— Не, ну если ты так ставишь вопрос. — кузнец надулся от важности, осознав, какая ответственная задача на него возложена.

Оборона людей держалась очень долго. Атакующие хищники откатывались назад раз за разом, поредевшие ряды сменялись свежими бойцами, и штурм безостановочно продолжался. Люди тоже подтягивали резервы, постоянно сменяя выбывших бойцов. Обе армии обладали довольно обширным резервом воинов. Он быстро истощился бы в сражении широким фронтом, где-нибудь в открытом поле. Однако сейчас все зависело от того, сумеют ли хищники прорвать оборону. Разрушенные укрепления, в отличие от воинов, заменять было нечем. Тяжелые Оранжевые хищники (и Кротрикс вместе с ними) ломали очередную баррикаду, после чего в пролом толпой рвались обычные бойцы поменьше рангом и сцеплялись с защитниками в кровавой рукопашной свалке.

Мирт следовал за передовыми отрядами, глядя на происходящее в мрачнейшем расположении духа. Да, укрепления падали одно за другим, но каждый раз за разрушенной баррикадой возникала следующая, а за ней еще одна, и еще. Люди сражались с отчаянностью обреченных, не отступая не на шаг. Потери росли катастрофическими темпами, и лис начал задумываться, останется ли у него после этого сражения армия. Здесь, в узких улочках, перекрытых баррикадами, количество хищников и их физическая сила сильно нивелировались, и соотношение убитых выросло до четырех к одному в пользу защитников.

Где было возможно, Мирт помогал с помощью своих соратников — сильных бойцов. Кротрикс легко сносил некоторые баррикады, Ироя и Маки быстро рубили противников, захватывая очередной двор или очередной переулок. Фею Лапис лис держал при себе, чтобы не растрачивать понапрасну ее магию — Мирт помнил, что Роланд появится однажды, в самый решающий момент боя, когда будет определяться исход всего сражения. Потому каждый раз после короткой стычки, он отзывал товарищей обратно, не давая втягиваться в драку слишком сильно, предоставляя обычным солдатам развивать достигнутый успех.

— Так мы не пробьемся до самого вечера! — пожаловалась амазонка, вернувшись к лису после очередной схватки. Девушка вытирала тряпкой окровавленное лезвие меча, на ее лице блуждала ухмылка. Как и Лапис, она наслаждалась происходящим, амазонки, по мнению Мирта, вообще были повернуты на войне.

— У нас не только эта проблема, но и большие потери тоже, — хмуро ответил Мирт. — Знаю, что они тебя не интересуют, но я, все-таки, лидер! И воины понадобятся мне и далее.

— Да ты никак хочешь стать большой шишкой, Мирт? — удивленно заметила Ироя.

— А ты думала, я рву жилы ради простого грабительского набега? — фыркнул Мирт. — Арэт обещал мне. если мы хорошо выступим сегодня, захватим город и сохраним при этом армию. то мы не просто награбим много добычи, разделим ее и разбежимся обратно по деревням! Мы докажем свою силу, сможем поступить на службу к Датиану, получим награды и привилегии! Мы перестанем быть дикарями, жить в постоянной опасности и влачить жалкое существование. Это наш шанс, Ироя!

Нахмурившись, ставшая серьезной амазонка внимательно слушала эти откровения.

— Это как если бы я вдруг сумела добраться до далекого королевства амазонок и поселиться там, — мечтательно пробормотала девушка.

— Тогда ты примерно понимаешь, о чем я говорю! Победа сейчас имеет большое значение, и она не должна стоить нам всех солдат, иначе Арэту не будет от нас больше пользы, и нас выкинут на свалку, как отработанный материал, останется только немного золота, которое получится унести. Мы должны приложить все усилия, чтобы показать результат!

Наконец, удача улыбнулась Мирту — над полем боя, где орда хищников штурмовала очередную баррикаду, раздался оглушительный рев. Мирт, Лапис и Ироя оглянулись — сзади слышались треск и грохот, что-то рушилось, по мере того, как нечто огромное ломилось через плотную застройку, не утруждая себя проходить между ними.

Через некоторое время источник шума показался на перекрестке двух улиц, где находились лис и его команда. Им оказался тот самый огромный ящер, которого Мирту удалось подписать на участие в походе, отправившись на рискованные переговоры в их логово. Ящер уже пригодился при штурме стен, где он взбирался на башни и уничтожал находившихся на их вершинах вражеских воинов, не давая им расстреливать сверху наступающих хищников. Именно его появление окончательно убедило людей, что оборонять стены больше не имеет смысла, и они отступили, позволив лису занять площадь внутри города и перегруппировать войска.

Где ящера носило еще час после этого, Мирт не знал. Красные хищники вообще порой были трудно управляемы, опасно приказывать такому, требовать или угрожать. Можно только просить, увещевать, убеждать, сулить вознаграждение. Даже присоединившись к войску Мирта, ящер лишь некоторое время проводил в лагере, а большую часть дня бродил где-то по окрестностям в свое удовольствие. Вернувшись в расположение войска, он лежал, свернувшись в углу лагеря, и равнодушно наблюдал за попытками Мирта создать из разношерстного сброда дикарей некое подобие дисциплинированного воинства. Огромный хищник считал ниже своего достоинства участвовать в тренировках или подготовке стратегии. Для него все это были тщетные упражнения низкоранговых ничтожеств, которых в бою он мог сметать ударами лап по десятку за раз. Когда его просили что-либо сделать, исполинский монстр либо молча вставал и шел выполнять просьбу, либо презрительно фыркал, закрывал глаза и засыпал, игнорируя дальнейшие попытки коммуникации.

И вот сейчас все страдания предводителя хищников, вечный страх разозлить Красного, огромное количество потраченной на его прокорм провизии — все окупилось сторицей. В бою огромная зеленая туша казалась непобедимой. На открытой местности у человеческих солдат не было и шанса. Баррикады и укрепления тоже не выдерживали подобного удара.

— Благодарю тебя, о, Богиня! — Мирт обрадованно воздел руки к небу при виде того, как монстр расправляется с линией защитников.

Ящер сначала замешкался, озадаченный плотными укреплениями, густо утыканными крупными острыми кольями. Однако такое существо видело такие пути достижения цели, которые не приходили в голову другим хищникам по причине того, что те не могли бы их осуществить. Ящер попросту принялся карабкаться по стене здания, как раньше сделал с башней. Вниз летели кирпичи и доски, звенели разбиваемые стекла.

Мирт смотрел на это с завистью. Штурмовых лестниц у его армии не имелось, а осадные машины в узких улочках было не развернуть. Ящер, по сути, бескрылый дракон без огненного дыхания или магии, решил проблему всего за минуту. Когда он взобрался на уровень четвертого этажа и ухватился передними лапами за край крыши, на которой метались паникующие лучники, здание не выдержало и рухнуло, сложившись внутрь и похоронив под завалом находившихся внутри стражников. Раздраженно ревя, ящер барахтался среди груды кирпичей, в которую превратилось только что бывшее целым строение. Поднявшись, он в слепой ярости бросился вперед, проломив оставшуюся дальнюю стену. Стена обрушилась дождем обломков на головы защитников на другой стороне. Огромное земноводное вырвалось на небольшую городскую площадь, проходы к которой люди так упорно обороняли.

Восторженно завопив, хищники принялись карабкаться по грудам обломков. В линии обороны образовалась очередная брешь, которой атакующие тут же воспользовались. Укрепления стали бессмысленны, и люди принялись отступать. Ящер, сделав свое дело, отправился куда-то дальше, протискиваясь в узкие улочки и цепляя стены зданий, и исчез среди улиц города, только грохот осыпающихся кирпичей и раздраженный рев примерно указывали, где он находится.

— Вот видишь? А ты переживал! — довольным тоном сказала Ироя, ткнув Мирта локтем в бок.

— Уф! Тише, ты! — даже через кевларовую броню, которую носил лис, удар заостренным налокотником все равно вышел чувствительным, заставив его пошатнуться и схватиться за ушибленное место.

Оправившись через мгновение, он ринулся отдавать приказы тем воинам, которые замерли на месте, ошалело глядя, как ящер причиняет столь огромные разрушения.