Тайли сделала хитрое лицо, ее глаза лихорадочно блестели, рассказывать о том, как они с госпожой издеваются над недостойными смертными, было весело.

— Один молодой маг-самоучка умудрился завладеть артефактом, который был позарез необходим госпоже. И потребовал заключения сделки в обмен на него. Просто убить его, понятное дело, было нельзя, ведь артефакт он спрятал! Госпожа осведомилась об условиях. И этот придурок пожелал, чтобы она перенесла его в мир, где он был бы единственным парнем, и все девушки вокруг так страстно хотели бы с ним трахаться, что ни о чем другом думать не могли!

— И что же?

— Сайтана сказала ОК , забрала артефакт, и щелчком пальцев отправила недоумка в ближайший мир членодевок! — торжествующе выпалила Тайли и расхохоталась.

— Идем, Тзелле, — поморщилась Милли. — Злые тети говорят плохие слова, которые тебе еще рано слушать.

Она вытерла губы девочки салфеткой и они отправились по своим делам.

— Какой кошмар! — прокомментировала София историю с артефактом.

— Вот почему, София, ты ни в коем случае не должна даже думать о договорах с демонами! — нравоучительным тоном заявила Тайли. — Госпожа Сайтана или я просто откажем тебе, но, при этом, сообщим твоим. старшим подругам.

— И ты выхватишь таких ремней, что неделю сидеть не сможешь! — грозно пообещала Шаан.

София испуганно сникла и отчаянно замотала головой — никаких сделок с демонами!

— А вот другие демоны, которые согласятся заключить сделку, сделают это только для того, чтобы обмануть тебя! — грозно сообщила Тайли. — Они вывернут любой договор, любые условия наизнанку и ты отдашь все, а получишь почти ничего! Даже в простом разговоре с моим народом не употребляй неисчисляемые слова! Никаких все, что угодно , всегда , любое — это буквально красная тряпка, которая тут же провоцирует слюноотделение у любого демона! Иначе все, что угодно самым буквальным образом окажется ВСЕМ, что у тебя есть, включая тело, жизнь и бессмертную душу! Госпожа Сайтана будет ругаться, если ты даже в обычном разговоре с ней что-нибудь такое ляпнешь.

— Ох, — перепугано выдохнула София. — Я поняла! Я никог. эээ.

— Это сказать можно, — хохотнула Тайли. — Ты никогда не будешь заключать сделок с демонам?

— Да!

— Молодец.

— И все же, если быть до конца честными, — вступила в разговор Венди, — иногда мы позволяем Сайтане заключать договора с нашего разрешения, если просящий бескорыстен, а цель его действительно благородна. Но это обычно что-нибудь мелкое, за что придется взимать небольшую плату. Ведь одним из свойств магии демонов является то, что для того, чтобы она работала, требуется некая жертва или утрата. Тот, кто заключает договор, должен страдать, иначе ничего не получится.

— Как же это тогда работает? — нахмурилась София, ничего не поняв.

— Ну, слушай.

— Пожалуйста, госпожа, помогите! Я отдам вам все, что угодно!

От этих слов у Сайтаны рефлекторно дернулась щека, демон стиснула зубы, подавляя вспыхнувшее раздражение.

Она всего лишь жалкая глупая крестьянка, маленький отчаявшийся смертный человечек .

Женщина стояла перед ней на коленях, исхудавшая и грязная, ее потрепанное платье волочилось по пыльному полу — сил и времени одной поддерживать в доме надлежащий порядок ей не хватало.

Сайтана перевела взгляд с ее мокрого от слез лица в угол комнаты, на кровать. Там в горячечном бреду металась молодая девочка-подросток. Лихорадка сжирала ее уже несколько дней, и страшный конец неумолимо приближался, а жаропонижающие из аптечки фельдшера не могли сбить температуру, как не мог помочь и набор стандартных антибиотиков. Процесс зашел слишком далеко, девочке сейчас помогла бы только больница, находившаяся на расстоянии световых лет.

Венди и Сайтана отправились в путешествие по дикому средневековому миру в поисках важного артефакта, взяв с собой лишь взвод солдат на нескольких броневиках. Они остановились во дворе женщины передохнуть и восстановить силы. Суккуба носила маскировку, представ в образе маленькой девочки, чтобы хозяйка дома ни о чем не догадалась.

Но каким-то образом, с помощью оберега от злых сил, стоявшего в углу под иконами, та узнала, кем является Сайтана на самом деле, и теперь несчастная мать бросалась в ноги крылатому чудовищу, длина зубов и когтей которого ненамного уступала длине рогов. Рыдая, женщина умоляла о спасении единственной дочери, решившись на страшный грех и преступление. Если вдруг кто узнает.

— Я умоляю вас, госпожа.

Суккуба чувствовала жалость. Жалкая смертная так ничтожна, но даже такое незначительное существо — мать, отчаявшаяся спасти дорогое дитя. И ее безрассудная решимость вызывала невольное смутное уважение у демона-воина, ценившей храбрость. В ее, Сайтаны, силах помочь. Высшему демону достаточно шевельнуть когтистым пальцем, чтобы лихорадка растаяла, а к девочке вернулись здоровье и жизнь. Но у всего есть цена.

Сайтана повернула голову. Венди стояла с хмурым лицом, привалившись к стене, вокруг нее собрались молчаливые черные солдаты, скрывавшие лица и эмоции под боевыми шлемами. Только Венди не носила шлем. Демон и человек встретились глазами. яркое-зеленые против небесно-голубых. Немой вопрос. Едва заметный кивок.

Значит, сделка.

— Хорошо, — медленно, привычно обдумывая слова, сказала Сайтана. — Я готова дать тебе то, что ты просишь. Осталось только определиться, что ТЫ дашь мне взамен.

Женщина, согнувшаяся в унизительном глубоком поклоне, подняла голову, повернув к Сайтане полное мрачной решимости лицо.

— Я готова отдать вам свою душу, госпожа, лишь бы только она жила.

Опять. Глупые смертные даже не пытаются подбирать слова, в вихре эмоций обещая так много, и даже не формулируя достаточно точно, что же они хотят получить. Так просто было бы поймать ее на слове, и потом смотреть, как смертная холодеет от ужаса, поняв, что ее обвели вокруг пальца.

Губы Сайтаны скривились в усмешке, обнажая острые хищные зубы.

— Кто тебе сказал, что твоя душонка чего-то стоит?

Вспыхнувшая эмоция удивления и ужаса приятным теплом окатила Сайтану. Страх тоже пища для ее вида. Женщина замерла в ужасе, решив, что у нее нет больше ничего, что она могла бы предложить демону, и из-за этого она не сможет спасти дочь. Что для демона может быть ценнее души?

Когда-нибудь так бы и было. Сайтана могла бы сказать Годится! и забрать душу несчастной. Но не теперь, не с тех пор, как она связала свою судьбу со смертными людьми, научилась понимать их, разделять их мораль, ценить жизнь даже самых незначительных существ, если они были этого достойны. Никогда больше не протянется когтистая лапа, чтобы вырвать из тела невинную душу и обречь ее на вечные муки в Аду — теперь эта страшная кара ждет лишь черных грешников, запятнавших себя преступлениями и пороками за гранью прощения.

— Чего же вы хотите, госпожа? — пролепетала крестьянка.

Сайтана задумалась. Чего же она хочет? Точнее, она-то не хочет, но магия ее народа работает так. Все должно быть в балансе. Как свет отбрасывает тень, так же и демоны, когда что-то дают, должны что-то забирать! Конечно, в случае острой нужды можно обойти этот закон, изогнуть эмпиреи так, чтобы свершить магию бесплатно. Но это рискованно, и сейчас не тот случай — такую возможность Сайтана приберегает только для ближайших соратников.

Может быть, секс? Сайтана с сомнением осмотрела просящую. Не-е-е. Жизнь родного ребенка слишком дорого стоит, матери пришлось бы сделаться наложницей суккубы на годы. Кроме того исхудавшая женщина, чья красота поблекла так рано от бесконечной тяжелой работы, вызывала только жалость и легкую брезгливость, а не возбуждение.

Что же тогда?

— Му-у-у-у! — донеслось откуда-то со двора.

Длинное ухо суккубы дернулось. Сайтана повернула голову, и вновь ухмылка раздвинула ее губы. У крестьянки была корова! Демон совсем забыла об этом, лишь мимоходом отметив сей факт когда их группа заходила во двор.

— Придумала! — крестьянка вздрогнула, и, трепеща, уставилась на демона, ожидая продолжения.