Скатарис показывал, над чем они трудились — всё на благо общего дела. И люди, совсем недавно вернувшиеся из далеко не слабого пролома, были смущены.

Ифрит однако был не до конца согласен.

— Всё равно эксперименты следует отложить. Иначе мы можем погрязнуть в большом числе мощных проломов. По нашей классификации средний уровень за последнюю пару дней вырос уже до седьмого. Пара интеграций мелких проломов, выравнивающих границы мира, не могли стать причиной. Но я ощущаю странные волны энергии…

— Ноктис тоже чем-то занимается, — заметил артефактор. — И не подпускает нас.

Все присутствующие тут же решили проверить, чем занят «возмутитель спокойствия, надеющийся разрушить отношения». Тёмно-синий драконид работал в помещении неподалёку — ранее пустом, где были лишь столы и даже вполне обычные стулья. Ведь оно предназначалось для хозяев Орды.

Он направлял раскрытую руку на устройство, через которое текло много энергии, собираясь в капли, которые затем кристаллизовались. Вокруг были разложены орудия и различные артефакты.

— Что такое? — вкрадчиво поинтересовался Ноктис, сжав в руке кристаллик глубокого синего оттенка.

— Это наш вопрос, — с рыком спросил Ифрит. — Что ты здесь делаешь?

— Оружие, — пояснил старый артефактор, последовавший за своим арконом. — Его магия кристаллизации даёт возможность стабилизировать ману в очень плотные кристаллы. Это позволяет создавать мощные магические боеприпасы. Именно на таких работают наши самоходные орудия. Только… тут что-то иное: сжатие гораздо выше.

— Меньший калибр для защиты центра поля битвы и на случай, если монстры прорвутся…

Ксенистен вышла вперёд, ощутив толчок в спину. Хотя она не поняла от кого.

— Это же ты говорил о странной активности Скатариса. Только что мы пришли в его личную лабораторию, когда он запретил входить… он там исполнял просьбу Алексея.

— А ты тайно делаешь оружие, — мрачно сказал Алексей. — Что можешь сказать в своё оправдание?

Ноктис напряжённо смотрел то на людей, то на своих собратьев и то, чем занимался.

— Я сказал правду. Скатарис не хотел, чтобы я делал оружие без его ведома. Но мне всё равно. Это поможет нам.

Ифрит медленно вышел вперёд, смотря прямо в глаза драконида. Он медленно поднял массивный мрачный клинок и приставил его к шее. Ноктис не смел шевелиться. На него враждебно смотрели те, кто мог бы в одиночку дать бой троим равным ему.

— Я и здесь ощущала странные силы, — заметила Полина. — Теперь, вблизи понимаю. Тайные техники твоей династии? Или что-то из ресурсов тех осколков, в которые ходили вы, поскольку мы не успевали?

Ноктис нервно дёргал хвостом и крыльями, смотря на Ифрита.

— Аркон, мои извинения, — прозвучал голос второго бронзового драконида, мага тьмы, на которого тут же все оглянулись. — Меня и самого смутили его речи.

— Все ошибаются… — алый шумно выдохнул. — В этот раз я не накажу вас. Этот подлец умеет говорить. Наказывайте его как хотите… кроме смерти.

Ифрит задумчиво кивнул и снова молча встретился взглядом с синим драконидом.

— Оставь его, — прозвучал голос Алексея.

Все удивлённо посмотрели на антимага, а полубог убрал клинок, по которому струилась кровь из-под надрезанной прочнейшей чешуи.

— Я понял тебя. Я тоже считаю, что многие заслуживают второй шанс. Скатарис, наши слова о том, что вы свободны не пустой звук. Это ваш внутренний конфликт за власть. Ноктис прекрасно понимает, что такое оружие против нас было бы весьма неэффективно. Впрочем, мы его потом конфискуем. Пусть трудится на благо сражений с Ордой.

Скатарис тихо рыкнул и согласился. Команда пообещала больше не лезть в их дела и принесла извинения за подозрения. А затем предложила обсудить некоторые вопросы по артефакторике. В частности, Ифрит хотел, чтобы его меч наконец изучили артефакторы и готов был его оставить.

— Мне нужно продолжать тренировки и следить за проломами. Ифрит, разберись без меня, — сказал Алексей и кивнул девушкам и Акаеву в сторону выхода.

— Милосердие когда-нибудь подведёт тебя, — проворчал бог. — Впрочем, как хочешь.

Ноктис принял поражение, добровольно надев принесённые наручники-блокираторы, чтобы потом предстать перед судом лидера. Остальные дракониды разошлись по своим делам. Ксенистен потряхивало, она боялась кары, которая вскоре её постигнет.

Однако в Солайсе происходили странные вспышки энергии.

[Немного ранее]

Если бы с нами был Константин, он бы наверняка сказал, что стал слишком часто оказываться в ящике. Хах… а ещё у нас было бы море чернорабочих, которые превратили бы Старый Город в настоящий некрополь!

Некромантия — это вообще лучшая магия. Потому что у тебя всегда куча бесплатной рабочей силы! Интересно, если бы за время одиночества я обрёл способность поднимать мёртвых, какой легион нежити встретил бы Орду?

Предаваясь глупым мыслям, я аккуратно двигался по тёмному коридору, держа на себе деревянный ящик и надеясь не заблудиться: ведь раздобытые планы комплекса драконидов были весьма сложными.

В голове раздался голос Ифрита.

«Мы входим. Главное не сломай иллюзию».

Получившийся артефакт работал. Не зря столько мучился с кусочками кристаллика. Хотя целенаправленно создать аналогичный для Полины оказалось не менее сложно. Её глупый, буквально бунтарский отказ от артефактов вынудил искать всё в наградах за проломы или делать самому. Впрочем, тренировка вышла интересная.

А уж как она радовалась «Инсигнии архимага»! Двадцать пять процентов бонуса магической силы и по пять на остальные характеристики — это нечто уровня сокровища для любого мага. Ещё и помогает в поглощении энергии. Хотя если подумать «Талисман военачальника» Наташи получше: он даёт по десять процентов всего. А значит в сумме шестьдесят процентов бонусов, а не пятьдесят. Да ещё дополнительные щиты и восстановление выносливости.

Впрочем, специализированный бонус хорош, а я ещё начинающий артефактор. С доспехом Наташи вышло случайно. Но в этот раз я делал всё осмысленнее.

Улыбаясь, думая о степени нашей готовности, я ответил вслух: телепатическая передача своих мыслей всё ещё нечто за гранью моего понимания.

— Как сказал бы ты на моём месте: предположение, словно мне нужно предостережение об антимагии оскорбительно.

Источник энергии сверху я прекрасно ощущал. Уже привычным мысленным усилием, как роспись, вывел руническую связку, запускающую поле подавления и сфокусировал его в тонкий луч.

«Получилось. Этот смертный не имеет таланта, но заменил его упорством. Иллюзию контролирует почти идеально. С моей точки зрения выглядит неественно, но ящерицы не заметят».

Что сказать, Акаев молодец. Раньше он жаловался, что хотя получил от Богарта навык «Повелитель иллюзий», освоить его никак не мог. Система не помогала создавать вменяемые обманки. И хотя Элиси называла слившегося с оборотнем злого духа «королём иллюзий», они никак ему не помогали — до этого момента. Хотя несколько суток упорных тренировок в одном направлении и вложенное очко навыков, полученное из очередного «особо опасного» пролома дали плоды.

Я подождал, пока сверху оборудование начнут включать и аккуратно пошёл дальше, смотря через прорези в ящике. Уж не знаю, какие тут системы защиты. Но из рассказов весьма лояльной нам Ксенистен, они реагируют на ауру и, может быть, на фиксацию живых существ.

Меры безопасности мы обсуждали давно. Так что сейчас она вряд ли вспомнит об этом. Я же пока исследую комплекс. И совсем близко странно фонит… пока что чем-то слишком непонятным.

Слушая рассказ Ифрита о происходящем, я впервые исследовал Солайс без сопровождения. Город был довольно большим и неплохо сделанным. Он унаследовал имя от бывшей столицы. Но был основан на одном из военизированных аванпостов. Так что ниже уровня земли хватало проходов, которые дракониду наверное показались бы тесными. И в случае встречного движения им пришлось бы расходиться, задевая друг друга крыльями.