— Там точно что-то есть! Только никак не открывается! — прошипел Лео, пыхтя. — Какой-то скрытый механизм! — уже пытаясь выломать злосчастное препятствие.

— Дай я! — не выдержала девушка и полезла в шкаф к принцу.

Ей пришлось извиваться, чтобы протиснуться внутрь. Её плечо со всей силой уперлось в его плечо, а бедром она неловко зацепила его ногу.

Было невыносимо тесно. Она чувствовала жар от его тела, и он буквально дышал ей в ухо. Обстановка была явно неудобна, неловка и в принципе не располагала к рассудительным действиям.

— Выйди и оставь меня одну! — потребовала Анна. Такая близость её нервировала.

— Ладно-ладно, — вздохнул принц, вскидывая руки в примирительном жесте, и выполз из гардероба.

— Одну!

— Тебя запереть там, что ли? — поднял бровь Лео.

— Да, пожалуйста. Нужно подумать.

Как только Лео захлопнул створки, Анна радостно вскрикнула: «Получилось! Стена!»

Лео тут же открыл. «Как ты…?» Не успел принц посмотреть, что у неё получилось, как девушка взвизгнула, получив стенкой по носу.

Она обернулась к нему, потирая ушибленное место, глаза немного слезились.

— Как только ты закрыл двери, стена открылась! Кажется, это и есть механизм.

— Двигайся! — принц залез в шкаф. Они закрылись изнутри, и фальшстена снова открылась, явив перед ними тёмный коридор.

— Такой сильный сквозняк, — содрогнулась мурашками от холодного ветра девушка. — Неудивительно, что Бартоломью слышал пугающее дыхание замка. Конечно, услышишь, если замок пронизан туннелями, — пробормотала она.

— Некоторые и своего отражения пугаются, — прокомментировал Лео и тут же продолжил, заглядывая в тёмную узкую шахту. — Всё-таки тайный ход…

— Туннели… Лео, а что если… рисунки Сабрины — это карты потайных ходов под самим замком?

— Возможно. Именно так они и попадали сюда. Но разве кто-то мог знать о таком, кроме самого дракона?

— Если только кто-то очень близкий…

Он обернулся к ней в тесноте шкафа. В пыльном полумраке его взгляд медленно сполз от глаз к губам. На миг задержался, будто изучая их форму.

Дыхание Анны замерло в груди, застряв где-то под самым сердцем. Весь шум мира стих.

Она чувствовала, как её потянуло вперёд, к нему, будто она теряла гравитацию, а единственной точкой опоры в этой вселенной стали его губы. Они медленно склонились друг к другу, как два магнита, преодолевающие последнюю, ничтожную дистанцию. Его дыхание, тёплое и неровное, коснулось её кожи. Она уже почти чувствовала ожидаемое прикосновение, жар, который должен был стереть все на своём пути.

Но в эту самую секунду в дверь комнаты раздался чёткий, требовательный стук

Они отпрянули друг от друга.

— Дверь! — выпалил Лео, осознав неизбежное.

Инстинкт заставил их рвануться к выходу синхронно, столкнувшись в проёме.

— Вылазь, вылазь! — прошипела девушка, бестолково подталкивая его в спину.

Лео, пытаясь выбраться из гардероба, споткнулся о подол одного из выброшенных платьев. Он пошатнулся, инстинктивно взмахнул рукой, пытаясь ухватиться за дверцу шкафа, но вместо этого вцепился в плечо Анны и потянул за собой. Они рухнули на пол в кучу тряпок. Запах её духов, лёгких и пудровых, ударил ему в нос.

— Ты чего?! — почти захлебнулась она, оказавшись сверху. Её локоть ударил его в грудь, а колено куда-то очень болезненно.

Их грохот при падении, конечно, заметили. Из-за двери послышался настороженный голос.

— Леди Анна? У вас всё хорошо?

Девушка отшатнулась от принца, резко вскочила, наступив ему в процессе на ногу, и, не глядя, с размаху захлопнула створки шкафа. Звук получился оглушительным. Анна, не помня себя, судорожно пыталась пригладить растрёпанные волосы, но они лишь сильнее торчали в разные стороны. Она чувствовала, как пылает от макушки до кончиков пальцев.

Лео был помят не меньше. Он поднялся, отряхивая с себя пыль. Они окинули взглядом комнату. Зрелище было недетским и порождало вопросы. Ковёр был скомкан и отброшен в угол, а на полу вместо него навалена одежда. Постель сдвинута с места, одеяло откинуто. Картины сняты, а кресло у камина было перевёрнуто вверх ножками.

Они переглянулись. В их взглядах читалась паника, жгучий стыд и дикое желание хоть что-то сейчас исправить. Но делать было нечего. Выглядели они точь-в-точь как шкодливые дети, застигнутые на месте баловства в самый неподходящий момент.

— Войдите, — выдавила наконец девушка, и её голос прозвучал странно хрипло.

Дверь открылась. На пороге был старый дворецкий драконид. Его вертикальные зрачки медленно и методично обошли комнату, начав с груды одежды, перейдя на сдвинутую мебель, затем на взъерошенную, пунцовую Анну, и наконец остановившись на Лео. Взор его задержался на расстёгнутом вороте рубашки. Безмолвное осуждение в этом взгляде было в тысячу раз постыднее любых слов.

— Вам, леди, письмо, — протянул он конверт, не делая ни шага внутрь, будто боялся осквернить себя, ступив на царящий здесь бардак. — Это из Имперской Канцелярии. С пометкой «срочно».

Глава 40

Анна трясущимися руками забрала письмо. Дворецкий поклонился и закрыл дверь, оставив в комнате гробовую тишину.

— Выйди, — тихо произнесла она, не глядя на Лео. Уши пылали. Всё тело напряглось, прижимая письмо к груди.

— Льдинка, послушай…

— Выйди. Сейчас же. Пожалуйста.

Её тон не допускал возражений. Принц, сжав губы, молча вышел. Дверь закрылась с мягким щелчком. Анна прислонилась к ней спиной, словно баррикадируясь от всего мира, и закрыла глаза. Сердце бешено колотилось, в висках пульсировало.

Что это было? Что это было в шкафу? — мысль жгла изнутри.

Порыв, мгновение слабости, которое едва не стерло все границы. Его взгляд, его дыхание… а потом. Это непрофессионально. Это недостойно. Целоваться с принцем в гардеробе, когда она на службе, когда только что чуть не произошла трагедия, когда от нее ждут решений… Главный юрист империи за такое не то что по головке не погладит — он был бы в ярости от такой безответственности. Да она и сама от себя в ярости.

С горечью девушка посмотрела на конверт в руках. Печать Императорской Канцелярии. Ответ пришел быстрее, чем она ожидала. Развернув его, Анна пробежала глазами по сухим строчкам. Выговор. Суровый и обезличенный. «…Проявила непозволительную недальновидность … что привело к грубому нарушению регламента и создало угрозу жизни участников…» Артур Фростклав не кричал, не упрекал. Он констатировал факты холодным канцелярским языком, и от этого было даже больнее. От нее такого не ожидали. Подорвала доверие. Эта фраза ранила больше всего.

Но дальше… дальше был приказ. Личный, от Его Величества Императора. Анна перечитала его дважды, не веря глазам. Суть была проста: работать в том же режиме, как и планировалось. А также организовать дополнительное мероприятие под предлогом восстановления сил претендентов.

Её не отстранили. Ей доверили доделать задание до конца. Несмотря на выговор, император фактически дал ей возможность взять реванш.

Она медленно опустила письмо. Эмоции скакали: страх, облегчение, чувство долга, ярость на саму себя и… на него. На Лео. Он своим присутствием, своими полунамеками, шуточками и этим… этим почти-поцелуем, который висел в воздухе между ними, расшатывал ее равновесие.

Эмоциональные качели, — с горечью подумала девушка. — То он меня прилюдно задирает, то помогает, то бросает одну, плетя какие-то свои интриги, то смотрит так, что земля уходит из-под ног. Он плохо на меня влияет. Очень плохо.

Она заставила себя думать рационально.

Нравится ли он мне? — Вопрос повис в тишине комнаты. Засомневалась и склонилась в ту сторону, в какую совсем уж не хотела. И это было ужасно.

А я ему? — На мгновение вспомнился его янтарный взгляд в темноте — горячий, сосредоточенный, искренний.

Возможно. Но какая разница? Где он, а где я? Между нами в принципе не может ничего быть. Принц крови. Ему уготована роль, расписанная отцом-императором. Трон и договорной брак с какой-нибудь принцессой. Это его долг. Обязанность. Чувства для людей правящего рода — непозволительная роскошь.