Гибса за преступление, к которому он не имел никакого отношения, и пока моя девушка была настроена осуждать всех членов семьи Аллен, кровных или нет, я осуждал только Марка.

Последние несколько месяцев были настоящим испытанием, и я всегда думал, что лучше всех понимаю психическое состояние своей девушки, но я не мог быть более наивным.

Видимо, Лиз откладывала всю свою энергию и радость на наши ежедневные встречи, потому что то, через что она проходила за обычные сутки, разрывало моё сердце на куски.

Потому что её разум был не просто сложным — он мучил её настолько, что я стал понимать её резкие и внезапные перепады настроения.

Хуже всего было то, что она причиняла себе боль — я узнал, что она делала это ежедневно. Это буквально перехватывало дыхание. Зная, что стоит мне отвернуться, она может взять лезвие и порезать свою плоть. Я ловил её три раза, и эти три раза были единственным моментом, когда я повысил голос на неё.

Потому что мне нужно было, чтобы она меня услышала.

Потому что мне нужно было, чтобы она знала — когда она режет себя, она режет и меня.

— Хью? — тихо прошептала Лиз в тишине, и внезапное появление её голоса, да ещё и рука, скользнувшая по моим волосам с края её кровати, чуть не вызвали у меня сердечный приступ. — Ты не спишь? — Нет, Лиз. — Я выдохнул, грудь вздымается. — Я не сплю. — Когда её пальцы продолжали играть с моими волосами, я поднял руку и положил ладонь на край её матраса. — Тебе приснился ещё один кошмар?

— Думаю, да, — она тихо ответила, схватив мою руку. — Но я не уверена, что вообще спала, когда это случилось.

— Хочешь поговорить об этом… — мои слова оборвались, когда Лиз съехала с кровати и оказалась на матрасе рядом со мной. — Привет, — она дышала тихо, повернувшись ко мне на бок. — Привет, — я ответил, глубоко глотая. — Ты что, просто упала с кровати?

Лиз покачала головой, и её взгляд, такой пристальный, заставил каждую волосинку на моём теле встать дыбом. — Завтра ты уезжаешь. — Да, мне, вроде бы, надо. — Тупая боль сжала грудь. — Школа начинается на следующий день.

— Я не хочу сегодня спать без тебя, — она прошептала, поглаживая мою челюсть. — Не в нашу последнюю ночь.

Осторожно, чтобы не неправильно понять, я медленно поднял руку и ждала её реакции. Когда она сразу же зарылась головой в сгиб моей руки, я расслабился и обнял её. — Это не наша последняя ночь, — пообещал я, голос дрожал. — У нас будет ещё тысячи таких ночей. Глубоко вздохнув, Лиз закинула длинную ногу через мои бёдра и положила ладонь на мой голый живот. — Ты всегда так хорошо пахнешь.

— Ну, теперь мне приходится, правда? — я пошутил, пытаясь не думать о том, как моё тело постепенно накаляется. — Когда моя девушка целыми днями нюхает меня.

— Верно, — она задумчиво провела пальцами по моему пупку. — А ты знаешь, что у тебя теперь волосы под пупком?

Это было не единственное место с волосами, но я уж точно не собирался ей это рассказывать. Особенно когда пытался всеми силами успокоить своё пылающее тело.

— Хью?

— Мм?

— Ты меня слышал?

— Да, Лиз. — Я прочистил горло и сжал её руку. — Я слышал. — Прости, — она прошептала виновато. — Это было плохое прикосновение?

— Нет. — Я покачал головой и сдержал дрожь. — Не плохое. Просто неожиданное.

— Ага. — Она приблизилась, причиняя вред моему бедному сердцу. — Хью?

— Да, Лиз? — я ответил, зажмурившись, когда её бедро легло на меня.

— Когда мы сможем прикасаться?

Забудь о проглатывании — я чуть не поперхнулся, когда она спросила это. — Прикасаться?

— Да, — она дышала, прижавшись щекой к моему плечу. — Как парни и девушки трогают друг друга.

Чёрт возьми, я больше не мог это скрывать.

— Что это? — спросила она, заметив мою неловкость.

Господи, мама была права.

Моё сердце любило эту девушку, но тело явно желало её.

Ох, чёрт.

— Мы сможем прикасаться, когда будем намного старше, — с трудом выдавил я, отчаянно пытаясь найти разум и самообладание сквозь туман вожделения. — Когда оба будем учиться в средней школе. — Но ты будешь в средней школе на два года раньше меня, — возразила она. — Что если ты найдёшь какую-то другую девушку, чтобы её трогать?

— Нет.

— А если найдёшь?

— Нет, — повторил я, чувствуя, как у меня подкашиваются ноги. — Нет.

— Почему ты так уверен?

— Потому что знаю, что этого не случится.

— А как ты знаешь?

— Потому что хочу трогать только тебя.

Её дыхание сбилось. — Правда?

— Да, — ответил я и быстро добавил: — Когда мы станем старше.

— Насколько старше?

— Я же сказал — когда будем в средней школе, — ответил я, снова схватив её руку, которая начала скользить по моему животу. — Нет никакой спешки, Лиз, и я не собираюсь ходить и трогать других девушек, когда начну среднюю школу, хорошо?

— Или целовать?

— Или целовать, — подтвердил я. — Я не буду делать ничего такого, так что тебе просто нужно набраться терпения и доверять мне, потому что я не собираюсь причинять тебе боль.

— Я тебе доверяю, Хью.

— Хорошо. Перевернувшись на бок к ней, я приложил руку к её щеке и улыбнулся. — Потому что у нас есть всё время на такие вещи. Погружённые, бледно-голубые глаза смотрели на меня. — Ладно. — Я люблю тебя, — прошептал я, нуждаясь, чтобы она знала это. — Вне зависимости ни от чего.

— Я тоже тебя люблю. — Мои слова вернули свет в её глаза. — Вне зависимости ни от чего.

— Хочешь рассказать о своём кошмаре? — спросил я, стараясь перевести разговор на что-то, что я мог бы понять. — Тот, в котором ты думала, что не спала?

Её тело тут же напряглось. — Я была в комнате.

— В этой комнате?

Она покачала головой. — В другой комнате.

— Ладно. — Сохраняя мягкий тон, я продолжал гладить её щёку большим пальцем. — Что ещё было в комнате?

— Кровать.

— Ты была в кровати?

— Нет. — Лиз покачала головой. — Она была.

— Кива?

Она кивнула строго. — Она плакала.

— Это звучит страшно. — Моё сердце забилось чаще, но я не смел показывать это ей. Вместо этого я старался звучать как можно спокойнее, когда спросил: — Там был кто-то ещё?

Она резко покачала головой, потом кивнула.

— Был кто-то?

Она снова покачала головой, затем кивнула.

— Не было?

— Я не знаю. — Сжав глаза, Лиз выдохнула с дрожью. — Я не хочу больше об этом думать.

— Ладно, — ответил я, хотя внутри меня всё кричало — нет, не останавливайся. Но я не мог сделать этого с ней, особенно когда завтра уезжаю и не смогу помочь ей собрать осколки. — Не обязательно говорить об этом сегодня. — Обняв её за тонкую талию, я притянул к себе так, что наши груди прижались друг к другу. — Попробуй поспать, хорошо?

— А если монстр выползет из моих снов?

— Я буду рядом, — пообещал я, крепче прижимая её к себе. — Буду охранять тебя.

— И защищать?

— Да, Лиз, — с трудом выдавил я, чувствуя, как моё сердце разрывается. — Защищать тебя.

ЧАСТЬ 16

Новые горизонты

ПАРНИ ИЗ ТОММЕН

Хьюи

30 августа 2000 года

— О, Святой Иисус, кто тебя выпустил из дома в таком виде?! — возмутился Джонни Кавана своим густым дублинским акцентом, обходя Гибси на парковке колледжа Томмен в наше первое утро в средней школе. — Ни за что на свете я не позволю тебе войти в школу в этой хрени, Гибс. — Он метнул обвиняющий стальной взгляд на меня. — Как ты мог это допустить, Хьюи?

— Я ж не его опекун, Кэп, — засмеялся я, поднимая руки.

— Нет, но, видимо, он да, — вставил Фели со смешком. — Прошу прощения у всех вас, — фыркнул Гибси, хватаясь за лацканы своего ультраэлитного тёмно-синего пиджака. — Моя мама сказала, что я выгляжу с иголочки.

— Ага, а моя ма сказала то же самое, когда пыталась впихнуть в меня такой же, но я не настолько тупой, чтобы ей поверить, — огрызнулся Кав, морщась. — Сними эту хрень, слышишь? А то станешь посмешищем до первого звонка.