Когда-то Меррил надеялась, что это отношение изменится. Она оказалась умницей, прилежно училась и получала хорошие оценки в школе. В четырнадцать она достигла того возраста, когда ее стало законно продать в кафе для монстров, при условии, что она сама на это согласится. Разумеется, Меррил не собиралась этого делать, но в городе, в котором все вращалось вокруг поедания людей, существовало множество способов убедить строптивую Добычу дать добровольное согласие.
К счастью, на семейном совете мать и взрослые братья решили, что у девушки есть шанс стать кем-то, выучиться в Сакуре, получить образование и, благодаря ему, хорошую работу, которая принесет семье много денег. И Меррил оставили жизнь.
Девушка очень старалась. Она так надеялась, что теперь-то мать станет относиться к ней по-другому. Несчастная хотела получить всего лишь немного материнской любви и тепла, совсем чуть-чуть.
Но черствое сердце женщины, которой уже приходилось принимать тяжелые решения, Меррил растопить не смогла. Родная мать давно уже списала родное дитя, свыклась с этой мыслью, и теперь смотрела на Меррил, как на чужого, но чем-то обязанного ей человека. А Меррил, глядя в глаза матери, видела в них лишь холодный расчет.
Так девушка поняла, что со своего четырнадцатого дня рождения живет взаймы, что только обещание стать полезной для семьи, заработать много денег, сохраняет ей жизнь. Что стоит только оступиться, всего один раз, и она мигом окажется на блюде в каком-нибудь ресторане.
И, в последний раз вытерев горькие слезы, Меррил старательно училась, принося домой только хорошие оценки. Постоянный стресс тяжело влиял на человеческую девушку, одиночество среди многочисленных родственников угнетало ее.
И все же она смогла. Когда Меррил получила извещение о зачислении в Сакуру, у нее затряслись руки. В высшей школе будет опасно, но впервые девушка почувствовала, что у нее действительно есть шанс спастись. Она уже давно не надеялась на мать и братьев, понимая, что НИКОГДА не станет для них кем-то, кого стоит любить, родной дочерью или сестрой. Теперь ее учеба преследовала только одну цель — выжить.
Воображение рисовало будущее, в котором у нее будет денежная работа, она будет финансово обеспечена, чтобы не бояться. Она уже поняла, что мать или братья не станут любить ее даже в этом случае, но, хотя бы, угроза быть в любой момент сунутой в мешок и проданной на мясо — исчезнет. Избавиться от давящего чувства страха и начать дышать полной грудью — такова была мечта девушки, поступившей в Сакуру.
Увы, реальность быстро расставила все на места. Девушку, которую родные относили к категории на мясо , никогда особенно не учили выживать. Меррил не владела даже простейшими необходимыми навыками: не знала, как определить хвост за собой, как стряхнуть его, как прятаться, как убегать или защищаться. Если бы не Шаан, то первый же месяц в Сакуре стал бы для Меррил последним.
Сначала девушка не понимала, почему зеленая нага пощадила ее. Огромная хищница должна была питаться, чтобы расти большой и сильной. Чтобы прокормиться, ей нужно было охотиться куда чаще, чем остальным. Других охотниц, которые давно не ходили на охоту, можно было легко заметить — Голод имел почти физические проявления. Нервозность, раздражительность, рези в животе, буквально скручивавшие голодных хищниц пополам, подсознательные долгие взгляды вслед Зеленым девушкам — Шаан не проявляла ничего такого и вела себя так, словно питается травой, а не людьми.
Лишь со временем Меррил поняла, как невероятно ей повезло. Шаан исповедовала совсем другую философию, с почти религиозным рвением ненавидела других хищниц. Она учила, что существует возможность всем вместе жить так, чтобы никому не приходилось пожирать других, что хищникам Датиана и госпоже Защитнице нужно этого только захотеть. Постепенно Меррил начала чувствовать себя в настоящей безопасности рядом с Шаан, доверять ей. Особенно человеческую девушку впечатлил тот случай, когда Шаан подралась с Умброй, чтобы спасти Софию. Тогда Меррил по-настоящему всерьез начала воспринимать слова этой странной иномирной наги.
Шаан обещала Меррил защиту, как во время учебы, так и после. Она говорила обеим девушкам, что к тому времени, как они закончат учиться в Сакуре, Датиан станет совсем другим, что все изменится. Меррил все же не очень верила в том, что такое произойдет, и решила — на Шаан надейся, а сама не плошай! Она продолжала хорошо учиться, и даже помогала своим соседкам, и по-прежнему мечтала о том, что с хорошим образованием сумеет вырваться из того ужаса, в котором жила.
Поэтому, когда в ее жизни появился Феликс, Меррил влюбилась в него без памяти. Не потому, что была меркантильной, а потому, что парень-хищник из богатой семьи, который мог бы стать ее мужем, внушал чувство безопасности и защищенности. С деньгами его семьи ей точно не пришлось бы нуждаться. Они оба зарабатывали бы достаточно денег, чтобы не думать о безопасности, о том, что придется идти в кафе или охотничьи угодья. А их дети стали бы полукровками, Желтым рангом, пусть не самыми сильными среди всех, но все же сильнее большинства людей. Меррил могла бы жить счастливо и безопасно, реже оплакивать своих детей — что может быть лучше?
До него Меррил часто меняла парней, ни с кем не задерживаясь надолго. Шаан и София давно уже не следили за ее приключениями, кроме того у них имелись собственные дела — нага и ее подруга на выходных пропадали в охотничьих угодьях, не посвящая Меррил в подробности того, что они там делают. Шаан только слегка поворчала, узнав, что Меррил встречается с хищником, да еще и таким, кто учится в Метеоре, и имеет право на нее охотиться. Нага лишь предупредила Меррил о безопасности, и положилась на ее слово, что он нормальный .
Феликс же действительно не пытался охотиться на Меррил. Он сходу отмел ее предложение посмотреть Сакуру , завуалированную проверку на вшивость, на которой ранее засыпался другой парень-хищник, пытавшийся за ней ухаживать. Феликс даже отчитал девушку, напомнив о правилах безопасности и сказав, что такого делать не стоит. С тех пор они встречались только в городе, и каждое свидание было для Меррил волшебной сказкой.
— Феликс! — радостно воскликнула Меррил, заметив среди прохожих ожидавшего ее парня.
Тот смотрел в другую сторону, но кошачье ухо дернулось, повернувшись к ней. Еще через миг парень шел навстречу, широко улыбаясь, и в этой улыбке даже издалека можно было заметить его выступающие резцы.
— Милая. — промурлыкал он, обнимая Меррил, и от этого волшебного баритона девушка чуть не растаяла, а сердечко затрепетало сильнее, чем обычно. — Это тебе.
Феликс протянул ей букет прекрасных дорогих иномирных цветов. Меррил зарылась в них носом, поверх глядя на парня. Все в ее любимом было идеально, как всегда: одежда — брюки и белая рубашка — чистая и хорошо выглаженная, волосы и шерсть в идеальном порядке, не воняют кошатиной, а приятно пахнут. Феликс следил за собой, хорошо одевался, был приветлив и весел.
— Спасибо, — прошептала человеческая девушка, глядя на него влюбленными глазами.
Он взял ее за руку, и они отправились гулять по вечернему городу. В Датиане можно было найти много развлечений, но человеческой девушке, всю жизнь прожившей в бедной семье, не приходилось когда-либо пробовать большинство из них. Лишь сейчас, когда у нее появился парень, Меррил довелось увидеть, что скрывается за фасадами ярких магазинов, кафе и торговых центров, побывать в Экспо. Феликс водил ее в кафе, где можно было попробовать удивительные блюда, в кинотеатры, где на широком экране можно было увидеть новинки кино, по паркам развлечений, где они катались на множестве аттракционов. Узнав, что она никогда раньше не имела возможности попробовать что-то из этого, Феликс очень удивился, и пообещал, что это досадное упущение будет скорейшим образом исправлено. И каждый раз, как они встречались для очередного свидания, нэко выбирал на вечер какое-то новое развлечение, не переставая и не уставая удивлять Меррил.
