— Тебе бы стояло боятся, если я зашёл, — пробурчал он, прикрывая меня полотенцем и отводя глаза, как настоящий джентльмен. — На самом деле я была бы в восторге, — крикнула я. — Тут есть место для двоих, знаешь ли.

— Веди себя прилично.

— Никогда.

***

Позже, уже одетые и уплетающие мороженое на пирсе, Хью посмотрел на меня и улыбнулся. Он сидел на стене пирса, свесив ноги по обе стороны, а я сидела по-турецки, лицом к нему. — Что? — спросила я, облизывая рожок. — Что смешного? — Ничего. — Он покачал головой и взял ещё один кусочек мороженого, всё ещё улыбаясь.

— Очевидно, что-то есть, — настаивала я, повторяя его улыбку. — Расскажи.

— Просто я счастлив, вот и всё. — Он посмотрел на воду, положил руку мне на колено и вздохнул с чувством. — Сегодня был хороший день. Хороший день, детка.

Да, это был хороший день. — Мне нравится здесь быть, — сказала я, чувствуя, как тело расслабляется вместе с сердцем. — С тобой. — Мне тоже, Лиз. — Он крепко сжал моё колено. — Мне тоже.

КАНИКУЛЫ В ШКОЛЕ

Хьюи

19 июня 2003 года

— Хватит, — заявил Гибс, пиная свой школьный рюкзак через центральный двор Томмена. — Эти руки больше не тронут ни одной книги до конца лета.

— Ёлки-палки, — закатил глаза Джонни, прошагал по булыжной мостовой и подобрал рюкзак, который приземлился в цветочной клумбе. — Что я тебе говорил насчёт порчи имущества, Гибс? — Это не порча имущества, Джонни, — с улыбкой ответил Гибс. — Это возврат школьного имущества.

— Кидая его в любимые петунии садовника?

— Я догоню вас, — сказал я другу, прежде чем повернул к одному из столов для пикника. Бросив рюкзак на стол, сел и быстро включил телефон. Как только он засветился, я набрал номер, который знал наизусть, слишком нетерпелив, чтобы ждать загрузки контактов, и приложил к уху. Услышав знакомый голос своей девушки, волосы на затылке встали дыбом. — Ну?

Чёрт возьми, даже её голос меня заводит.

Я улыбнулся, слушая в телефон. — Сдал и с чистой совестью.

— Ура! — услышал её радостный крик. — Какой план? Где ты сейчас? — Всё ещё в школе с ребятами. — Я ослабил галстук. — Сегодня вечером мы собираемся встретиться с ещё парочкой ребят перед дискотекой.

— Ну, не пей сильно заранее, — рассмеялась Лиз. — Я не собираюсь всё это устраивать зря, чувак.

— Усилия? — Я заинтересовался. — Моя малышка собирается нарядиться на вечер?

— Твоя малышка подумывает подсыпать клонозепам в напиток твоей сестры, — пробурчала она. — Может, это её успокоит.

— Клэр гиперактивна?

— Гиперактивна — это мягко сказано, Хью.

— Она прыгает?

— Как Тигра.

— Ох, чёрт, — я усмехнулся. — Главное, не подпускай её к себе с бритвой. Я как-то зашёл, а она пытается побрить ноги в раковине, и это был настоящий кровавый кошмар.

— Не волнуйся, — ответила она сухо. — Потому что она слишком сосредоточена на том, чтобы сломать мою волю, ломая по одному педикюрному пальчику за раз. Так что ты должен быть достаточно в себе, чтобы это оценить.

— Ты носишь свой браслет на щиколотке?

— Всегда.

— Ты будешь танцевать со мной?

— Никогда.

Я рассмеялся. — Пожалуй, вернусь к ребятам.

— Если уж совсем надо, — ответила она с драматическим вздохом. — А я пока защищусь от склонности твоей сестры к удалению волос.

— Вот и отлично, — усмехнулся я. — Увидимся вечером.

— Люблю тебя.

— И я тебя, Хью.

Положив трубку, я вернулся к ребятам, и тут увидел, что Гибс и Кав спорят, как старая пара.

— Они посадили меня в камеру на две недели, Джонни! — размахивал руками Гибс. — Как чёртову лабораторную крысу. Так что прости, если мне наплевать на клумбу садовника с его любимыми петуниями. — Ты бы уже замолчал, — ответил Кав, идя по тропинке к выходу из школы. — Ты как заезженная пластинка, Гибс.

— А мы не сидели в камере, — вставил Фели. — Мы просто писали экзамен на младший сертификат, парень.

— Нет, вас не сажали в камеру для экзаменов, — с уколом ответил Гибс. — А я сидел в отдельной комнатке с одним мужиком, которого я могу описать только как реинкарнацию Смитерса, который записывал мои ответы, и странной консультанткой Мисс Мур, которая дежурила рядом. — Его серые глаза расширились от возмущения. — И она беременна, Патрик. Ты знаешь, как меня выводят из себя беременные животы.

— Знаю, Гибс, и мне жаль, что тебе пришлось быть рядом с одной, — сказал Фели, похлопав друга по спине.

— Но вся эта история с отдельной комнатой была ради твоей пользы, — вставил я.

— Точно, — согласился Кав. — Секретарь был там, чтобы помочь с твоей дислексией.

— Правда, и Смитерс записывал все ответы, — задумчиво сказал Гибс, а потом хитро улыбнулся. — Хм, похоже, я знаю, кого обвинят, когда в сентябре придут результаты, и моя мамаша устроит истерику из-за моего провала.

— Не торопись с выводами, Гибс, — предложил Фели. — Ты можешь себя удивить.

— Чувак, — фыркнул Гибс. — Ты бы так не говорил, если бы видел лицо Смитерса, когда я сказал ему, что писать. — Он громко рассмеялся. — Бедняга глазами умолял меня замолчать. Мы все засмеялись, и я спросил: — Ладно, ребята, у кого будем собираться?

— У тебя, — ответили Гибс и Фели одновременно.

Тем временем брови Джонни нахмурились от непонимания. — Собираемся к чему?

— Сегодня вечером дискотека в городе.

— И прежде чем вы начнёте говорить, что я не могу, у меня завтра тренировка, — перебил Гибс. — Просто знайте, что ты идёшь. Это решено, капитан, врубайся.

— Потому что я не могу, — настаивал Кав. — У меня завтра тренировка.

— Тогда освободи расписание, — сказал Гибс, положив руку ему на плечо. — Потому что сегодня ты идёшь тусить с ребятами.

ДИБС, ОН МОЙ

Лиззи

19 июня 2003 года

Впервые за долгое время я действительно постаралась своим внешним видом. Считала, что обязана это своему парню за все те месяцы, которые он терпел дикий вариант Лиз. Он заслуживал видеть девушку Лиз хотя бы на одну ночь.

Я была нарядно одета с иголочки — обтягивающее лимонного цвета платье с сетчатыми кружевами, которое мало что оставляло воображению. Стоя в очереди у регбийного клуба, я была с полным макияжем — благодаря Клэр, а волосы свободно спадали к середине спины мягкими локонами. Я утешала себя мыслью, что ноги точно будут в комфорте, даже если всё остальное нет. Мои верные высокие кеды — единственное, с чем я не готова была мириться, — крепко сидели на ногах.

Вечеринка проходила в регбийном клубе. Мероприятие финансировали и наша школа, и клуб, предлагали бесплатные безалкогольные напитки и выставили охрану для порядка. Я знала, что в BCS была отдельная дискотека в местном GAA павильоне, но мы туда не ходили. Учителя и родители предупредили нас держаться подальше от «таких парней», поэтому мы тусовались с мальчиками из нашей школы — хорошими парнями, с перспективами, с толстыми кошельками и ещё более толстым самомнением.

Это был полный бред.

Не понимаю, как я вообще смогла вылезти из кровати этим утром, не говоря уже о том, что выдержала четырёхчасовой сеанс красоты с Клэр, но вот мы стояли, окружённые сотнями девушек-подростков, и я должна признать — мы выглядели шикарно.

— Не могу дождаться, когда войдём, — воскликнула Клэр, подпрыгивая в розовом кожаном платье, которое скрывало достаточно, чтобы её брат не устроил истерику, когда придёт. — Я так взволнована!

— Да, Клэр, вижу.

— Как думаешь, мальчики скоро будут?

— Кто их знает? — пожал я плечами. — Они пьют уже весь вечер, не удивлюсь, если сейчас спят в кустах.

— Зато Джерард точно придёт, — уверенно ответила она. — Он пообещал мне первый танец.

Сдерживая колкости и боль ради предстоящей ночи, я улыбнулась. — Как скажешь.