить только ради того, чтобы возвыситься самим. Люди кажутся скучными и серыми, а их жизнь представляется убогой. Но именно эта серость и убогость является своего рода испытанием на прочность. И только тот, кто сумеет пройти это испытание, достоин права считать себя личностью, может подняться выше унылой действительности.

Пьеса А. П. Чехова «Вишневый сад» вызвала бурные споры как среди актеров и постановщиков, так и среди критиков и зрителей. Антон Павлович решительно не принимал трактовки своего произведения как «слезливой драмы» и подчеркивал в беседах со Станиславским и Немировичем-Данченко, что несколько грустный тон отдельных мест вызван «только настроением лиц», а не всей пьесы. Под заглавием «Вишневого сада» написано: комедия. И все же трудно не грустить, читая эту пьесу. Что же, комедия перед нами, как настаивает автор, или все же трагедия?

Хозяев вишневого сада Чехов рисует комично не приспособленными к жизни. Покойный муж Раневской не смог вести хозяйство, разорился и умер от «шампанского», сама она истратила деньги на содержание парижского любовника, Гаев свое состояние проел «на леденцах». Шампанское, любовник, леденцы — мелочи, которые загораживают для героев истинное положение вещей.

Часто причиной смеха становится старый слуга Фирс. Например, при встрече с Раневской на ее заверение в любви к нему Фирс, не расслышав, отвечает: «Позавчера». Старый слуга опекает Гаева словно о малого ребенка. Фразу «опять, барин, не те брючки надели» Чехов наполняет иронией, скрытой насмешкой. Можно только посмеяться над торжественными клятвами Леонида Андреевича отстоять сад и последовавшим за этим самоотверженным отказом от помощи Фирса, который должен был раздеть его на ночь. Но в этих эпизодах невольно чувствуются и трагизм судьбы преданного слуги, и отчаяние инфантильного помещика из-за невозможности найти выход из положения.

Дух комедии положений витает и над таким, казалось бы, серьезным персонажем, как Лопахин. Он то вместо Епиходова получает палкой по голове от Вари, то хочет угостить всех шампанским, но все отказываются, и игристое вино выпивает Яша и еще имеет наглость уверять, что оно ненастоящее.

Кстати, Епиходов, «тридцать три несчастья» — как специально создан в увеселительных целях.

И тем не менее когда он берется рассказывать об очередном постигшем его несчастье, становится грустно.

В комедийные шуты попал даже симпатичный и умный Петя Трофимов. В какие только передряги ни попадает он: и падает с лестницы, и служит объектом многочисленных насмешек, и получает прозвища «вечного студента» и «облезлого барина». Автор, должно быть, наказал героя за излишнее многословие, которое, как известно, не любил, ибо «краткость — сестра таланта». Трофимов много говорит и мало делает, и поэтому многие слова его, лишенные практической основы, не вызывают ничего, кроме улыбки: к примеру, эпизод с Раневской, высмеявшей его фразу «мы выше любви». Чеховская ирония находит выход и в авторских ремарках. Петя то вскрикивает «с ужасом», то, задыхаясь от негодования, не может произнести ни слова, то грозится уйти и никак не может этого сделать.

Только один персонаж остается у Чехова вне зоны шуток. Это Аня. Она отличается своей непринужденностью и чутким отношением к людям. Это светлый персонаж, но почему-то кажется, что со временем она разделит судьбу своей матери.

И все же, как ни искрится остроумие автора, какими ни смешными выглядят его герои, чаще читаешь эту комедию, ни разу не засмеявшись, даже несмотря на часто встречающуюся ремарку «все смеются». Трагичны судьбы почти всех героев, особенно Раневской, Шарлотты Ивановны и Фирса. Жизнь Любови Андреевны и Шарлотты прожита словно бы напрасно. Все, что они умеют, — это показывать красивые фокусы. Шарлотта — в прямом смысле, Раневская — в переносном. Фирс — холоп по убеждению, и его время безвозвратно прошло. Он, должно быть, родной сын или внук Савельича из «Капитанской дочки», но поведение Савельича во многом уместно, типично, тогда как Фирс — реликт другой эпохи. Трагикомично финальное положение вещей. Можно и посмеяться и заплакать над тем, что Раневская и Гаев хотели спасти сад, а быстро утешаются, когда его продали («Теперь все хорошо, все успокоились, повеселели даже», — говорит Гаев); Лопахин также хотел спасти сад, а стал его рубить.

«Я же комедию написал! Что же вы сделали слезливую драму?» — говорил Чехов. Так что же это? Комедия? Трагедия? Нет однозначного ответа.

Раневская — дама, имеющая взрослую дочь, владелица заложенного поместья с прекрасным вишневым садом. Этот чеховский образ разительно отличается от многого созданного им раньше, в период веселых рассказов.

С одной стороны, Раневская непрактична и эгоистична. Неспособная вести дела, она всегда идет на поводу у своих эмоций. Ее имение в долгах, и потому будет продано с аукциона, но о том, чтобы получать с него доход, она и слышать не хочет. Зато вспоминает о том, каким был ее сад в прошлом, когда не было всех тех неурядиц, что довели ее теперь до краха: «…Бывало, сушеную вишню возами возили и отправляли в Москву и в Харьков. Денег было!»

Вишневый сад — одна из самых сокровенных частей ее души, но она так и не желает бороться за свое счастье, свою душу. Когда говорят лишь о возможности продажи, Раневская «рвет телеграмму, не прочитав». Когда называется уже покупатель, Раневская, прежде чем порвать телеграмму, прочитывает ее, и вот когда состоялись торги, — Раневская не рвет телеграмм и, случайно обронив одну из них, признается в решении уехать в Париж к человеку, обобравшему и бросившему ее, признается в любви к этому человеку. В Париже она собирается жить на деньги, которые свекровь прислала на покупку имения.