— Доклад по магопоездам, — произнес он, не глядя. Голос ровный, без единой трещины. — Кратко.

Анна вскинула подбородок. Ночь кропотливой работы — и лишь «кратко».

— Подрядчик, Дом Толстокож, систематически завышает объемы поставок низкосортного магоугля. Разница в квитанциях — пятнадцать процентов. Предлагаю внеплановую ревизию складов и пересмотр контракта со штрафами.

Положила папку на край стола.

Граф поднял глаза. Голубые, без намека на вертикальные зрачки — полный контроль. Холодная оценка.

— Толстокожи в Совете Торговли. Доказательства неопровержимы?

— Достаточны для проверки. Нарушения очевидны при сопоставлении первичных документов. — Голос не дрогнул. Ее чутье на ложь в цифрах редко подводило.

— Хм. Оставь. — Отодвинул доклад, взял другой лист. — Есть задача. Важная. Сверх нагрузки.

Анна напряглась. «Сверх нагрузки» у отца означало экстраординарное и неприятное.

— Герцог Голден Норийский уже давно отошёл от дел, — произнес Граф Фростклав без тени эмоции. — Пришло время огласить завещание.

Анна замерла. Могущественный, эксцентричный дракон. Легенды о его бессмертии. Пышущий здоровьем мужчина в расцвете сил, обаятельный, окруженный поклонницами... но без наследников. Весть о его кончине была громом среди ясного неба.

— Император, — продолжил отец, — поглощен кризисом на южных рудниках. Его личное участие исключено. Корону представит доверенное лицо.— Ты будешь информировать его о ходе процесса и решениях. — Взгляд стал пронзительнее. — Завещание Герцога заверено мной при Императоре. Оно... необычно. Наследник определится через испытания. Ты назначена главным арбитром и организатором процесса.

Пол дрогнул под ногами. Она? Младший юрист? Ответственная за наследство Дракона? Перед лицом имперской знати? Под надзором королевского посланца?

— Отец... я... — Желание доказать горело в ней. Но так сразу? На таком уровне? — Почему я? Есть опытнее...

Кончик правого уха Графа дрогнул. Раздражение? Иное?

— Завещание предусматривает арбитром меня. Но я не могу покинуть столицу. Императорские дела не ждут. Ты — моя дочь, наследница в профессии. Ты знаешь закон. Ты... — Замялся на миг. — Непредвзята. Это твой шанс, Анна. Доказать, что ты не только дочь Графа Фростклава. Всем.

Ни тепла, лишь констатация и вызов. Доказать. Давление, как глыба льда, обрушилось на плечи. Страх перед претендентами, масштабом, провалом и позором сдавил горло. Но под ледяной коркой барса тлел огонек азарта. Вызов принят.

— Мои полномочия? — Голос звучал удивительно ровно.

— Полные. Ты — воплощение закона в Нории на время испытаний. Твои решения окончательны. Обеспечиваешь честность, соблюдение правил Герцога, законность. Информируешь представителя короны. Мне — через шифрованные кристаллы.

Протянул тяжелый лакированный футляр из темного материала, похожего на драконью кожу.

— Оригинал завещания. Инструкции к испытаниям. Печать Герцога. Не потеряй.

Анна взяла футляр. Неожиданная тяжесть. В нем — судьба герцогства, ее репутация, интриги эксцентричного Дракона.

— Претенденты уже в Нории, — добавил отец, погружаясь в бумаги. — Твой магопоезд через два часа. Дорога — пять часов. Дворец готов, туда уже едет доверенное лицо Императора. Не опоздай. И, Анна... — Ледяной взгляд на миг снова уколол ее. — Будь осторожна. Среди тех, кто приедет за наследством, будут змеи. И не все они ползают по земле.

Кивок. Отпущена. Анна вышла, сжимая драгоценный футляр так, что костяшки побелели. Холод канцелярии стал ничтожен перед ледяным ужасом ответственности и жаром предвкушения битвы. Шаги по коридору отдавались громом грядущих сражений. Ей предстояло организовать шоу старика-Дракона. И она сама оказалась на сцене, не зная главного зрителя. Слово «доказать» горело в голове ярче всех светокристаллов.

Глава 2

Стальной дракон императорского экспресса вырвался из каменных объятий Грифенштадта, унося Анну Фростклав на север, в Норию. Ритмичный стук колес по рельсам сливался с глухими ударами ее сердца, отмеряя расстояние от привычного мира к неизвестности. Холод металла Драконьей Печати ощущался даже сквозь ткань потайного кармана её дорожного плаща. Ответственность, возложенная отцом, лежала на плечах тяжелым пластом.

За окном мелькали пейзажи, словно иллюстрации к учебнику о Родах Империи. Проплыли аккуратные, ухоженные поля – работа Рода Трудолюбивых Кротов, чья Искра давала им чутье на плодородие земли и неистовое упорство. Промчались мимо деревни с крепкими, низкими домами из камня и толстых дубовых балок – владения Кабанов; их Искра наделяла силой и связью с землей, видимой в каждом фундаменте. На горизонте, у кромки леса, мелькнула легкая, почти невесомая фигура – гонец из Рода Лесных Ланей, его врожденная скорость и грация были неотъемлемой частью Искры.

Мир зиждился на Искре Зверя. Анна закрыла глаза, ощущая внутри себя знакомый холодок собственной Искры Снежного Барса. Это была не метафора – самая суть бытия. Далекие Первозвери, воплощения стихий и природных сил, обрели человеческий облик, но сохранили свою квинтэссенцию – Искру. Она передавалась по крови, определяя все: от врожденной магии до сокровенных инстинктов и места в обществе.

Ее собственный Род, Фростклавы, нес Искру Снежного Барса. Это проявлялось в иссиня-черных волосах, холодных серо-голубых глазах, способных видеть в полумраке, и почти бесшумной походке. Это давало магию льда – не заученные заклинания, а естественное продолжение воли.

Она могла ощутить влагу в воздухе, сконцентрироваться и покрыть оконное стекло в купе изящным морозным узором, просто чтобы успокоить нервы. Но истинная мощь требовала глубокого понимания своей природы, слияния с холодной, хищной сутью Барса. И это же накладывало проклятие – смертельную магическую аллергию на фиалки.

Ядовитый для ее Искры цветок-паразит мог разорвать связь с магией, вызвать мучительное удушье. Анна машинально коснулась амулета на шее, под которым было спрятано экстренное зелье. Знание слабости Искры было оружием, и в Нории, среди "змей", это знание могло стоить жизни.

Общество Империи было выткано из нитей Искр. Анна наблюдала за попутчиками. В соседнем купе важный чиновник с орлиным профилем и властным взглядом – несомненно, Грифон. Его Искра излучала авторитет, требовала пространства и высоты. Напротив нее дремала пожилая дама, чьи черты и манера тихо растворяться на фоне обивки выдавали Род Полевых Мышей – их Искра даровала незаметность и умение находить лазейки. Юноша в форме курьера, беспокойно перебиравший пальцами, ловко поймал выскользнувшую из рук монету – Искра Горностая, даровавшая ловкость и скорость.

Истинная Форма была табу. Крайне опасное проявление Искры, когда звериная суть вырывалась наружу полностью. Риск не вернуться, потерять разум, нарушить все приличия.

Анна слышала слухи о Каине Молденвайне, чья Искра Теневой Рыси была столь сильна, что он мог контролировать зверя, а также о том, что это умение доступно и императорской семье Грифонхартов. Но видеть такое воочию? От этой мысли по коже пробегал холодок страха. Её собственная Искра Барса сжималась внутри, предпочитая контроль и скрытность.

Социальная лестница была отлита из силы и престижа Искры Рода. Грифоны, Драконы, Барсы, древние Вороны – на вершине. Кабаны, Волки, Медведи – опора, воины и землевладельцы. "Низшие" Роды вроде Мышей или Кроликов – основная масса, часто незаметная. Анна знала, что ее ждет в Нории: "Барсиха", "Льдинка" – снисходительные или враждебные взгляды тех, кто считал ее Искру слишком дикой для тонкостей права и власти. Браки были стратегией: внутри Рода – укрепление Искры; между Родами – рискованный эксперимент, способный породить как невиданную силу, так и слабое звено. Союз Грифона и Барса? Она мысленно усмехнулась. Для столичных снобов – неслыханная дерзость, нарушение естественного порядка.