Несмотря на срывы и мании, Хью продолжал проникать в мой мир, словно храбрый рыцарь, и защищал меня от эмоциональной осколочной бури, жаждущей разорвать меня на куски.

Я вовсе не была достойна этого парня и не заслуживала терпения, которое он проявлял ко мне, но отчаянно пыталась им стать. Мои мысли вернулись к кошмарному лету 2001 года, и я вздрогнула, вспомнив, как близко была к тому, чтобы потерять Хью. Первой годовщине смерти моей сестры сопутствовал мой первый действительно тяжёлый маниакальный эпизод, о котором я почти ничего не помнила. Зато я помнила стыд, который охватил меня, когда я очнулась в больничной палате в глубокой депрессии. Я не помнила, что перестала принимать лекарства, но именно это сказали врачи. Я не помнила, как разрушала свою комнату, срывала с стен фотографии Каойвми или бегала голая по полям за домом. Но врачи утверждали, что всё именно так и было. Хуже всего было слышать, что я связала поводок для лошади вокруг шеи и бросилась с верхнего этажа сена в амбаре, а Хью сломал локоть, упав с уступа, когда пытался меня спасти.

Он действительно сорвал меня с края и спас мне жизнь в тот день и ни разу не винил меня за это, но я винила. Я не могла простить себя за то, что подвергла его опасности.

После этого падение было таким сильным, что я провела недели летних каникул в постели, почти не ела, редко принимала душ и вообще гнила под одеялом.

Потом я снова ожила, но меня мучили ошибки, которые я совершила во время мании. Хуже всего, что виновата была только я сама, а папа был не прочь напомнить мне об этом.

Тот тёмный период в моей жизни — то, о чём я не любила думать, потому что боялась, что если слишком долго задумываться, то сглазишь себя.

День рождения Клэр пару недель назад снова напомнил мне, как быстро мой мир может рухнуть.

— Послушай, я знаю, что последние годы были тяжёлыми, но как насчёт того, чтобы провести чёткую черту и считать поступление в колледж Томмена нашим новым началом? — мама бросила на меня надеждный взгляд, и я едва сдержалась, чтобы не вздрогнуть от вида её измождённого лица. — Ну? Как тебе идея, детка?

— Звучит как план, — ответила я, заставляя себя быть дочерью, которой она хотела меня видеть.

ДЕВУШКИ ИЗ ТОММЕН

Лиззи

2 сентября 2002 года

— Это как замок, — воскликнула Клэр, прижав книги к груди и кружась по двору, явно поражённая средневековым видом здания, которое станет нашим академическим домом на ближайшие шесть лет.

— Разве оно не красиво, Лиз?

— Да, — ответила я, сжимая ремни рюкзака и оглядываясь на стены, обвитые плющом, из древнего кирпича, похожего на церковь. — Впечатляет.

— Миссис Лоуни сказала, что колледж Томмен построен в 1667 году, — с восторгом сообщила она, вываливая факты, которые наш учитель в начальной школе рассказывал про этот престижный пансион. — Приём в школу очень жёсткий, не говоря уже о дорогой плате за обучение, и всего шесть стипендий выдаются в год.

— Да, Клэр, я знаю, — вздохнула я. — Я была в классе, когда миссис Лоуни рассказывала это.

— Извини, — ответила она с застенчивой улыбкой. — Забыла. Я много пропускала последние два года, так что не могла винить её в забывчивости. — Ничего, — поддержала я её улыбкой. — Продолжай. — Правда? — Клэр посмотрела на меня большими, полными надежды глазами. — Можно я расскажу всё целиком? Я знаю это наизусть.

— Конечно, — улыбнулась я. — Вперёд.

Моя подруга, едва сдерживая волнение, прочистила горло и принялась за роль экскурсовода-эксперта. — Колледж Томмен — престижная частная школа-пансион после начальной школы, расположенная в идиллической сельской местности графства Корк, в пятнадцати милях от шумного городка Баллилаггин. Территория занимает триста акров леса и зелени. В Томмене принимают как дневных учеников, так и пансионных, при этом общежития для мальчиков и девочек раздельные, всего на двести пятьдесят человек.

— Ух ты, — рассмеялась я, искренне впечатлённая её умением наизусть знать брошюру. — Очень профессионально.

— Ой, у меня есть ещё, — с радостью воскликнула она, подпрыгивая на месте. — В Томмене есть современные удобства, чтобы поддержать учебу, а также национально признанный спортивный отдел высшего уровня.

— Похоже, мечта спортсмена.

— Конечно, — задумчиво сказала она, доставая брошюру и продолжая читать вслух. — Среди удобств колледжа — специализированный музыкальный зал, шесть просторных общих комнат, тренажёрный зал с весами, спортивный зал, футбольное поле с искусственным покрытием и подсветкой, крытый подогреваемый бассейн длиной двадцать пять метров, площадки для гольфа с девятью лунками, беговая дорожка, три научных корпуса, садоводческая оранжерея, две библиотеки, гончарная мастерская, современные кабинеты домоводства, три регбийных поля, комната для восстановления после тренировок...

— Ладно, ладно, всё понятно, — прервала я её, прежде чем она превратилась в живого Тигрулю и начала прыгать. Взяв её за руку, я повела её к огромным двойным дверям главного здания. — Пойдём лучше найдём наши шкафчики.

— Думаешь, Шэннон справится в BCS, Лиз?

Нет. — Да, Клэр, справится.

— Правда?

— Абсолютно, — ответила я, хотя сердце упало при мысли, что Шэннон одна в новой школе. — У неё есть брат.

— Да, и он не даст этим злобным хулиганам её обижать.

— Именно.

— Я так рада, что ты со мной, Лиз, — пробормотала Клэр, когда мы вошли внутрь. Её явно пугал огромный входной зал и сотни студентов, суетящихся вокруг. — Думаю, без тебя я бы испугалась.

— Ты справишься, Клэр Биггс, — пообещала я, прижимая её ближе. — Через месяц ты станешь любимицей школы.

— Ты правда так думаешь?

— Я знаю.

— А ты кем будешь?

— Я?

— Да, кем ты будешь?

— Без дождя не бывает солнца, — пожала плечами я. — Я буду школьной дождливой тучей.

Это рассмешило её, и я была рада — для меня было важно, чтобы эта девочка никогда не теряла своего света. Как я потеряла свой. Клэр была особенной — у неё была чистая душа и непорочное восприятие мира. Не знаю, благодаря ли это воспитанию мамы или невидимому пузырю защиты, который создавал её старший брат, но она была той, кого, несмотря на наши различия, я могла только любить.

— О, боже, ура! — взвизгнула Клэр, отпуская мою руку. — Джерард! Я застыла, наблюдая, как она рванула к толпе старших парней в регбийной форме. Ну, старших для Клэр, по крайней мере. Мне было столько же, сколько этим ублюдкам.

Когда она обняла его, мне стало так плохо, что казалось, вот-вот стошнит.

— Медвежонок-Клэр! — радостно воскликнул он, подняв её на руки.

— Ребята, это моя невеста, так что глаз да глаз!

Полная отвращения и не в силах скрыть недовольство, я ушла в другую сторону, стараясь поскорее отдалиться от его горла. Дрожащая, я попыталась обойти группу старших девчонок, которые перекрывали коридор, болтая между собой.

Стараясь сохранять спокойствие, я встала перед ними, ожидая, что они разойдутся, но, устав быть вежливой, начала проталкиваться сквозь них.

Когда проходишь через ад и всё такое.

— Эй, извини! Ты не можешь просто так пробираться через нас, — одна из них схватила меня за руку. — Ты кто вообще такая, малышкапервоклашка?

— Твой худший чёртов кошмар, если не отпустишь, — ответила я, резко обернувшись и уставившись в глаза тёмноволосой девчонке. — Серьёзно, у тебя есть пять секунд снять руку, иначе отрежу пальцы. — Вот это стерва, — пробормотала одна из них, отступая на безопасное расстояние, а та, что держала меня, задумалась, серьёзна ли я.

— Отпусти, Белла, она не стоит того.

— Да, Беллс, давай уйдём.

— Пять, четыре, три, два, один —

— В следующий раз вежливо проси, если хочешь, чтобы тебя пропустили, — фыркнула девчонка по имени Белла, убирая руку в последний момент. — Я четвёртый курс, так что у меня здесь выше статус, чем у тебя.