А его дружба с Сарой стала решающей уликой. Они уже не сомневались, что она проводит против них «операцию», что именно она и есть Чужак. По трагической иронии судьбы они сочли Моргана её сообщником. Сразу после случая в библиотеке Сара встретилась и с Деннисом, и с Полом Эбботом. Потом, после покушения в парке, она провела ночь у Моргана, а на следующий день Морган посетил их обоих. Поэтому они решили не рисковать и убрать всех троих «сообщников».

Теперь стало ясно, почему они убили Пола Эббота, который не имел к ней почти никакого отношения. Теперь она поняла, что вызывало у них тревогу. Однако чего Сара не собиралась им простить, так это Доусонов и того человека в парке, которых убили только для отвода глаз.

Сколько крови! И как давно она льется! И все — ради сохранения одной-единственной главной тайны, которая заключалась в том, что на протяжении последних 160 лет они исподтишка направляли ход истории.

Впрочем, пока это только её предположение — насчет управления ходом истории. Но оно было единственным разумным предположением. Как она радовалась бы, если бы оно вообще не пришло ей в голову. Как она хотела забыть о своем открытии и сделать так, чтобы история снова превратилась в перечень событий и дат!

Но теперь это были пустые мечтания. Она не могла ничего поделать, как муха, бьющаяся о стекло, потому что неведомая горстка людей поставила вокруг каждого человека невидимую преграду. Интересно, стала бы муха счастливее, если бы поняла, что такое стекло?

«Не бойся того, чего не знаешь», — гласит поговорка. Утешительная формула, которая позволяет ни о чем не задумываться.

Но она неверна. Незнание всегда опасно. Оно может погубить, Сара вспомнила, как однажды на её глазах воробей с лету врезался в стеклянную стену одного из небоскребов в центре города. Он упал мертвым на тротуар прямо перед ней. Ей до сих пор жалко его. Теперь она легко могла представить себя на месте воробья — несущейся сломя голову (как и многие другие — сколько их еще было?) прямо на невидимую преграду.

Даже если б она каким-то чудом забыла все, что узнала, все равно это была бы лишь видимость свободы. И пусть она даже не билась бы крыльями о стены, но они по-прежнему остались бы на месте — еще прочнее, ибо нельзя разрушить стену, о существовании которой даже не подозреваешь.

Но мысль о том, что стены существуют, что кто-то окружил тебя ими, вызывала боль. Боль и гнев. «Всю свою жизнь я боролась, чтобы не стать чьей-то жертвой. А сейчас обнаружила, что все мы — жертвы». Так заключенный, который сумел наконец вырваться из камеры, вдруг убеждается, что смог попасть лишь в другую камеру, побольше.

⠀⠀

её разбудил звонок в дверь. Трели настойчиво повторялись одна за одной, как будто заело граммофонную пластинку. Сара зажала уши. «Ну, заткнись же!»

Она всегда просыпалась с трудом. Эйб, давний её сожитель, вечно над этим подшучивал. Сам он был из тех, кто по утрам бегает трусцой и плотно завтракает. Свиная грудинка (поджаренная на рашпере, а не на сковородке) и яйца (всмятку, разумеется). А она в это время едва могла одолеть чашку кофе. С самого начала ясно было, что из их отношений ничего не выйдет.

Всю ночь Сара провела за терминалом, составляя программу и читая файлы Моргана, и только под утро свалилась на диван. Затуманенным взглядом она посмотрела на часы, стоявшие на каминной полке прямо под портретом доктора Кинга. Двенадцать часов. Полдня уже прошло. Доктор Кинг смотрел вдаль и выглядел невероятно благородным. «Наконец свободен…»^[20] «Свободен» — какая злая ирония судьбы! О какой свободе можно говорить, когда…

Снова прозвенел звонок, и она подумала, стоит ли открывать. Вчера она собрала вещи, чтобы скрыться в горах, — когда ей в голову пришла нелепая мысль, что Морган собирается её убить. Потом, ночью, она наконец нанесла ответный удар. А сегодня утром (нет, днем) собирается по-прежнему удариться в бега?

Ну, это может зависеть от того, кто сейчас звонит ей в дверь.

Мистер Мяу вспрыгнул на спинку дивана и принялся бесшумно ходить по ней взад и вперед. Глядя на Сару, он зевнул: «Я-а-ау».

Сара протянула к нему руки, и он спрыгнул к ней.

— Как поживаешь, Мяу? — спросила она. — Я тебя не видела целую вечность. Ручаюсь, что бегал по кошкам. Где ты шлялся, когда был мне нужен? — Она явственно вспомнила то чувство одиночества, которое пережила… когда это было? Позапрошлой ночью? Все дни у нее перепутались. В субботу. А сегодня понедельник. Ровно две недели назад — почти час в час — она нашла эти бумаги в доме на Эмерсон-стрит.

Мистер Мяу заглянул ей в глаза.

— Мяу.

— Да, ты прав. Не мне тебя укорять. В конце концов, где шлялась я, когда была нужна тебе, верно?

«Подставилась под выстрелы, а потом в беспамятстве отправилась к Моргану». Она почесала кота в его любимом месте — за ухом. Звонок опять зазвонил. Сара вздохнула.

— Ладно, посмотрим, кому это не терпится.

Она сползла с дивана и поднялась на ноги. Памятуя о том, как неосторожно она открыла дверь вчера утром, Сара сначала подошла к камину и захватила кочергу. Потом направилась к двери и посмотрела в глазок.

Там стоял Ред Мелоун, одетый водопроводчиком. Для полноты картины у дома даже стоял фургон водопроводной компании. В руках Ред держал папку, из которой торчали разлохмаченные бумаги официального вида. Некоторое время он нервно переступал с ноги на ногу, потом потянулся к звонку и снова нажал на кнопку.

Сара открыла дверь. Ред еще секунду постоял неподвижно, потом шагнул в дом.

— Давно пора вам открыть эту чертову… — Он нахмурился. — Что тут смешного?

Она молча показала ему кочергу. Он посмотрел на нее, потом перевел взгляд на Сару и хмыкнул.

— По крайней мере, я наш уговор выполнил. Позвонил в ваш чертов звонок.

Он прошел мимо нее в гостиную и расположился на том же диване, где сидел в прошлый раз. Сара последовала за ним и остановилась под аркой, отделявшей гостиную от прихожей. Она положила кочергу на край стола и скрестила руки на груди. Ред посмотрел на нее и покачал головой.

— Ах, Сара, Сара, что мне с вами делать? Вы здорово меня подвели. Вы это знаете? Я ведь поверил на слово, что вы — не Чужак. Представляете, как глупо я выглядел, когда мне рассказали о вашей программе-«мыши»? Вы, оказывается, не теряли времени даром. — Он говорил без улыбки. Сара вспомнила, как много он улыбался в прошлый раз, и теперь его серьезность показалась ей зловещей.

— Я могу все объяснить.

Ред мрачно кивнул и заложил руки за Голову.

— Ну хорошо. Выкладывайте все.

— Пожалуйста, не хамите, мистер корректировщик! Каждое мое слово было правдой!

Ред подался вперед и наставил на нее палец.

— Правильно. Каждое ваше слово было правдой, но вы сказали мне не все слова, правильно? Вы знали намного больше, чем сказали мне. Благодаря этой своей программе. Не пытайтесь играть со мной в такие игры. Тут слишком большая ставка.

— В игры? Боже! Мой близкий друг мертв, другой при смерти, еще несколько незнакомых мне людей убиты…

Морган мертв. Мысль об этом то и дело мелькала у нее в голове и вытесняла все остальные. Он действительно был её другом, наверное, самым лучшим из всех, кого она знала. Она решительно прогнала это воспоминание. Сейчас оно не должно ей мешать. Позже, быть может, у нее будет время погоревать.

— Люди убиты, — повторила она. — И вы говорите, что я играю в какие-то игры?

Он наклонился вперед, опершись руками на колени.

— Нет, так не пойдет, — упрямо сказал он. — Ваша программа доказывает, что у вас было что-то на уме. Кто вы такая?

— Я Сара Бомонт. Деловая женщина. Бог мой, неужто это может вызвать какие-то подозрения? Конечно, я не сказала вам всего — просто не хотела, чтобы о моих планах узнали конкуренты. Я интересовалась Брейди Куинном, потому что он мог стать неплохой рекламой для моего проекта застройки. Вот и все.