— Послушай, — спросил Деннис по дороге, — если образование у нас такое плохое, то почему ты такая умная?

Сара остановилась и посмотрела на его смутный силуэт в полумраке.

— Потому что я не позволила себя обмануть! — резко ответила она. — Все, что мне досталось, приходилось вырывать с боем. Из-за того, что я женщина. Из-за цвета кожи. Я не могла позволить себе роскошь остаться недоучкой!

— Видит Бог, Сара, я не хотел тебя обидеть. Ты же меня знаешь. У меня тоже были… нет, конечно, не такие трудности. Но ведь от богатых бездельников и не ожидают, что они будут особенно стараться.

— Знаю, Деннис. Не твоя вина, что ты родился и белым и богатым.

— Ну, я же попросил прощения. Просто мне кажется, что ты обо всем знаешь намного больше всех, с кем я знаком.

— Бралась за все, но ничему не выучилась, — хмыкнула Сара. — Ты прав, извини, что я на тебя накинулась. — Она отвернулась. — Наверное, у меня чересчур развита шишка любопытства, вот и все.

Но она знала, что так было не всегда. Когда-то ей, как и её подругам, доставляло удовольствие плыть по течению — и на уроках, и в жизни. Она и в школу-то пошла только потому, что этого требовали закон и её родители.

— Если не ошибаюсь, это случилось в пятом классе, — Сара провела пальцем по грязным перилам. — Нас повели на экскурсию в Музей науки и промышленности. Это было… ну, в общем, ужасно давно.

Она явственно увидела, как бегала тогда от экспоната к экспонату, широко раскрыв глаза от восторга, — негритянская девчонка из трущоб Чикаго с тугими косичками, едва умеющая читать. В музее были выставлены всевозможные вычислительные машины — от старинных клавишных арифмометров до новейших настольных компьютеров. Там стояла огромная модель сердца, внутрь которой можно войти. Там лежал камень, доставленный с Луны!

— Это было как ледяной душ, — сказала Сара.

Экскурсия потрясла её, словно разбудила от спячки. Даже сейчас, столько лет спустя, она ощутила дрожь возбуждения, охватившую её тогда.

— Передо мной открылся огромный потрясающий мир, о котором учителя мне ничего не говорили! Вот почему… — Сара смущенно пожала плечами. — Вот почему я принялась изучать этот мир сама. Я убегала с уроков, чтобы посидеть в публичной библиотеке, а потом в библиотеке Чикагского университета.

Чтобы её туда пускали, приходилось идти на всевозможные хитрости: никто не верил, что негритянская девчонка приходит сюда читать.

А она читала все подряд. Об африканской музыке и о физике, о праве и медицине, об истории Китая и статистике, о немецкой философии и компьютерах — все подряд, без всякого разбора. Некоторые из её друзей — те, кто знал, чем она занимается, — недоумевали, зачем это ей надо. Какую пользу она собирается из всего этого извлечь? Такие вопросы внушали ей презрение, как и то безразличие, которое за ними крылось. Какую пользу? Просто она хотела стать образованной, а не дрессированной.

Разумеется, она прошла всю школьную программу и сдала все экзамены. У большинства учителей — Сара это чувствовала — её успехи вызывали возмущение, потому что были достигнуты вопреки им. Правда, нашлись среди них двое… О, это были настоящие наставники!

— Наверное, трудно менять свои привычки?

Услышав голос Денниса, она очнулась.

— М-м? О чем ты?

Они уже спустились на первый этаж, здесь было светло, и Сара увидела на лице Денниса улыбку.

— Интересно, сколько дополнительных курсов и семинаров ты прошла за те несколько лет, что мы знакомы?

— Законодательство о недвижимости. Семинар по литературе. Дюжину курсов по программированию. Больше всего мне нравилось заниматься хакерством…^[11]. А сколько всего, не знаю. Давно сбилась со счета.

— Теперь поняла, о чем я? — сказал Деннис. — Я тобой просто восхищаюсь. Ты не остановилась, а по-прежнему держишь себя в форме. Иногда я даже завидую твоей любознательности. У меня дома лежит куча книг, которые я все собираюсь прочесть. Я покупал их с самыми благими намерениями, но, видно, до них у меня руки так никогда и не дойдут. Все свободное время уходит на журналы по специальности и техническую литературу.

— Время всегда можно найти. Надо только решить, что главнее.

Деннис погладил карман рубашки.

— Да. Наверное, любознательность, как и все остальное, приходит с тренировкой.

⠀⠀

Они задержались на тротуаре у дома, пока Деннис делал наброски в своем альбоме. Сара знала, что лучше ими пока не интересоваться. Деннис всегда десятками браковал вполне приемлемые идеи, прежде чем остановиться на одной-единственной, самой удачной, чтобы продемонстрировать её Саре. За годы совместной работы она научилась доверять его вкусу.

Сара отряхнула пыль с одежды. По обе стороны улицы тянулись вереницы припаркованных вплотную друг к другу машин. При застройке квартала надо будет позаботиться об автостоянках.

Деннис бросил альбом на заднее сиденье своего «датсуна».

— Пообедаем вместе в пятницу?

Сара рассеянно кивнула, размышляя о том, какую часть квартала ей удастся скупить до того, как кто-нибудь заметит, что происходит, и цены взлетят. Может, стоит это устроить через какие-нибудь подставные акционерные общества.

— Я придумал название.

— М-м? Для чего?

— Для нашей стройки. «Квартал Брейди Куинна». Можно будет привлечь историю. «От рубежа веков до рубежа веков». «1890-е годы возрождаются в 1990-е». «Солидность и изящество прошлого, помноженные на эффективность и технику настоящего».

— Неплохо, — согласилась Сара, подумав.

— Неплохо? Великолепно! Наш город полон ностальгии по тем временам. Ковбои. Бэби Доу Тэйбор. Мэтти Силкс. Шериф Дэйв Кук.

— Я об этом подумаю, — сказала Сара. — Разузнай, кем был этот Брейди Куинн. Вряд ли стоит использовать его имя, если он окажется какой-нибудь дешевкой.

— Пусть даже так, что из этого? Мэтти Силкс содержала публичный дом.

— Ну, женщину легкомыслие только украшает.

⠀⠀

Сара вела «вольво» по улицам, пересекавшим центр Денвера, мимо башен из стекла и стали, где размещались телекоммуникационные компании, и думала о том, какая судьба постигнет их, когда каждый сможет, не выходя из дома, подключаться к компьютерным сетям. В квартале, который она собиралась перестраивать, каждый дом будет иметь выход в сеть «Дэйта-Нет» и коллективные антенны для связи через спутник. Молодым технократам это понравится!

Сначала она хотела ехать домой через центр, по Колфакс-авеню, чтобы посмотреть, не появилось ли там чего-нибудь новенького на щитах коммерческой рекламы, — но в последний момент передумала и свернула на Шестую авеню. Скоростная трасса почти без светофоров тянулась на запад до самой горы Хогбек, и на всем её протяжении прямо впереди, перед глазами водителя, открывался вид на Передовой хребет Скалистых гор — вид, которым Сара не уставала любоваться.

Несколько лет назад она прошла спецкурс по выживанию для служащих. Скалолазание, спуск по горным рекам, жизнь среди дикой природы. От современной техники — к образу жизни первобытных предков. Она научилась даже обращаться с ножом и луком. В качестве заключительного испытания её забросили куда-то далеко в горы в чем была, без всякого снаряжения. За те двое изнурительных суток Сара узнала о себе много нового. И полюбила горы: они стали для нее спасительным убежищем от всех забот и тревог. Сара подумала, что, как только решится дело с Эмерсон-стрит, нужно будет на несколько дней отправиться в горы.

Облака плыли над вершинами так низко, что, казалось, до них можно достать рукой. Сара задумчиво посмотрела в небо, гадая, не пойдет ли дождь, а потом все равно открыла люк в крыше машины. Какого черта! Пусть обдувает ветерок, а если начнется дождь, всегда можно успеть закрыть люк. Сара любила рисковать во всем.

⠀⠀

Позже, когда Сара, сидя у своего камина, поднесла к губам рюмку бренди, у нее в памяти неожиданно всплыло имя Куинна. Она вспомнила, где встречала его раньше. Отставив рюмку, она рывком встала с дивана. В камине громко стрельнуло полено, по комнате пронеслась волна смолистого соснового аромата. Мистер Мяу, её домашний кот бесхвостой породы с острова Мэн, последовал за Сарой, уселся на столе рядом с компьютерным терминалом и стал внимательно наблюдать, как хозяйка вызывает файл и быстро просматривает его. Наконец Сара нашла то, что искала, и удовлетворенно кивнула.