Они догнали караван на рассвете, когда до каньона Змеиный Клык оставалось несколько часов пути. Вид сверху был обманчиво мирным: цепочка повозок, как гусеница, ползла по пыльной тропе.

— Вельс! Капитан Вельс! Приказ Имперского Принца! — голос Леонида, усиленный остатками магии, прорубал утреннюю тишину. Их грифон, послушный воле, но измученный дорогой, камнем рухнул перед центральной повозкой, подняв тучи пыли.

Капитан выскочил им навстречу пораженный. — Ваше Высочество?! … Вы выглядите… Что случилось?

— Некогда! — отрезал принц, спрыгивая на землю и едва устояв на подкашивающихся ногах. — Каньон Змеиный Клык впереди — засада! «Песчаные Лисы»! У них коррозийная магия! Приказ: немедленно снять все ограничения по скорости! Влетаем в каньон на всех парах, не сбавляя хода, пока не выскочим с другой стороны!

— Но… Ваше Высочество, это безумие! — Вельс ошеломленно смотрел на него. — В таком узком ущелье, на скорости? Мы разобьем половину повозок о скалы!

— Лучше разбить повозки, чем быть сожженными заживо в готовой ловушке! — крикнула Анна, сползая с грифона. — Майор Горн прикроет на позициях вокруг каньона, заберет на себя внимание. Мы окажем поддержку с воздуха. Вы на скорости должны проскочить! Это единственный шанс!

Вельс колебался всего одно тяжелое мгновение. Кивнул, резко, по-военному. — Понял! Рывок! Вперед, ребята, вперед! — его хриплый окрик разнесся по каравану.

Началась лихорадочная, суматошная спешка. Повозки со скрипом и грохотом рванули вперед. Анна и Лео снова вскочили на своего грифона, взлетев над обозом. Принц всматривался в зубчатые гребни скал впереди, ища хоть что-то — вспышку сигнального зеркала, отблеск шлема, любой знак, что люди Горна на месте.

Ничего. Только безмолвные, зловещие камни, окрашенные в багровые тона восходящего солнца.

— Странно… — пробормотал он, и тугой, холодный узел тревоги сжался у него под ребрами. — Они должны были быть здесь. Должны были дать знак…

Анна, сидевшая сзади, почувствовала, как напряглись его плечи. Ее собственная Искра протянула незримые щупальца к скалам. Она искала сдержанный, организованный фон солдатской магии. И не чувствовала ничего. Только густую, мертвенную пустоту.

— Лео… — начала она, но было уже поздно.

Караван на бешеной скорости влетел в пасть каньона.

То что они надеялись предотвратить, уже бушевало внутри.

Первая повозка не успела проехать и трети пути, как с гребня справа, с позиции, намеченной для засады Горна, ударил сгусток бурой, шипящей энергии. Он не попал в повозку. Он ударил перед ней, в самую узкую часть тропы, выжигая в камне дымящуюся борозду и вызывая камнепад. Катастрофическая пробка возникла в одно мгновение. Последующие повозки, не успев затормозить, стали налетать друг на друга. И тогда с обеих сторон, со всех намеченных для засады высот, обрушился согласованный ливень — не на караван, а прямо на них, на два одиноких силуэта на спине грифона, застывших в небе над хаосом.

И тогда Анна поняла все.

— Лео! — в страхе крикнула она. — Его здесь нет! Горна и его людей на скалах нет!

Ловушка захлопнулась. Не для каравана Вельса. Он был лишь приманкой второго порядка. Расчет был именно на их появление, на их план.

Внизу, среди клубов дыма от горящих повозок, на небольшом выступе скалы стояла стройная, знакомая фигура. Даже на расстоянии казалось, что ее взгляд прикован именно к ним. Сабрина. Пересмешница. В ее поднятой руке пульсировал темным, нездоровым светом знакомый, чудовищный кристалл. Она не просто ждала. Она встречала. Ее рука медленно, почти театрально, поднялась, и тонкий палец указал прямо в небо. На них.

— Опоздали… Весь план… — прошептал Лео, и в его голосе была плоская, тошнотворная пустота полного провала. Он не позволил себе додумать. — Они ждали нас.

Со всех сторон, из-за каждого уступа, с шипением и свистом смерти, взмыли навстречу сгустки магии — алые клубки огня и бурые, разъедающие комки коррозии. Цель была очевидна: сбить грифона. Уничтожить их здесь и сейчас.

— Анна! — крикнул Лео. — Держись! — это был хриплый рык, рожденный в глубине груди. Он отчаянно бросил грифона не вверх, а резко вертикально вниз, в самый эпицентр хаоса, в клубы дыма, туда, где среди обломков был хоть призрачный шанс на укрытие.

Девушка вжалась в него, ее руки сомкнулись на его поясе в судорожной хватке. Она выжимала из себя последнее, и бледно-голубой, треснувший щит льда едва успел оформиться вокруг них, приняв на себя первый, самый страшный удар.

Они неслись навстречу пеклу, которое сами стремились предотвратить. Теперь у них не было плана. Были только они — принц и арбитр, бешеный ветер пустыни и яростное, обжигающее дыхание смерти, уже сомкнувшее свои челюсти над всем ущельем.

Глава 27

Грифон рухнул на дно каньона, скрываясь за горящей грудой обломков. Удар о землю отозвался болью в костях. Лео спрыгнул, обернулся и помог Анне слезть с седла, подхватив девушку за талию.

— Держись ближе к скале! — голос принца пробился сквозь грохот от огненного заряда, ударившего в ближайшую от них повозку.

Анна прижалась спиной к холодному камню, глотая воздух с тошнотворным привкусом горелой плоти.

Каньон Змеиный Клык превратился в братскую могилу. Груз каравана Вельса был частично разорван в щепки. Другая часть горела странным пламенем. Чёрный дым клубился над ней. Дерево покрывалось язвами и рассыпалось в труху.

Всё, что везли в повозках, теперь было просто хламом. Всё было залито кровью.

Выжившие солдаты Вельса отчаянно сопротивлялись. Из-за перевёрнутой повозки стрелки били залпами по гребням скал. Доносились их выкрики.

Но магия «Лис» была сильнее. В ответ летели бурые сгустки. Они падали рядом с солдатами и взрывались, шипя, будто кипящее масло.

Субстанция попадала на тела и доспехи. Люди кричали от невыносимой боли. Они смотрели, как их плоть пузырится и тает.

Один воин попытался применить свою Искру — щит из воздуха. Но коррозийная волна прошла сквозь защиту. Она обожгла ему лёгкие. Воин задохнулся. Он упал, хрипя. Изо рта у него потекла розовая пена.

— Их просто бросили на убой, — сдавленно прошептала девушка, ярость подступила к горлу. — Как скот.

— Как приманку. Для нас, — хрипло ответил принц, его взгляд был обращён к центру бури. Туда, где на огромном валуне, будто царица хаоса, стояла она.

Сабрина. Эта фигура была эпицентром аномалии. В поднятых руках ведьмы пульсировал кристалл, словно чёрное солнце. От него волнами расходилась энергия, искажавшая свет и будто выжимавшая саму магию из воздуха. Вокруг бушевала искусственная песчаная буря, песчинки которой резали металл и слепили глаза, а вихри несли смертоносные сполохи коррозии.

— Видишь? Всё управляется через этот артефакт, — говорил Лео быстро. — Пока он в её руках, мы все тут сгниём.

— Значит, нужно выбить его, — Анна сжала кулаки, чувствуя, как Искра Барса отвечает на вызов холодной волной внутри, рвётся наружу.

— Не просто выбить. Разрушить. Но прямо сейчас Пересмешница — паук в центре паутины. Нужно заставить её сфокусироваться на ком-то одном.

Леонид повернулся к девушке. В его лице не было и тени сомнения.

— Я отвлеку её на себя. Ты же... поможешь мне из прикрытия. Сможешь использовать магию льда как туман или что-то вроде того? Для маскировки?

— Да, думаю, смогу.

— Тогда ступай вон к тому обрывистому выступу слева от неё. Видишь? — он кивнул. — Пока я буду её отвлекать, ты проберёшься. И под маскировкой жди моего сигнала.

— Какого?

Накрыв её ладонь своей, Лео сжал пальцы девушки на мгновение.

— Поймешь. Просто смотри на меня.

Не стал дожидаться ответа, вырвался из укрытия.

И начался спектакль.

Он не побежал, а пошёл. Первые шаги — медленные, тяжёлые, утопающие в пыли. Потом ритм ускорился, походка стала упругой, хищной.

— Сабрина! — низкий и резкий голос прорезал вой бури. — Пересмешница! Давай поиграем? Я надеюсь, не с тебя столько песка насыпало?