— Как ты такая идеальная? — вздохнула Клэр, тыкая в живот моей девушки. — Ты ешь как взрослый мужик и при этом сохраняешь пресс как у модели.

— О чём ты говоришь? — рассмеялась Лиз и бросила в голову Клэр кусочек попкорна, который застрял в её кудрях. — Ты вот идеальная, с бедрами как у Шакиры.

— Я танцую каждый день, чтобы держать эти бедра в узде. А ты можешь есть что хочешь и при этом выглядеть как чертов подиумный феномен.

— Ох, перестань, — отмахнулась моя девушка, не желая вникать в разговор неуверенной девчонки. — Это самая большая чушь, что я когда-либо слышала.

Я улыбнулся про себя и продолжил давить кнопки.

Это моя малышка.

— Знаешь, Клэр, ты полное чмо, так что хватит заискивать за комплименты.

— Нет, я милая и обаятельная, — спорила сестра. — А ты — полное чмо.

— Точно, — подключился я, заставив Лиз посмеяться, а Клэр — охнуть.

— Фу, Хью, — отрезала она. — Я же тут реально.

Я беззастенчиво пожал плечами и снова сосредоточился на игре. Уже достаточно плохо, что я не мог держать за руку свою девушку, когда рядом сестра, не доводя её до истерики; черт побери, я ещё и не мог сделать ей комплимент. Ведь, хоть Клэр и стала спокойнее относиться к нашим отношениям в последние месяцы, Лиз всё ещё отказывалась показывать свою привязанность на публике. Серьёзно, дело было настолько плохо, что она даже не брала меня за руку в школе, не говоря уже о поцелуях. Мы даже не обедали вместе, но это больше изза компании, с которой я сидел за столом регби, чем из-за сестры.

Хотя Клэр была права в своём мнении о Лиз.

Она была просто безумно привлекательной девчонкой.

— Ладно, хватит вонять в комнате мальчика, — заявила Клэр, вскочив с места и схватив Лиз за руку, поднимая её. — Надо готовиться к киноноччи.

— Ладно, ладно, — засмеялась Лиз. — Я иду.

— Веселитесь, — сказал я, потянувшись за поцелуем от девушки, но получил взамен дружеское похлопывание по голове.

Спасибо, Клэр.

***

Позже той ночью, когда мама заманила меня в гостиную с предложением посмотреть вместе экранизацию своей любимой книги, я должен был понять, что это ловушка. Вместо того чтобы включить фильм «Влюблённый танцор», мама, усадив меня на диван, повернулась ко мне и сказала:

— Нам нужно поговорить.

— О чём?

— О тебе и Лиззи, — подтвердила мама, сняв очки и положив их на колени. — Вы что-то делаете?

О, черт.

Опять началось.

— Да, мама, мы что-то делаем, — ответил я, даже не пытаясь отрицать. Зачем? Слепой бы понял, что я по уши влюблён. — Я с ней. — А что именно ты имеешь в виду, когда говоришь «с ней»? — спросила мама.

— Это значит, что я её, а она моя.

— В каком смысле, Хью?

— Во всех смыслах, мама.

— Мне нужны подробности физического плана, сынок.

Да, я понял, что она к этому клонит, и отчаянно пытался уйти от этой темы.

— Она младше тебя, Хью, — настаивала мама. — Вы оба слишком молоды.

— На восемь месяцев, — напомнил я, чувствуя, как у меня на спине встала шерсть. — И я знаю, сколько нам лет, мама. — Значит, ты также понимаешь, что вы слишком молоды для интимных отношений.

— Определи интим.

— Сексуальная близость, Хью.

— Мы ничего такого не делаем, — сказал я, смущённо ерзая. — Мы целуемся, мама. И всё.

Она подняла недоверчивую бровь:

— Не лги мне.

О, черт.

О, черт.

— Мы оба девственники, — выдал я, чувствуя, как пот выступает на ладонях. — И я намерен так и оставаться ещё долго.

Её тёмные глаза встретились с моими, явно оценивая меня, прежде чем она вздохнула с облегчением:

— Рада это слышать, сынок, ведь я воспитывала тебя настоящим джентльменом.

— Да, — пробормотал я. — И я таким и являюсь, мама.

ДЕНЬ РОЖДЕНИЕ НА ПЛЯЖЕ

Лиззи

8 июня 2003 года

Мы жили недалеко от побережья — всего двадцать минут на машине, что облегчало организацию поездок в солнечные дни. Сегодня утром, когда мама подвезла нас к пляжу, Хью и я провели весь день, плескаясь в океане, исследуя прибрежные лужи и лениво лежа на песке.

Поскольку у моего парня сейчас напряжённая сессия экзаменов, и впереди ещё одна загруженная неделя, а завтра у меня пятнадцатый день рождения, мы решили отпраздновать сегодня.

— Даже не думай, — предупредил он позже днём, когда мы решили прогуляться по утёсам.

— О, да ладно, — уговаривала я, сделав шаг ближе к краю. — Будет весело.

— Правда, но ты недостаточно хорошо плаваешь. — Хью схватил меня за руку и притянул обратно к себе. — Да и ты вся в одежде. — Одежду можно снять, Хью, — я дразнила его, обхватив руками его талию. — Давай. — Поцеловала его в щёку. — Немного повеселимся.

— А если ты утонешь?

— Как я могу утонуть, если у меня есть спасательный круг? — подмигнула я, покрутив ногой, на которой звенел браслет. — И у меня есть парень — русалка.

— Акула, а не русалка, — поправил он, улыбаясь. — Ты правда хочешь это сделать?

Я с нетерпением кивнула. — Это может быть мой подарок на день рождения.

— Ты уже получила подарок, — сказал он, указывая на блестящий кулон в виде точки с запятой на моём браслете.

— И я его обожаю, — согласилась я, поцеловав его губы. — Почти так же сильно, как тебя.

— Ладно, ладно, ты победила, — рассмеялся он, положив руки мне на талию. — Поехали.

— Ура!

Мой парень легко поднял меня и сказал обхватить его руками и ногами, прижавшись грудью к его груди. — Не отпускай, — предупредил он, обняв меня за талию и отступая несколько шагов назад. — Готова?

— Не отпущу, — взвизгнула я, пряча лицо в его шее. — И да, готова. Хью разогнался на полную к скорости к краю утёса и, держа меня крепко, прыгнул вместе со мной.

Я закрыла глаза и закричала от восторга, ветер свистел в лицо. Это было совершенно не то, что я ожидала — гораздо круче. Я быстро поняла, что все эти годы зря сидела на берегу и просто смотрела, как мой парень занимается этим захватывающим занятием.

Когда мы врезались в воду, она втянула нас вниз, и я инстинктивно начала бить ногами. Тут же почувствовала руку, схватившую мою, и нас потянуло наверх.

— Чёрт возьми! — вскрикнул Хью, когда мы вынырнули. — Это холодно.

Он был прав. Вода была ледяной, но адреналин хлестал через край, и тело наполнялось безумной энергией.

— Это было потрясающе! — вскрикнула я, обвив руку вокруг его широких плеч, пока он держался на воде. — Можем повторить?

Хью улыбнулся. — Конечно.

***

— Чёрт, как я замёрз, — объявил Хью, когда мы вернулись к раздевалкам напротив пляжа. Снимая промокшую футболку, он прыгал с ноги на ногу. — Я не чувствую свои яйца.

— Ха! — улыбнулась я, расстёгивая перед платье, тоже промокшее насквозь, и спуская его с плеч. — А как ты думаешь, как я себя чувствую с сосками, как лезвия?

— Понятия не имею, но выглядишь потрясающе. — Повернувшись ко мне спиной, Хью спустил шорты и трусы, открывая великолепный вид на свою голую попу. — Можно подумать, что вода должна быть теплее, — продолжал он, снимая шорты. — Ведь лето. — Это Ирландия, — усмехнулась я, расстегивая бюстгальтер. — Никогда не жди, что что-то будет тёплым или сухим.

— Верно, — задумчиво сказал он, набросив полотенце на бёдра. — Ты прикрыта, можно повернутся?

— Да.

Хью повернулся, но вскрикнул, увидев меня. — Лиз. Я громко рассмеялась и сняла оставшееся бельё, направляясь в душевую кабинку.

— А что если кто-то зайдёт? — со стоном схватился мой парень за дополнительное полотенце из сумки и встал перед кабинкой, как мой личный телохранитель. — Ты же знаешь, здесь раздевалки для обоих полов.

Я подмигнула через плечо. — Мне всё равно.

— А мне нет.

— Почему?

— Потому что ты — моя, и смотреть должен только я.

Сердце забилось быстрее. — Тогда смотри.

— Не искушай меня.

Я усмехнулась и намылила волосы шампунем из дозатора на стене. — Святой Хью.