Так шаткое равновесие пока еще соблюдалось, ни одна из сторон старалась не провоцировать конфликт. Это не навсегда. Как только кто-то из них решит, что может эффективно и безнаказанно уничтожить соперниц, кровавая расправа обязательно состоится.
Ну, а пока вымученные улыбки, показная вежливость, осторожные рукопожатия. И пылающая ненависть в глазах.
Образовался странный расклад. Со стороны хозяев леди Ракель была полностью человеком, без единого атрибута из тех, которыми обладала бы Сирена. Но две девушки рядом с ней были хищницами.
А у гостей буквально наоборот — настоящим хищником был только Кейн, а с ним две абсолютно безопасные в этом отношении девушки, которые лучше бы умерли с голоду, чем стали бы есть разумное существо.
— Проходите сюда, — леди Ракель лично взялась опекать гостей, предоставив прислуге накрывать на стол. — В доме довольно много комнат, поэтому следуйте за мной, чтобы попасть куда нужно.
Леди Ракель медленно шагала по пушистым меховым коврам, которые покрывали мраморную плитку большого холла. Хозяйка примерялась к скорости движения гостей. Кейн и Шаан неторопливо ползли вперед, наслаждаясь текстурой ковра, теплого и приятного на ощупь.
Венди тоже шла неторопливо, оглядываясь по сторонам. Просторный дом, мраморные колонны, искусная лепнина и мебель из дорогих пород дерева не производили на нее никакого впечатления. Вместо этого Венди отметила про себя, что в особняке живет довольно много людей. Конечно, леди Ракель и ее дочерям одной не справиться с большим хозяйством, поэтому на них работали садовники, шофер, служанки, ремесленники, возможно, кто-то еще. Из объяснений Венди поняла, что эти люди живут в выделенном для них крыле здания, порой вместе с семьями. Народу было столько, что можно населить небольшой хутор. Но поскольку от слуг не требовалось обрабатывать поля, чтобы прокормить себя, они все уживались в самом особняке, а остальную территорию большей частью занимал огромный парк.
Обед проходил в трапезной — очередном просторном помещении, посреди которого стоял длинный стол, уставленный всевозможными кушаньями. Служанки в темно синих платьях с белыми фартуками суетились, расставляя все новые и новые тарелки. Леди Ракель знала, что крупные гости вроде наг могут съесть довольно много всего. Специально для Кейна и Нагисы стояла небольшая серебряная клетка, в которой находились живые кролики. Перед Шаан же служанка поставила обычный столовый прибор. Нага глянула в сторону Амелии с толикой благодарности, не было сомнения, что это она сказала матери так поступить. Сама леди Ракель просто не могла знать, что Шаан питается человеческой пищей. Однако в ответ на взгляд анаконды Амелия лишь еще больше насупилась и уткнулась в свою тарелку.
Сначала Кейн вручил леди ЛеКларк завернутый в пакет подарок от стороны гостей, и еще один от своих родителей. Он передал семье приглашение леди ЛеКларк объединить финансовые ресурсы, которых у обеих семей хватало в избытке, чтобы затеять совместный проект, еще больше увеличить свое богатство и упрочить влияние в городе. В целом визит был не просто вежливостью, а становился стартовой точкой для развития дальнейших отношений. И толчком к этому послужило заблуждение Кейна и леди Ракель об истинном отношении между Амелией и Шаан. Студентки Сакуры отмалчивались по этому поводу, не забывая о том, что что было в Сакуре, остается в Сакуре .
— Очень приятно получить весточку от твоих родителей, Кейн, — леди Ракель была очень довольна, когда парень рассказал о том, каким энтузиазмом была встречена идея его родителей познакомиться с ней, и передал приглашение нанести ответный визит. — Пожалуйста, скажи отцу и матери, что я с удовольствием посещу вас, чтобы уже в больших деталях обговорить дальнейшее сотрудничество между нашими семьями.
Довольная, она передала дворецкому полученный подарок: толстый блокнот с обложкой из черной кожи, текстурированной под мелкую чешую, и тонкий изящный стилус, чтобы делать записи.
— Я им с радостью передам, — сдержанно ответил Кейн.
— Вот и славно! А теперь давайте откушаем, что нам Богиня послала сегодня.
Помещение заполнилось звоном тарелок и столовых приборов. Все накладывали себе, чего хотели, или просили слуг передать. К удивлению Венди и Шаан, Кейн вежливо отказался от кроликов, вместо этого выбрав обычную человеческую еду, благо с помощью Шаан он в ней уже немного разбирался. Наг очень хорошо запомнил, что Шаан не любит есть живых существ, и чтобы понравиться ей еще больше, решил воздерживаться от подобного в ее присутствии.
За столом продолжался разговор. Большей частью общались Кейн и леди Ракель. Амелия угрюмо ковыряла свою тарелку, Шаан старательно набивала рот едой, чтобы к ней пореже обращались.
Иногда лучше жевать, чем говорить! — вспомнилась вдруг народная мудрость еще докосмической эпохи. Поэтому из них двоих больше приходилось отдуваться Венди, когда Кейн или леди Ракель задавали им вопросы, чтобы вовлечь в разговор. Так требовали вежливость и этикет — развлекать гостей, чтобы им не было скучно. Но Венди не велась, отвечая односложными фразами на любые вопросы, а Шаан лишь кивала с набитым ртом, всем видом показывая, что не может говорить. В конце концов молодой наг и хозяйка дома оставили девушек в покое и погрузились в обсуждение деталей предстоящего ответного визита.
Франческа и Нина разговором взрослых не интересовались, вместо этого с неподдельным восторгом наблюдая за тем, как Нагиса глотает кроликов из своей клетки. Этот процесс живо интересовал девочек, которые до этого не видели, как питаются хищники.
— А как он в вас помещается, тетя Нагиса? А он потом выйдет оттуда? А ему больно не будет? — засыпали они ламию вопросами.
По обыкновению смущаясь, Нагиса ответила на те из них, которые могла. Объяснила, как раздвигаются челюсти нагов, когда нужно заглотить добычу большего размера, чем влезает в рот, а иногда даже большего чем сама ламия. Нет, больно кроликам не будет, потому что Нагиса использует специальную магию, чтобы никому не причинять боль. Она, Нагиса, не любит, чтобы кто-нибудь страдал.
Поняв, что кроликам не больно, девочки успокоились и Нагиса ловко сумела перевести тему, задав какой-то вопрос и полностью завладев вниманием юных ЛеКларков.
— Подскажите, а где у вас ванная комната? — спросила Венди.
Ей хотелось хоть ненадолго вырваться из удушающей атмосферы этого помещения, где живьем глотали кроликов, где Амелия постоянно сверлила их с Шаан взглядом. А еще это будет отличный шанс пройтись по коридору, отметить, что и где находится, и кто еще здесь проживает.
— Миранда вас проводит! — улыбнулась леди Ракель, и сделала служанке знак рукой.
— Прошу, следуйте за мной, — слегка поклонилась девушка.
Она дождалась, пока гостья выберется из-за стола и повела ее из трапезной в один из прилегающих коридоров. Особняк был большим и шикарным, из тех, в которых по десятку спален и несколько ванных комнат. К одной из них Миранда и повела гостью.
Но Венди не торопилась. Она шла медленно и регулярно останавливалась, делая вид, что разглядывает картины на стенах или лепнину.
— Вы идете, госпожа? — робко уточнила служанка, когда Венди остановилась в четвертый раз, с парапета второго этажа оглядывая холл, через который они вошли в здание.
— Сейчас-сейчас!
Интересно, где леди Ракель или, возможно, Амелия хранят свои секреты? — размышляла землянка.
Она была уверена, что секреты существуют. Древний род, в котором течет кровь Красных хищников, должен их иметь. Их богатство досталось им не просто так, даже если текущая хозяйка рода, леди Ракель, просто человек. В родословной ЛеКларков наверняка имелись Красные хищники, которые и сколотили все это состояние, пользуясь своим могуществом, от Ракель требовалось его просто не растранжирить. И они наверняка оставили наследие не только в виде генов Сирены в крови дочерей рода, но и какие-то другие, более ощутимые артефакты. Какими они могли быть, и какую пользу можно было из них извлечь, Венди пока не представляла. Для начала было бы неплохо найти ту самую родословную, чтобы разобраться, насколько часто в нем рождаются Сирены, и насколько далеко распространилась их кровь, когда эти девушки выходят замуж, оставляя новое опасное потомство. А еще неплохо было бы узнать, есть ли у ЛеКларков какие-то артефакты или могущественная магия, которая могла бы составлять угрозу войскам федералов, когда битва за Датиан, наконец, начнется.
