Но больше всего Тэррадайна заворожили ее глаза — желтые с вертикальным черным зрачком, они внимательно и будто настороженно наблюдали за ним, когда молодой дракон входил в комнату. В ее взгляде и позе чувствовалось высокомерие уверенной в себе хищницы, прекрасное тело было стройным, сильным и здоровым. Она явно была старше Тэррадайна — опытная, видавшая жизнь драконица, которая побывала во множестве земель. Ничего удивительного, что она так смотрит на молодого парня из забытого по меркам иномирян захолустья.

Драконица была не одна — рядом с ней находились какие-то люди и они что-то говорили, обращаясь к Тэррадайну, но парализованный прекрасным зрелищем мозг дракона пропускал их слова мимо ушей. Они все равно ничего не значили, эти их жалкие представительства, торговля, исследования и прочая ерунда. Перед Тэррадайном стояла куда более важная и грандиозная задача, от которой зависело процветание, власть и богатство его рода.

— Кажется, — равнодушно констатировал Дрейк, — он нас не замечает.

— Похоже на то, — грустно согласилась Дарлин, размышляя, как бы ей обратить на себя внимание, и одновременно умудриться не вызвать гнев у Красного хищника.

Затянувшуюся неловкую паузу прервала Роксана. Драконица протянула руку и щелкнула пальцами перед лицом чуть ли не ворвавшегося к ним посетителя. Это возымело действие — замерший перед ними дракон удивленно моргнул, приходя в себя. Его упершиеся в Роксану глаза оживились, стало понятно, что он снова воспринимает реальность.

— Кхм! — Тэррадайн откашлялся, — Добро пожаловать в Замок Таронна, дорогие гости! Меня зовут Тэррадайн, и это огромная честь для меня приветствовать вас в нашем славном замке!

— О-о-о, напротив, господин Тэррадайн! Это большая честь для нас, что вы решили посетить наше незначительное представительство, — заговорила Дарлин, напрасно пытаясь демонстрировать свою самую лучшую улыбку.

И затем она принялась представлять своих спутников, Дрейка и Роксану. Тэррадайн встрепенулся, услышав имя драконицы, остро реагируя на любое действие или информацию, которая касалась его нового объекта вожделения. Все остальное оставалось незначительным, лишь короткий эпизод в невероятно длинной жизни могучего существа.

— Приветствую Вас, прекрасная госпожа! — Тэррадайн слегка поклонился, не сводя взгляда с драконицы. Его голос напоминал теперь хриипловатый баритон, которым молодой дракон пытался произвести впечатление на будущую пару. Ведь первое впечатление самое важное, от него зависит, кем его будут считать окружающие в дальнейшем.

Он старался выглядеть на все сто: молодым, но взрослым; сильным, учтивым, обворожительным. Когда он так делал, любые девки в замке попросту не могли устоять. Стоило встать в нужную позу, проговорить лишь несколько фраз бархатным голосом, и компания на ночь была ему обеспечена.

Но тут все было не так! Роксана вообще не реагировала на его слова! Она не отвечала, не двигалась, не меняла выражение лица. Если бы не движения желтых глаз, внимательно следящих за ним, Тэррадайн решил бы, что это статуя.

Но почему она не реагирует? Почему не делает или не говорит хоть что-нибудь? Тэррадайн сейчас предпочел бы любую реакцию: движения, слова, презрительный смех или гневную отповедь (если предположить, что знакомство пришлось драконице не по нраву). Все, что угодно, кроме этой удручающей неподвижности и полного молчания.

Сложившееся положение крайне беспокоило Тэррадайна, Роксана теперь занимала все его мысли, а тут еще эти жалкие людишки, что терлись около нее, чего-то там чирикали по-своему, требуя и себе долю внимания.

Сделав поистине титаническое усилие, Тэррадайн заставил себя сосредоточиться на том, что говорит мужчина, за плечом которого, собственно, и стояла прекрасная, но такая равнодушная Роксана.

— Мы рады быть гостями вашего города, господин Тэррадайн. И я, и Роксана, и Дарлин надеемся, что наша миссия здесь увенчается успехом, и мы сумеем достичь соглашения, которое было бы выгодно обеим нашим сторонам.

— Это то соглашение, про которое говорила госпожа Тамита? — с ноткой сарказма уточнил Тэррадайн. — То, в котором мы должны перестать быть теми, кто мы есть, за большое материальное поощрение?

— Я полагаю, госпожа Тамита немного преувеличила масштаб изменений, который мы предлагаем.

— Возможно. Но решать не мне. Пока еще хозяином замка остается мой отец, и от него зависит, какой выбор будет сделан.

— Но ведь однажды и вы станете Повелителем вместо него, я правильно понимаю? — осмелилась уточнить Дарлин.

Тэррадайн перевел на женщину тяжелый взгляд.

— Обязательно. Отец не будет править вечно. Я понимаю, к чему вы клоните, но время убеждать меня придет когда-нибудь потом, а пока последнее слово остается за текущим Повелителем замка.

Молодой дракон снова перевел взгляд на Роксану, с трудом скрывая волнение и вожделение. Следовало сказать или сделать что-то, чтобы был повод вернуться сюда и встретиться с драконицей снова. Тогда будет больше шансов наконец-то поговорить с ней и достичь взаимопонимания. И сделать это нужно быстрее Карраса! В том, что младший брат тоже попробует добиться расположения высшей, Тэррадайн не сомневался ни секунды, ведь он именно так бы и поступил. Однако тешил себя надеждой, что Роксана достаточно горделива, чтобы отвергнуть ухаживания полукровки. И тогда он, Тэррадайн, останется единственным драконом в замке, который годится ей в пару. Нужно будет только убедить ее в этом, показать все преимущества их союза, продемонстрировать искренность своих чувств.

— С другой стороны, госпожа. Дарлин, — Тэррадайн с трудом вспомнил имя человеческой женщины, которая ничего для него не значила, — я вовсе не против изучить те сведения, которые вы предоставляете. И сам с удовольствием проведу для вас несколько экскурсий по нашему замку и окружающим землям. И для вас, госпожа Роксана, тоже! Уверен, вам будет интересно ознакомиться с нашими обычаями.

Тэррадайн сделал вежливый полупоклон в сторону Роксаны, однако та опять никак не отреагировала. Тэррадайн слегка нахмурился, подобный игнор был обидным и порождал в глубине души раздражение. Гордость гордостью, но все же можно было бы рассчитывать хотя бы на минимальное уважение со стороны гостьи. Они, в конце концов, находятся на равных в иерархии. Тэррадайн раздраженно подумал, что в случае, если бы гостем был другой дракон, уже завязалась бы драка. А так ему придется стерпеть холодное отношение, если он хочет найти дорогу в эту неприступную крепость и покорить ее сердце.

— Культурный обмен это цель всей нашей миссии здесь, — снова встряла в разговор Дарлин. — И чем интенсивнее он проходит, тем лучше! Поэтому мы, конечно же, приглашаем вас посещать нас в любой момент, когда вам будет удобно. Мы всегда найдем, чем вас удивить. И, разумеется, рассмотрим и любые ваши предложения!

Раздражение Тэррадайна продолжало расти. Он гневно подумал, что лучшим предложением этой особе было бы закрыть рот и не открывать его больше. На секунду дракон представил, как будет выглядеть Дарлин голая, лежа связанной на тарелке с яблоком во рту — тогда-то она, наконец, заткнется!

Но пока этого нельзя было сделать, и людишки по-прежнему стояли между ним, Роксаной и их семейным счастьем. Тэррадайн тешил себя надеждой, что будь они с Роксаной одни, без свидетелей, драконица, возможно, отнеслась бы к нему более снисходительно. Оставалось просто умудриться остаться с ней наедине. Первое знакомство, похоже, было безнадежно испорчено, однако он сумеет все исправить.

— Я обязательно придумаю что-нибудь очень развлекательное, — зловеще пообещал молодой дракон, — и сообщу об этом в свое следующее посещение. Ну, а пока разрешите откланяться, ибо меня ждут другие дела государственной важности. До скорой встречи! Особенно с вами, прекрасная Роксана.

Тэррадайн вежливо поклонился драконице, но та снова никак не отреагировала. И наследник Таронна покидал представительство будучи мрачнее тучи.

— Так-так-так, — задумчиво проговорила Дарлин, когда за посетителем закрылась дверь, — кажется, наш мальчик встретил красивую девочку. И все его внимание в этот визит было поглощено только ею. Если бы мы успели установить в помещении датчики, то с легкостью смогли бы пронаблюдать как у него учащается сердцебиение, увеличивается выработка феромонов и твердеет член от прилившей к нему крови.