— Орда тоже берёт часть… правда более гибко. Потери энергии при захвате и переносе эфира выше — особенно на начальных этапах. По мере укрепления контроля становится лучше. Но и механизмы защиты от таких хитростей наверняка есть. К тому же ещё нужно взломать ядро, чтобы не делиться с врагом. Одно дело освобождение. И совсем другое — если кто-то следящий за Системой поймёт, что её обманывают, то запросто может дать задание на устранение. А при переподключении наказать снижением уровней или навсегда урезать долю получаемого эфира.

Всё ясно — хитрозадых не любят. Как говорят, ты можешь убить человека и тебя не найдут, но стоит только попасться в поле зрения налоговой и пиши пропало. Помнится, особенно актуально для Америки, где система сложная и гораздо менее автоматизированная. А ведь и правда кто-то наблюдает за работой Системы!

Вероятно Константина терпят, потому что он уже на автономном режиме и не пытается обманывать. К тому же полезен. Я же получаю весь эфир, что является одной из причин моей ускоренной прокачки помимо сочетания таланта антимагии и Внутреннего истока, которые в симбиозе сами дают мне гораздо более широкие перспективы применения своего дара.

Теперь заговорил Акаев. Дракониды вообще мало внимания обращали на слабейшего из встреченных людей.

— У меня ещё один вопрос возник… почему боги при всей их силе не сделали Систему ещё более разумной? Наверняка легко могли.

— Мы лишь слышали о прошлом, — ответил ему Ноктис. — Когда-то пробовали такие варианты. Но судя по всему, разум выходил из-под контроля: его могли захватить, или он совершал непредсказуемые вещи. Вероятно сочли, что простой и чёткий механизм надёжнее.

Мы продолжали общение. Я узнал несколько новых фактов. Например, среди Непокорных были ранги, показывающие силу: экзарх, астрарх и теург. И сейчас я, наверное, не дотягивал даже до первой стадии.

— Экзархи были эквивалентны как минимум нашим сто десятым стадиям возвышения. Это то, к чему стремятся все Восходящие. Они придут и в ваш мир, когда портал не станет требовать от них сверх-усилия и грозить смертью во время перехода. Астрархи — это следующая стадия. Судя по описанию, существо из Магнуса было эквивалентно Непокорному такого ранга.

— Военачальники, — мрачно сказал Ифрит. — Вероятно, один из более сильных одолел меня и разбил божественность — разделил душу и разум на осколки. Они равны таким богам, как я.

Скатарис продолжал, тон стал более тихи и рычащим.

— Но это не конец. Мы лишь слышали из рассказов одного из Непокорных, что высшая ступень — теург. Их высшее правительство это совет теургов. Они способны дать бой даже великим богам. Без преувеличений, они существа иной стадии развития.

— У вас есть план, что делать с подобными? — мрачно спросил Ноктис. Не нравился он мне, ведь я помню его попытку атаковать. Да и слишком молчаливый. И я пока даже не узнал, что у него за магия. Знакомых стихийных откликов от него не ощущаю.

— Мы не победим тех, кто идёт войной на владык множества миров. Наша цель — сделать победу для Орды такой дорогой, чтобы им было заметно выгоднее оставить нас в покое. У них нет особой личной ненависти.

— Уверен? Многие Посланники богов были похожи на людей. Наверняка к вашему роду отношение будет схожее.

— Замолкни, — приказал Скатарис. Я же вздохнул.

— У нас есть только надежда. Сдаваться я уж точно не стану.

Я не стал говорить фразы вроде «если под сапогом хозяина спокойнее — то давай ты сдашься прямо сейчас». Синий и так замолк.

— Сколько продержался самый крепкий из миров? — спросила Полина. — И что там было?

— Заррот, наш мир, — без колебаний ответил алый. — Мы, один из последних очагов Доминиона Солайс, сдались примерно через четыреста пятьдесят дней вторжения.

Немногим больше нашего года. И это техномагическая цивилизация существ, которые способны летать и даже не обладая магией гораздо сильнее людей! Полина предугадала и мой следующий вопрос.

— Какая численность населения у вас была?

— Около шестиста миллионов. А сколько в вашем мире?

— Было восемь миллиардов, — задумчиво ответил я. — Полагаю, люди более плодовитые? Но и одарённых среди нас значительно меньше. Что же… всё равно верим в лучший исход. Полагаю, если мы прибьём первых пришедших экзархов, остальные призадумаются. Тем более у нас есть шанс уничтожить Якори. У вас же не было таких артефактов?

Ксенистен ответила, что хотя попытки были, но самое большее им удавалось его повредить и ослабить. В дальнейшем появились убедительные теории и прототипы, предположительно способные уничтожить якорь, но им уже не удавалось прорваться и протестировать их.

Впрочем, был шанс снова пробраться с моей незаметностью для методов обнаружения. Кроме «поиска пустот» или, другими словами «тёмных пятен на фоне засветки».

Мы говорили ещё долго. Еда улетела так, что мы даже не заметили. Отношения налаживались. Ифрит много спрашивал о том, в каких мирах они побывали. Видимо, в некоторых участвовал и он, либо один из иных осколков.

Полина понемногу интересовалась магией пространства. Среди драконов она была распространена примерно настолько же, насколько у нас. Но без Системы она новые фокусы не освоит — слишком уж сложно. Однако она всё равно проявляла интерес.

Впрочем, Скатарис сказал, что архивы были сильно повреждены. Да и никаких усилителей для магии пространства не осталось. Всё забрали с собой когда покидали прошлый мир. Материалов тоже сохранилось мало. К счастью, их хватало в избытке в Старом Городе.

Ночей в осколках пространства не бывало, но время было уже позднее. И после очередного пролома где-то пятого ранга опасности мы собрались разойтись отдыхать. Хотя я пока ещё не устал и решил попрактиковаться в контроле, запрыгнув на плоскую крышу одного из наиболее высоких зданий. Полина решила помочь мне с аргументом, что может пересказать что-то из двухмесячного экспресс курса по магии. Ведь я как ни старался, запомнить всё за считанные дни не успевал.

— Что ты думаешь о крылатых? Пожалуй, буду их так называть. Ящерицы, как предлагает Ифрит — это слишком грубо.

Сильвер замешкалась, опустила взгляд и долго думала.

— Прости, но я не знаю. Они сотрудничают, но я не понимаю их эмоций. Их лидер вроде лоялен. Другие выглядят то ли настороженно, то ли враждебно. Мы же… на их глазах истребили остатки рода. Убили их прошлого лидера и он был не намного сильнее Скатариса. То есть не мог править только за счёт силы.

Я задумчиво кивнул, осматривая девушку. На вылазку она пошла в обычной гражданской одежде. Будучи магом, в ближний бой она не лезла. Так что сохранила её целостность. Но конечно уже не была свежей и чистой. Хорошо хоть теперь мы располагали достаточным объёмами воды, чтобы спокойно стирать то, что не очищается магией.

Спросить что ли о возможности сделать ткань и попрактиковаться в шитье, ведь одежда местных людям не подходит, а обычные тряпки могут не пережить битву.

Я отмахнулся от ненужных мыслей. Всё потом. Как ни парадоксально, сейчас Полина выглядела заметно лучше.

— Значит, просто будем внимательно следить. Я вчера тебе не сказал, но ты молодец. Если бы не своевременный удар, бой с тем алым затянулся бы. А это и для вас риск: Ифрит хоть и ходит с гордо поднятой головой, но вчера его здорово отделали и заставили потратить много энергии.

— Да… ладно… — девушка потупила взгляд. — Позорище. Сто девятнадцатый уровень и всё что могу это немного целиться активным навыком.

— Самоуничижение тебе не идёт, — я подошёл и стал поглаживать её голову. Полина не намного ниже меня. Но сейчас почему-то казалось совсем маленькой. — Знаешь, команда говорила, что некоторым прошедшим через них сложнее всего было не замереть. Спроси у Наташи насчёт не задержавшихся у них в самом начале вторжения. Ты смотришь на летящие в тебя атаки, отбиваешь их и отвечаешь.

— И всё равно мне далеко до неё… — тихо сказала Полина. — Наташа такая… смелая. У неё был выбор стать авангардом или магом. И она выбрала с мечом идти на чудовищ… даже эти дракониды её боятся.