— Я не чувствую себя сильной, Хью, — призналась я, прижавшись к нему. — Я чувствую себя усталой и… — И? — мягко спросил он.

— И напуганной, — прошептала я, уткнувшись лицом в его грудь. — Мне всё время страшно.

— Чего ты боишься?

Я крепко зажмурилась и выдохнула:

— Себя.

ЧАСТЬ 9

Соединяя точки

СДАВАТЬЯ И БРАТЬ ИНИЦИАТИВУ

Хьюи

18 марта 1999 года

— Хью, мне кажется, с Лиззи что-то не так, — заявила Клэр на следующий вечер после школы, когда вернулась с танцев. — Сегодня в школе она вела себя очень странно.

— Что? — я резко поднял голову от домашки, которую делал за кухонным столом. — Как? — В ту же секунду насторожился, глядя на сестру, стоявшую у кухонного острова с редким для неё хмурым выражением лица. — Что случилось?

— Она сняла обувь и колготки прямо на уроке и выбежала на улицу. — Клэр поёжилась, явно испытывая неловкость. — Сказала, что хочет почувствовать солнце на ногах… но ведь шёл дождь, Хью.

Чёрт.

— Я думал, что её вообще не было сегодня в школе, — пробормотал я, потирая челюсть. — Она не была в автобусе.

— Потому что опоздала утром, а потом её отец забрал домой пораньше.

Дважды чёрт.

Отодвинув стул, я рванул к двери.

— А где мама?

— Всё ещё в парикмахерской, — ответила Клэр, теребя губу. — С Лиз всё в порядке?

— Да, всё отлично, — соврал я, не моргнув глазом, отчаянно пытаясь защитить подругу. — Это я ей задание дал. Спор был.

Глаза Клэр расширились.

— Серьёзно?

— Ага, — выдавил я фальшивый смешок. — Не могу поверить, что она правда это сделала.

Похоже, врать я научился лучше, чем раньше, потому что сестра купилась.

— Вот балбес! — пробормотала она, подбежала ко мне и шлёпнула по затылку. — Ты мог в серьёзные неприятности её втянуть, Хью! Её же к директору вызвали! — Уперев руки в бока, она грозно посмотрела на меня. — Больше так не делай, ясно? Это было ужасно подло, и из-за тебя она выглядела глупо. Все смеялись и показывали на неё пальцем!

Чувствуя, как всё внутри сжимается, я заставил себя выдохнуть:

— Хорошо, Клэр. Больше не буду.

Обогнув её, я направился к лестнице, перепрыгивая по две ступени, пока не добрался до двери на чердак — в кабинет отца. Я подумал, не постучать ли, но решил, что если он собирается игнорировать меня, то пусть делает это в лицо.

Резко распахнув дверь, я взбежал по узкой лестнице и вошёл в его логово одиночества. Как и ожидалось, он дремал, склонившись над своим столом — тем самым, за которым писал теперь свои детективные романы.

— Пап. — Я подошёл к нему и шлёпнул ладонью по столу. — Пап! Как я и думал, он резко проснулся, вздрогнув, с дикими глазами оглядываясь по сторонам.

Господи боже.

Когда он в последний раз брился?

Он уже начинал походить на Аль Пачино в Серпико.

Когда он наконец сфокусировал на мне взгляд, я уставился ему прямо в глаза и сказал:

— Мне нужна твоя помощь.

— А где твоя мама?

— Недоступна, — процедил я, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие. — Вот почему мне нужен ты.

Глаза, точь-в-точь как мои, уставились на меня в ответ. Только вот в них уже не было огня. Он потух четыре года назад.

— Что случилось, сын?

— Мне нужно, чтобы ты отвёз меня к Лиззи, — как можно ровнее сказал я. — Это очень важно.

Он нахмурился:

— Лиззи?

— Да, пап, Лиззи, — огрызнулся я, не в силах сдержать раздражения. — Моя лучшая подруга. Девочка, которая почти каждую неделю ночует у нас вот уже четыре с половиной года. Отец посмотрел на меня с сожалением в глазах.

— Прости, Хью, — покачал он головой, и плечи его поникли. — Я сейчас… Я не очень… В общем, сегодня не мой день, сын. — У тебя вообще не бывает нормальных дней, пап, — ответил я с горечью, разворачиваясь к выходу. — Не переживай. Я больше не попрошу тебя о помощи.

Скорее ад замёрзнет.

— Хью, — позвал он, голос дрожал. — Подожди, сын!

Я не остановился. И не обернулся.

ВПЕРЕД И ВВЕРХ

Лиззи

18 марта 1999 года

— Я раньше жила на другой планете, — пробормотала я, тщетно пытаясь встретиться взглядом с незнакомцем передо мной. — Под водой. — Сжав губы, я провела по ним языком, но ничего не почувствовала. — У неё когти. — Да, на этот раз меня действительно унесло. — И монстр царапает меня. — Я уже видела четверых незнакомцев. — Они привезли меня сюда на самолёте. — С ней всё в порядке? — Это была моя мама. Она плакала. Я слышала. Я знала, что это должно меня расстраивать, но… я просто не чувствовала ничего. — Что с ней происходит?

— Не беспокойтесь, это мидазолам — он успокаивает её организм, — услышала я, как женщина в белом халате говорит маме. — Она будет очень сонной день или два, пока препарат не выведется из организма. — А что мы скажем в школе? Как объяснить то, что она сделала сегодня?

— Я напишу для вас письмо директору с объяснением утреннего инцидента. Пожалуйста, не переживайте, миссис Янг. В школах проявляют большое понимание к детям с серьёзными медицинскими проблемами. Это никак не повлияет на возможность Лиззи учиться вместе со сверстниками.

— А что с тем, что она так часто пропускает занятия?

— Совет по образованию уже осведомлён о состоянии Лиззи, и в её пользу была предоставлена отсрочка. Так что проблем с прогулами не возникнет. Что касается её успеваемости — все письма от её учителя подтверждают, что несмотря на биполярное расстройство, ваша дочь продолжает учиться очень хорошо. Я бы даже сказал, что Лиззи входит в лучшие пять процентов по оценкам.

— Не меньше, — сказала мама.

— Так что не всё так мрачно, как кажется.

Сгорбившись в кресле между родителями, я изо всех сил пыталась держать голову. Где-то рядом врач продолжал говорить про биполярные эпизоды и ещё что-то, что называлось "быстрое циклирование".

Но мне было всё равно.

Теперь уже точно.

— А вы можете помочь мне умереть? — пробормотала я, повернув голову в сторону силуэта мужчины. — Эй, мистер человек, вы не поможете мне найти друга?

— Господи Иисусе, — вскрикнул мужчина. — Как нам вообще жить вот так?

— Майкл, прошу тебя, — зарыдала мама. — Не при ней.

— Эй, мистер доктор? — Моя голова моталась туда-сюда, будто я была яблоком на верёвке. А может, я ловила яблоки? — Вы можете остановить монстра?

— Элизабет, это я, папа.

— Папа, — повторила я, смакуя слово. — Эй, мистер папа? Ты можешь сделать так, чтобы было не больно?

Мужчина снова заплакал, на этот раз громче, и я не понимала — почему.

Я ничего не могла понять.

— Всё хорошо, Элизабет, — кто-то взял мою руку и сжал. — Всё будет хорошо. Правда?

А мне вообще важно?

Укол, который сделал врач, оставил внутри только пустоту. Я ничего не чувствовала.

ВОСПИТЫВАЕШЬ МУЖЧИНУ — ПОЛУЧАЕШЬ МУЖЧИНУ

Хьюи

18 марта 1999 года

Через два часа я сидел на пассажирском сиденье маминой машины, когда она остановилась перед Олд Холл Хаусом.

— Прежде чем мы зайдём, я хочу кое о чём с тобой поговорить, — сказала мама, припарковав машину на своём обычном месте. — И мне нужно, чтобы ты выслушал меня. — Она затянула ручной тормоз и повернулась ко мне всем телом. — Ты сможешь это сделать, Хью? Я хотел сказать “нет”, потому что знал, что мама собирается защищать отца, но как я мог отказать, если она буквально всё бросила, чтобы отвезти меня сюда? Не мог. Поэтому я кивнул, сжав губы.

— Да, мам, смогу.

— Я знаю, тебе сейчас тяжело из-за твоих чувств к папе. Ты чувствуешь, будто его не было в твоей жизни.

Нет, мам. Это не мне тяжело разбираться в своих чувствах. Это ему тяжело. И я не думаю, что его не было рядом. Я знаю, что его не было. — Но я хочу, чтобы ты знал: папа очень тебя любит, Хью. Ему больно от мысли, что он тебя расстроил сегодня вечером.