Старательно дыша через нос, ламия продолжала медленно втягивать в себя кролика. Раздался влажный чпок , и филейная часть кролика оказалась внутри ее широко раскрытого рта. Вдруг кролик выгнулся дугой, вскрикнув от новых ощущений — Мика несколько раз провела языком по его эрегированному от странного противоестественного возбуждения члену. Магия, которую использовала ламия, блокировала только болевые ощущения, оставляя все остальные как есть. Поэтому кролику выпала возможность ощутить, как хищница может сделать приятно своей жертве напоследок. Хмыкнув, Мика пощекотала парня языком еще пару раз. Но не больше, ведь она приличная девушка, и у нее есть парень!

Впрочем, этого хватило. Кролик тяжело дышал, вцепившись пальцами в одеяло. Он оглянулся на Мику, и ей показалось, что она видит благодарность в его глазах.

В любом случае следовало доводить начатое до конца, поэтому Мика продолжила процесс поглощения. Поскольку филейная часть кролика, самая толстая, уже оказалась у нее внутри, дальше дело пошло немного быстрее. Мика довольно быстро добралась до лопаток, и протянула руку, положив ее кролику на плечо, чтобы толчком помочь себе пропихнуть его быстрее.

Теперь снаружи оставались только голова и руки, все еще сжимавшие край одеяла. Мика продолжала.

— Вот блин. — обреченно пробормотал кролик, когда его голова уже проваливалась в пасть Мики. Парня стала бить мелкая нервная дрожь. Он держался

молодцом, однако выдержка все же изменила ему в последний момент.

Мика сделала очередной глоток, и голова жертвы исчезла в ее пасти, снаружи остались только руки, наконец отпустившие одеяло. Со следующим глотком пропали из виду и они. Кролик теперь был виден только в виде вздутия в верхней части тела Мики, ребра которой тоже разделились, чтобы обеспечить беспрепятственное прохождение жертвы по пищеводу. Задача ламии теперь заключалась в том, чтобы выпрямиться и протолкнуть оказавшееся внутри нее тело дальше вниз, в хвост. И Мика, как и много раз до этого, с задачей прекрасно справилась. Каплевидное вздутие на ее теле плавно сползло из чрезмерно растянутого живота человеческой половины тела в змеиный хвост, вызвав теперь уже у ламии сладостный стон.

Теперь кролик превратился в утолщение на хвосте хищницы, большое, с легко угадываемой формой тела. Он шевелился внутри нее, устраиваясь, и вызывая у девушки новые довольные стоны.

Мика закрыла рот, соединяя челюсть, оправила одежду, вытерла губы салфеткой, после чего погладила получившееся утолщение на хвосте.

— Спасибо, милый, все прошло великолепно. Ты вел себя, как настоящий мужчина. И был, кстати, очень и очень вкусным! Ну, а теперь все уже закончилось, так что устраивайся там поудобнее, а я прилягу — после плотного обеда лучше передохнуть и поспать. Ну, и буду тебя переваривать потихоньку. Спокойного сна!

Закончив говорить, Мика улеглась на кровать, вытянувшись, поскольку свернуться клубком сейчас было бы немного некомфортно. Крепко поспать сначала не получалось, поскольку кролик продолжал довольно интенсивно шевелиться, и его движения возбуждали крайне чувствительные нервные окончания, которыми был буквально опутан желудок наги, и вызывали по всему телу волны сладкой дрожи. Прикрыв глаза, Мика удовлетворенно вздыхала, поглаживая раздутый хвост.

Постепенно движения кролика замедлялись, становясь все более вялыми, и тогда Мика сумела, наконец, задремать.

Мика не знала, сколько прошло времени, но ее разбудила трель рингтона — на смартфон пришел входящий звонок. Недовольно поморщившись, ламия протянула руку, нашарила шумный аппарат, и ответила на вызов.

— Алле?

— Микаэла? — ламия недовольно поморщилась, узнав этот голос. Лориенна, одна из советниц.

Микаэла и сама входила в совет замка, который помогал повелителю решать будничные вопросы. Территория, контролируемая Таронном, давно уже разрослась настолько, что управляться со всеми делами в одиночку стало решительно невозможно. Помимо его детей, чистокровных или не очень, Повелителю помогали советники из аристократов этих земель, те, кого Повелитель привечал за их верность и полезность. Все они, разумеется, были хищниками, Зеленые в высший орган управления территорией, за которой закрепилось название Замок Таронна, не входили.

Лориенна, хитрая, жестокая и амбициозная нага, по положению в совете стояла выше Микаэлы, и претендовала на позицию практически на самом верху иерархии. Она встречалась с Тэррадайном, будущим Повелителем, если Таронна таки заберет когда-нибудь время, или ему вконец надоест править. Лориенна сильно отличалась от человеческих девушек, амазонок и эльфиек, которые обычно нравились драконам — в ней сильно проявлялись анималистические черты, отчего эта нага была похожа на обычную змею, только с руками. Тэррадайна это, похоже, не заботило, у драконов своя логика и свое представление о прекрасном. А возможно это был лишь политический союз, раз всерьез уже обсуждалось, что однажды эти двое поженятся.

Ну, а Мика встречалась с Каррасом, полукровкой, которого Тэррадайн ненавидел. Это делало их с Лориенной естественными врагами , отчего нага не упускала возможности подколоть или насолить Микаэле при любом удобном случае.

— Что ты хочешь, Лориенна? — недовольно спросила Мика, которую звонок оторвал от здорового послеобеденного сна.

— Сегодня прибывает делегация из Датиана.

— Новый отряд? — удивилась Мика. Она-то помнила, какой катастрофой закончился предыдущий поход.

— Это что-то вроде дипломатической миссии из других миров, — торопливо уточнила Лориенна. — Они должны обустроить здесь что-то вроде посольства для дипломатического и культурного обмена . Повелитель счел, что это важно, поэтому тебе и Каррасу необходимо встретить их и проявить максимальную гостеприимность.

— Н-но почему я? — обиделась Мика. — У меня же сегодня кормежка, официальный выходной! Как я поеду?

— Я понимаю, Микаэла, но это желание Повелителя, — веско сказала Лориенна. — Он специально указал, что ты и Каррас должны это сделать. Возможно, он просто не в курсе, что у тебя выходной должен быть. Ты уже поела?

— Да, — уныло ответила ламия. Кролик в ее хвосте снова зашевелился, вызвав у девушки тихое ох . Она слегка похлопала себя по вздутию на хвосте, словно успокаивая непослушного гостя ее желудка.

— Это плохо, — сказала Лориенна, — люди не любят видеть нас сразу после кормежки.

— И что делать?

— Ехать в любом случае! Приказ Повелителя был однозначен. Собирайся, как можешь, а я сейчас позвоню Каррасу.

— Я сама могу это сделать, — недовольно проворчала ламия.

— Если не забудешь, — едко ответила соперница.

— Ой, ради богов! Я не собираюсь тебя подставлять, да еще так мелочно!

— Собирайся, Микаэла, — непреклонным тоном сказала Лориенна, — а я позвоню Каррасу.

— Ла-а-адно! Попроси, чтобы прислали машину к входу моей башни, чтобы мне не тащиться далеко нагруженной.

— Хорошо, я распоряжусь.

Лориенна отключилась, не прощаясь. Мика с тяжким вздохом заставила себя подняться с кровати. Сделать это было труднее обычного — съеденный кролик сильно отягощал девушку, стесняя ее движения. Он все еще был жив, и беспокойно зашевелился, когда ламия начала двигаться. Ее магия надежно действовала, позволяя ему не чувствовать боли, хотя мягкие ткани его тела уже во всю расщеплялись пищеварительными ферментами змеиного желудка Микаэлы. Но на завершение процесса нужно хотя бы полдня, а тут такое.

— Так, милый, сейчас мы с тобой пойдем, погуляем. У меня, оказывается, сегодня важная встреча, так что веди себя хорошо, лады? — Мика была из тех хищниц, которые любили пообщаться со съеденной жертвой, и иногда жертвы даже были не против такого общения. Девушка вела себя вежливо с Добычей, не злорадствовала, не насмехалась, не унижала. И, конечно, Мика всегда использовала обезболивающее заклинание, чтобы Избранные не мучились, исполняя свой долг.

На этот раз кролик предпочитал отмалчиваться, возможно, не слышал спокойным тоном произносимых слов. Но болтать в любом случае было некогда, следовало готовиться к отъезду. Девушка поспешно собралась, одевшись, как подобало случаю — в парадную белоснежную блузку, идеально чистую и выглаженную, и темно-серую юбку. Некоторое время Мика потратила на легкий макияж, едва заметный, ни в коем случае не вызывающий, и простые украшения — маленькие сережки, и цепочку на шее. Теперь она смотрелась бы идеально, если бы не утолщение на хвосте, ясно говорившее всем вокруг, чем она сегодня занималась. Выбора, впрочем, не было. Тяжко вздохнув еще раз, Мика отправилась к выходу из своего жилья.