Охотница и жертва прошли переход, повернули по коридору спортивного корпуса. Здесь Венди добралась до своей цели — двери в раздевалку, располагавшуюся в конце тупикового коридора.

Она переступила через порог, оглянулась на замершую в очередной раз Дороти, и с издевательской ухмылкой закрыла дверь у преследовательницы практически перед самым носом. Повернув защелку, девушка заперла дверь на замок. Теперь открыть ее снаружи можно было только ключом, которого у саламандры, ясное дело, не было.

Прости, Дороти, но не сегодня .

Венди затаилась за дверью, топнув ногой несколько раз, словно уходила вглубь помещения, и через несколько секунд ручка двери задергалась, когда Дороти попыталась открыть ее с той стороны. Буквально пару секунд Венди размышляла, может ли Дороти быть причиной исчезновения четырех спортсменок, но нет, это точно фигня какая-то. Венди подавила смешок, и уже спокойно отправилась к выбранному в предыдущие тренировки шкафчику.

Он находился в конце помещения, практически в самом углу, который не виден от двери, пока не пройдешь весь ряд шкафчиков практически до самой стены. Поставив возле него сумку, Венди открыла шкафчик и придирчиво осмотрела внутренности. Все стенки целые и неповрежденные, все полки на месте.

Оставшись довольной осмотром, девушка расстегнула молнию и извлекла отвертку, которой открутила запиравший железную дверь шкафчика замок. Вместо него она достала другой замок, большего размера, со сложным ключом, электронным чипом и сигнализацией. Она прикрутила его к двери и несколько раз проверила, как теперь запирается шкафчик. Удовлетворившись, Венди раскрыла дверь пошире, и склонилась над сумкой, принявшись доставать и расставлять на полках различные коробки.

От этого занятия ее отвлек внезапный звук, исходивший с потолка.

Пум пум пум

Венди подняла голову, удивленно приоткрыв рот. По потолку проходила вентиляционная шахта в виде жестяных кубических секций, соединенных вместе и прикрученных к потолку с помощью саморезов. И в этой шахте кто-то тихонько крался!

К сожалению, бесшумно перемещаться в такой конструкции (даже в боевых доспехах) можно только в видеоиграх. В реальности жестяные стенки изгибались, когда вес забравшейся внутрь девушки нагружал один конец, выгибая другой. От этого и производился тот самый звук пум-пум-пум , который услышала Венди.

Кроме того, в шахте, очевидно, было довольно пыльно, и следом за звуками прогибающейся жести последовало тихое сдавленное а-а-апчхи!

Серьезно? — Венди чуть не рассмеялась, но успела прикрыть рот ладонью, с интересом наблюдая, что будет дальше.

А дальше обитатель шахты решительно двинулся вперед — Венди могла проследить, как под его весом прогибаются сегменты воздуховода.

Внезапно, когда трубочист-самоучка был уже посреди комнаты, саморезы, удерживавшие шахту, не выдержали увеличившегося веса и отскочили. Шахта резко прогнулась, секция, в которой находился неизвестный, отломилась и грохнулась на пол, взметнув тучу выбитой пыли. Венди успела шагнуть в сторону, не пострадала и не испачкалась. Она подождала, пока облако осядет хоть чуть-чуть, прежде чем подойти посмотреть, кого к ней принесло. От удара стенки секции развалились, открывая скрывавшуюся внутри девушку, которой оказалась, разумеется, Дороти. Несчастная саламандра лежала на спине с закрытыми глазами и стонала, держась одной рукой за затылок. Ее черная как смоль кожа сейчас была пепельно-серого цвета от покрывавшей ее пыли. Одежда оказалась сильно помята и испачкана, с налипшей грязью и паутиной. Дороти, очевидно, решилась на подобный шаг в полном отчаянии — никакая другая хищница не полезла бы добровольно в тесную пыльную шахту. Венди стало ее немного жалко.

— Э-э-эй! Дороти! Ты там как, в порядке? — обеспокоенно спросила она, подойдя и склонившись над лежащей саламандрой.

Дороти только застонала в ответ, потирая затылок.

— Э-э-эй! Скажи что-нибудь.

Глаза Дороти внезапно распахнулись и уставились на Венди. От этого взгляда девушка ощутила, как мурашки бегут по коже.

Что в этом взгляде? Отчаяние? Решимость? Безрассудная храбрость?

Дороти резко выбросила руку, попытавшись схватить Венди за шею, но человеческая девушка молниеносным движением успела перехватить ее запястье.

— Ай! Ай-ай-ай! Больно! Больно!

— А ты не хватай без спросу, — строгим голосом ответила Венди.

— Прости, прости! Я не буду больше! Пожалуйста, отпусти! — взвыла саламандра, извиваясь от боли.

— Ла-а-адно!

Венди разжала пальцы, позволяя Дороти отдернуть руку. Саламандра отползла, держась за пострадавшее запястье и с опаской глядя на Венди.

— И что ты там делала, изволь объяснить? — спросила Венди, выпрямляясь.

Сначала Дороти промолчала, глядя девушке в глаза, однако по строгому, но в то же время насмешливому взгляду, догадалась, что Венди все знает. Да и чего тут не знать?

— Охотилась на тебя, — буркнула она в ответ.

— Да? Ну, и как успехи?

Дороти что-то неразборчиво проворчала в ответ, понурившись еще больше.

— Ладно, посиди пока, сейчас я закончу, и будем что-то думать с этим бедламом.

Сказав это, Венди отвернулась к открытому до сих пор шкафчику и принялась выгружать в него остаток коробок и упаковок из сумки. Дороти хмуро смотрела ей в спину. Человеческая девушка методично работала, больше не обращая на саламандру специального внимания. В голову Дороти закралась мысль, что может быть. ну. попробовать еще раз? Все-таки она добилась запланированного результата — осталась с Венди в одном помещении, к тому же запертом.

В этот момент Венди оглянулась через плечо, смерив саламандру подозрительным взглядом.

— Сиди смирно, не рыпайся, — строго напомнила она.

Этот ледяной тон окончательно погасил остатки решимости, которые еще теплились в глубине души саламандры. Дороти отползла еще дальше, села в уголке на лавочке и, свесив голову, заплакала.

Через пару минут Венди закончила снаряжать шкафчик. Она захлопнула дверцу, заперла замок, и закинула на плечо заметно полегчавшую сумку. После всего этого, девушка подошла к пригорюнившейся саламандре, и уселась на скамейку напротив.

— Ну, что ты хнычешь? Что случилось? Болит что-нибудь?

Дороти отрицательно помотала головой. Она же не человек, ей подобное падение практически не нанесло вреда.

— Тогда почему?

— Тебе не понять.

— А ты попробуй.

Дороти внимательно посмотрела на человеческую девушку, стараясь понять, не издевается ли она. Но Венди лишь спокойно ожидала, пока саламандра начнет рассказывать.

— Я ничтожество, — простонала она, снова свесив голову. — Ни на что не способна. У меня не было еще ни одной успешной охоты, хотя я так старалась. Но добилась только того, что меня раскрыли, а вся школа уже смеется с моих потуг. И вот я таки оказалась с Добычей в одном запертом на замок помещении, где никого нет, и никто не может нам помешать. И. не смогла.

Последние слова Дороти уже буквально выдавила из себя, по ее голосу Венди стало понятно, что неудачливая охотница вот-вот разрыдается.

— Слушай, Дороти, а если прям совсем не получается у тебя, то может ну ее, эту охоту?

— Я же говорила, что ты не поймешь! — проворчала Дороти в ответ, внезапно вспыхнувший гнев подавил начинавшийся плач. — Это как. как. Представь, что все твои подруги уже занимались сексом, а ты еще нет. И вот они шепчутся и хихикают в углу, обсуждают, у кого с кем и как было, а ты такая стоишь в стороне как дура. И хотя тебе никто ничего плохого не говорит, но ты чувствуешь, что ты изгой, что не принадлежишь к их группе, что ты неполноценна.

— Это единственная причина? — сухо спросила Венди.

— Как будто этого недостаточно!

— Тебе не обязательно идти на поводу у социума. Не каждая хищница стремится стать таковой.

— Ты про свою Джульету? — презрительно хмыкнула Дороти. — Просто, пока я барахтаюсь на грани отчаяния, она уже сдалась! Она не ходит на охоты, и ты думаешь, что она не хочет, но будь уверена, что по ночам, дома, в уютной постельке, ей снятся сны, в которых она красивая здоровая и сильная хищница, рядом подруги-кошки, которые ее уважают и немного побаиваются. Она ворочается во сне и дергает ножкой, когда ей снится охота и погоня, ее сердечко стучит быстрее, а рот наполняется слюной, когда в мечтах она ловит, одолевает и поглощает добычу.