Он скользнул мимолетным взглядом по рядам студенток, лишь на мгновение задержавшись на том ряду, в котором возвышалась, выделяясь из общей массы, крупная зеленая нага. Секунду спустя он уже отвел взгляд, но этого времени хватило, чтобы Венди нахмурилась еще сильнее.

— А вот теперь, — процедила девушка ледяным тоном, — я чувствую опасность.

Мистер Кертис присел на стул у дальней стены аудитории, так, чтобы никому не мешать и не отвлекать на себя внимание.

— Итак, записываем тему сегодняшней лекции, — бодрым голосом начала занятие мисс Кроуфорд, но от сделавшихся вдруг предельно внимательными Венди и Шаан не укрылась на секунду промелькнувшая в ее голосе дрожь.

Тайли шла по коридору, держа в руках рюкзак. Она только что вышла из столовой, задержавшись, чтобы угоститься добавкой к чаю — сладким рулетом. Сейчас наступила большая перемена, за которой последует свободное занятие. И его было решено посвятить написанию эссе, которое надлежало сдать для зачета по литературе.

Делать любое дело веселее вместе, поэтому Тайли договорилась с Венди и другими девчонками — они должны были уже находиться внутри.

Вот, наконец, нужная дверь на верхнем этаже. Здесь последнее время было довольно оживленно. После того, как сгорела дотла школьная библиотека, пришлось в срочном порядке завозить книги из библиотек других школ. Их складировали в нескольких больших комнатах, куда теперь появился свободный доступ. Хищницы ликовали — комнаты находились на верхних этажах малопосещаемого крыла здания, и работала здесь только библиотекарь. Ланям приходилось идти по пустым коридорам за нужными книгами, постоянно подвергаясь риску попасть в засаду.

Но Тайли засада не грозит. Суккуба легко могла расправиться с любой нападавшей. Убивать было нельзя, но молодая демоница знала тысячу и один способ нелетальной и МАКСИМАЛЬНО болезненной нейтрализации противника. Впрочем, сумасшедших, готовых броситься на Тайли в школе не имелось.

— А вот и я! — радостно воскликнула Тайли, открывая дверь в небольшую комнату, где уже собрались ее подруги.

Суккуба нашла их взглядом и замерла от удивления. Ей предстала поразительная картина — на диванчике, стоявшем в дальнем углу, расположилась Венди. И она с ухмылкой на лице увлеченно чесала за ушком у неко в школьной униформе.

Оп-па!

Челюсть Тайли начала отвисать. Этой неко была никто иная, как Пурртриция, которая была с Венди вроде как на ножах. Но нет! Вот кошечка сидит, прикрыв глаза, выгнувшись дугой и млея, а ее мурчание разносится по всему помещению.

А еще рядом с диванчиком, на стульях и в паре кресел, расположились и другие их одноклассницы, наблюдавшие за всем этим со страшным смущением. Здесь было сразу несколько неко, в том числе и Рина, а из людей — София, Меррил, и Виктория с Эрикой. А также соседка Тайли Марта, и неко Джульета, которая изо всех сил старалась делать вид, что вот прям вообще не ревнует, нет. У всех девчонок на лицах застыли выражения эмоций от полного изумления до крайнего смущения. Некоторые из кошек сидели с пунцовыми лицами, нервно теребя края школьных юбок. Только Венди сохраняла олимпийское спокойствие, продолжая гладить и чесать за ушком мурчащую неко.

Вся эта идиллия резко прервалась с шумным появлением Тайли на пороге. Неко и лани встрепенулись, испуганно обернувшись в сторону источника шума, только Венди осталась на месте. Пурртриция порывалась было вскочить, но иномирянка продолжала невозмутимо продолжала поглаживания и, поколебавшись, кошечка осталась на месте.

— Та-а-ак. — протянула Тайли. — А что это такое тут у вас происходит.

— О, ничего особенного, — сообщила Венди ровным тоном, — просто кошечки сейчас выясняют наглядным образом, что дружить с нами лучше и приятнее, чем ссориться. Вот даже Пурртриция ко мне подобрела. Видать, что-то я умею делать такое, чтобы располагать к себе хороших кисей. И теперь она уже не так сильно мечтает меня однажды съесть. Я правильно говорю, Пурртриция?

Балдевшая с зажмуренными глазами кошка приоткрыла один глаз.

— Ты главное не останавливайся, продолжай чесать за ушком, и я буду вообще покладистая.

Ыыыыы — пронеслось в голове у Тайли, но она сумела сдержаться и не заржать вслух.

— Ну, а ТЕПЕРЬ-ТО мне можно будет тоже погладить кисю?

Венди лениво махнула свободной рукой, обводя других кошек. Выбирай, мол.

Неко настороженно, с опаской уставились на суккубу. То, что у всех в группе Шаан крутой нрав, и с врагами они не церемонятся, все кошки уже давно прекрасно знали, а вот как они обходятся с друзьями.

Тайли медленно, чтобы не вызвать переполох, приблизилась, поставила на пол рюкзак, и ободряюще улыбаясь подошла к Рине. Когда Тайли протянула руку, чтобы положить кошке на загривок, неко поежилась, глядя на суккубу огромными перепуганными глазами.

— Не бойся, Рина, — елейным тоном прошелестела Тайли, — ты хорошая кися, а мы с Венди таких не обижаем.

И она провела рукой по загривку Рины. Та сначала нервно вздрогнула, но потом тело начало реагировать на ласку.

— О-о-ох.

— Нравится?

— Ага.

— А вот так?

Тайли выпустила коготки, совсем чуть-чуть на полсантиметра всего, и принялась чесать кошечку коготками.

— Ох!

В груди Рины начал заводиться крошечный кошачий моторчик, и появилось постепенно нарастающее довольное мурчание.

— Да! — довольным тоном прокомментировала это Тайли.

Суккуба хитро улыбнулась, и принялась ласкать Рину еще интенсивнее. Ее ловкая ладошка бегала с одного места на другое, то гладила, то чесала за ушком. Суккуба выпустила немного магии, совсем чуть-чуть, чтобы повысить чувствительность кожи Рины в тех местах, которых касались когтистые пальчики.

Тайли закусила губу, окинув фигуру Рины оценивающим взглядом. Кошечка была хороша — красивая, стройная, подтянутая, ни капельки лишнего жира на мускулистых руках и ногах. Шерсть Рины оказалась мягкой во всех нужных местах — на голенях, на предплечьях, на хвосте и на загривке тоже. Ее молодое тело с готовностью откликалось на ласки.

Суккуба почувствовала, что ей становится жарко. Молодая девчонка в самом соку млеет под ее ладошками — ну как тут можно не захотеть продолжить знакомство. Тайли мельком глянула на Марту. Ее соседка по комнате наверняка видела, как все теснее суккуба стремится прижаться к балдеющей Рине, но молчала, только покраснела и отвела взгляд, потупившись в пол.

Тайли ощутила прилив гордости, похоже, что она отлично вышколила свою кудрявую соседку — та уже давно не смела ни возмущаться, ни перечить, чтобы ни творила ее хозяйка. Настолько хорошо дрессированную кобылку можно было бы смело выставлять на невольничий рынок! Только в Корраксе теперь нет легальных невольничьих рынков. Эх, где же вы, старые добрые времена?!

Короче, пора обхаживать следующую девчонку, ведь как говорила каждая старшая суккуба, которая встречалась Тайли на ее пока еще коротком жизненном пути, от первой учительницы в школе, до наставницы госпожи Сайтаны — Не бывает гарема из только одной любовницы .

Решено! И Тайли еще интенсивнее заработала коготочками, вновь вызывая у Рины довольные постанывания.

Дверь в комнату открылась, и на пороге возникли Кинзе и Каталина. Тигрица и ягуара ошеломленно уставились на происходящее.

— Ч-что? Что тут происходит?! — еле выдохнула из себя Кинзе, у которой от изумления сперло дыхание.

— О, ничего особенного. Просто чешем за ушком тем, кому нравится, — Венди игриво приподняла одну бровь. — Хочешь попробовать? Я тебе почешу.

Кинзе побагровела, то ли от смущения, то ли от злости.

— Нет, спасибо, — процедила она, — ты мне уже один раз почесала. Мне хватило.

— Ну и зря.

— Идем, Каталина! — рыкнула Кинзе, гордо проходя мимо.

И они отправились в противоположный угол, бросив на одногруппниц неодобрительные взгляды. И Венди услышала, как Кинзе вполне отчетливо буркнула, обращаясь, вероятно, к неко:

— Предательницы.

Кошки погрустнели, расстроившись, но уходить не стали. Ведь глаза боятся, а руки делают. Мурчания и довольные кряхтения Пурртриции и Рины потихоньку распаляли остальных кошечек. Им тоже хотелось, чтобы их почесали. Времени до конца свободной пары у Венди и Тайли на всех не хватит, поэтому пришлось привлекать к этому делу остальных ланей. После коротких, но интенсивных переговоров, в ходе которых неко увещевали и клялись в своем последующем хорошем отношении и покровительстве, а Венди одобрительно соглашалась, остальные человеческие девушки сдались и подключились к процессу.