Поход продолжался неделями, большая часть времени уходила на переход армии от одной деревни к другой, сам Тэррадайн мог бы облететь все нужные места всего за три-четыре дня. При обнаружении очередного поселения следовал штурм и уничтожение всех, кто решался сопротивляться. Орки-воины погибали почти до последнего, исступленно сражаясь, пока пеоны и самки с детенышами скрывались в чаще леса. Затем армия кобольдов разрушала как можно больше построек, и двигалась дальше, к следующей цели. Сначала Тэррадайн думал, что большая часть беженцев станет добычей местных хищников, и закончит свой путь в их желудках. Однако орки, похоже, уже довольно сильно зачистили местную хищную фауну (за исключением тех мест, где обитали пока еще непосильные для них монстры), и большинство беженцев успешно преодолевали джунгли, добираясь до следующего поселения, разнося весть о нависшей опасности.

Каждый раз сопротивление становилось все ожесточеннее, орочьих воинов появлялось все больше, как и крупных существ, союзных с ними или прирученных. В конце концов, Тэррадайн решил, что уже хватит — его поход сжег не менее десятка деревень, и наследник Таронна был уверен, что достаточно обезопасил свои будущие владения от этой неожиданной угрозы.

Добьем эту деревню и все — домой! — решил Тэррадайн, продолжая наблюдать за ходом осады.

Штурм, на который дракон взирал сверху, проходил с переменным успехом. Армия кобольдов и ящеров поредела и подустала за время похода, несмотря на то, что Тэррадайн пополнял ее дикарями, нанимая их за деньги в поселениях, или принудительно рекрутируя. Сам же дракон сильно потратился, помогая своему войску пробиться через аванпосты, расставленные орками в труднопроходимых местах. Теперь в специальном мешке внутри его тела, где скапливалась липкая горючая жидкость, получавшаяся в результате особенностей пищеварения дракона, ее оставалось совсем немного. Можно дыхнуть огнем еще буквально несколько раз, и это должны быть старательно выверенные разы, после которых орки лишатся самых важных укреплений и самых сильных воинов.

Тэррадайн определил подходящие цели. Ими оказались удачно поставленная башенка, с которой простреливалось значительное пространство перед частоколом, крупный отряд воинов, ожидавший рукопашной схватки, и пара дварфов — крупных, ростом в несколько метров, бородатых великанов, любой из которых мог, теоретически, бросить ему вызов в бою.

Можно приступать, но сначала надо отдать еще пару приказов жалким кобольдам, безуспешно пытавшимся продвинуться под градом стрел с нескольких башенок. При виде этих жалких попыток Тэррадайну захотелось сплюнуть — большинство мелких разумных он бесконечно презирал. Кобольдов молодой дракон презирал тоже, только без нужды этого не показывал. По крайней мере эти ящеролюды в полной мере осознавали свою ничтожность перед величием драконов, и стремились угодить им любым образом, верно служили в качестве помощников, надсмотрщиков и основной пехоты.

Тэррадайн прищурился, затаив дыхание. Время словно бы замедлилось, в ушах зашумело. С высоты драконьего полета, он нашел взглядом баннер нужного отряда и его командира. По велению дракона в паре метров над землей возникла призрачная лапа, покрытая зеленой чешуей. Она подлетела к командиру кобольдов и выставленным указательным пальцем ткнула того в плечо. Рослый кобольд дернулся от неожиданности, но быстро оправился.

— Д-да, господин? — услышал Тэррадайн его голос так же четко, как если бы кобольд находился рядом.

В словах ящеролюда слышались полное подобострастие и страх — во время боя Тэррадайн мог впадать в неистовство, становясь опасен и для врагов, и для собственных воинов.

—Туда атакуйте, — пробурчал Тэррадайн.

Кобольд проследил взглядом, как видимая только им двоим летающая лапа подлетела к участку частокола и ткнула в него пальцем.

— Конечно, господин! — незамедлительно пришел ответ.

Дальше Тэррадайн уже не слушал и не смотрел, предоставив кобольдам самим разбираться, как выполнять полученный приказ. Дракон выбрал то место для атаки не случайно — фортификационная наука орков находилась еще в зародышевом состоянии, защитные конструкции очень часто были расставлены попросту как удобно , повторяя природный ландшафт. Именно так оказалось, что имеется участок частокола, который не прикрывает ни одна башня с лучниками. С высоты этот просчет оказалось довольно легко заметить, и теперь атака станет развиваться намного успешнее, чем до этого. Тэррадайну осталось лишь уничтожить намеченные цели, что предрешит окончательный разгром вражеского поселения.

Сложив крылья, дракон рухнул вниз, уходя в стремительное пике. Он заходил на башенку с лучниками, решив уничтожить ее первой, чтобы прекратился обстрел его кобольдов, пока они будут добираться до указанной точки. Огненное дыхание сметет ее вместе с воинами, в этом нет сомнений! Струей Тэррадайн мог достать башню с расстояния около пятидесяти метров, а плевком, напоминавшим огненный шар волшебников, мог попасть и со ста метров.

Вдохнув поглубже, дракон несся вниз, в уголках его пасти уже виднелся дым и языки пламени — к выстрелу готов!

Заметив, что на них заходит Красный хищник, орки на башенке запаниковали. Часть беспорядочно пускала стрелы, хотя с такого расстояния они не имели шанса даже оцарапать толстую чешую. Остальные принялись покидать строение, торопливо спускаясь по лестнице, или просто сигая вниз с двадцатиметровой высоты. Тэррадайн плюнул огнем, пылающий шар врезался в башню, языки пламени протянулись во все стороны. Деревянное сооружение не выдержало удара — то, что не разлетелось обломками, рухнуло вниз, когда четыре опоры, на которых стояла площадка для лучников, подломились. В разные стороны разлетались горящие и вопящие лучники.

Заложив вираж, Тэррадайн ушел в сторону. Раскинув крылья, он скользил над землей, и успел изрыгнуть пламя на орочьих пехотинцев. Следующим движением, пока в лагере царила суматоха, дракон грузно приземлился рядом с частоколом, в том месте, куда приказал командиру кобольдов двигать его отряды. Он прыгнул вперед и толчком мощных лап сокрушил частокол — бревна не выдержали тарана многотонной туши. Большая часть частокола рухнула, орки даже не сделали его сегментированным! Образовалась брешь длиной в три десятка метров, куда хлынула уже подошедшая пехота тароннцев. И пока кобольды врывались на территорию деревни, орки все еще пытались перегруппировать разметанных Тэррадайном воинов.

Но во всей этой суматохе еще оставались те, кто не поддался всеобщей панике. Дварфы, ставшие союзниками орков, и сами обладали не последним рангом среди хищников, и их не особо впечатлило устроенное Тэррадайном разрушение. Все то время, пока дракон сжигал простых орочьих воинов и уничтожал фортификации, два великана, подхватив заготовленные для частокола заостренные бревна наподобие метательного копья, прицеливались для броска.

Развернувшись, после разрушения частокола, Тэррадайн успел увидеть, как в него, тесаным концом вперед, летит запущенное с сотни метров бревно! В последний миг дракон успел увернуться, припав к земле, и смертоносный снаряд пролетел над ним, не причинив вреда.

Взревев, Тэррадайн рванулся вперед, стремясь добраться до дварфов и разобраться с ними. По земле он передвигался не так стремительно, как на крыльях, и второму дварфу хватило времени метнуть еще одно бревно, от которого Тэррадайн также успешно увернулся.

Первый дварф с ревом несся на него, вздымая над головой дубину из толстого древесного ствола. Дракон дохнул на него струей огня, и боевой клич сменился воем боли. Противник позабыл о драке, бросил дубину и покатился по земле, пытаясь сбить пламя.

Остался всего один серьезный противник — последний дварф. Он медленно приближался к Тэррадайну, проявляя осторожность после того, что произошло с его товарищем. Вокруг двоих великанов уже бушевало сражение — кобольды и орки схлестнулись в битве. Отовсюду раздавались боевые кличи, крики боли, звон скрещиваемого оружия.