– Вот именно! – куда громче отозвался Кадзуо, тут же повернувшись ко мне. А затем, снова посмотрев вперед, уже тише добавил. – Я не мог рассказать о таком никому и особенно тебе…

Я непонимающе посмотрела на Кадзуо, но он упорно не хотел встречаться со мной взглядом.

– Почему? – спросила я.

Кадзуо не ответил, и тогда я взяла его за руку. Он повернулся ко мне, наши взгляды пересеклись, и в темных глазах Кадзуо я увидела боль, печаль и обиду, которые отозвались внутри как мои собственные.

Кадзуо еще мгновение молчал, а затем сжал мою ладонь в ответ.

– Потому что из-за этого я чувствую себя ужасным человеком, – негромко признался он, продолжая смотреть на меня, а затем снова отвернулся. Но мою ладонь не отпустил, крепко сжимая ее ледяными пальцами. – Он убил моего отца. А потом еще многих людей. Но как бы я ни пытался убедить себя в обратном… Я все еще скучаю по Исао. И до сих пор считаю его своим старшим братом.

Кадзуо усмехнулся и снова на меня посмотрел – с глубокой печалью. Я не могла не отметить тот факт, что он вновь назвал Хасэгаву по имени. И на этот раз исправляться не стал.

– Представляешь? Все то, что он совершил за десять или даже двенадцать лет, не смогло изменить тот факт, что два с лишним года, которые я прожил с ним, были лучшими в моей жизни. Что, несмотря на все его преступления, я вижу в нем Хаттори Исао, который стал мне старшим братом и заменил отца. Подарил мне то, в чем я больше всего нуждался.

Кадзуо выпустил мою руку, запустил пальцы в волосы, а затем, уперевшись локтями в колени, уронил лицо в раскрытые ладони.

– Кадзуо… Пожалуйста, расскажи мне, что произошло. Я знаю тебя. И поэтому знаю, что пойму тебя, что бы ни случилось. И всегда поддержу, – тихо пообещала я, положив руку на плечо Кадзуо. – Ты можешь мне доверять…

Кадзуо, оторвав ладони от лица, медленно перевел на меня взгляд, и в этот момент я не смогла распознать выражения его глаз. Я видела в них лишь бездонные тени.

– Я знаю, – криво улыбнулся он. – Но страх иногда бывает сильнее. И заставляет сомневаться даже в том, во что ты искренне веришь.

Несколько мгновений Кадзуо молчал, и я тоже не произнесла ни слова. Потому что видела, что Кадзуо то ли собирается с мыслями, то ли набирается решимости. А может, все сразу.

– Ты знаешь, что Исао убил моего отца, – начал Кадзуо.

Я кивнула.

– Хасэгава-сан сказал, – осторожно добавила я, – что твой отец убил его отца.

– Да? Он так сказал? Что ж… Доля правды в этом есть. – Кадзуо покачал головой, и я снова ощутила горечь разочарования.

Неужели Хасэгава в очередной раз обманул меня? Но его слова в тот день прозвучали так… искренне.

– Наши отцы были коллегами и близкими друзьями. Но, как оказалось, мой отец был далеко не самым честным прокурором и, пытаясь сохранить свою репутацию, карьеру и, конечно, свободу, подставил Хаттори Кэндзи, отца Исао, обвинив его в своих же преступлениях. И в тюрьме Хаттори-сана убили.

Я распахнула глаза от удивления. В который раз я узнавала нечто, о чем не могла даже предположить. Отец Кадзуо был преступником? И обвинил в своих преступлениях друга?

Тогда слова Хасэгавы не были такой уж ложью. По сути, они были правдой, просто лишенной подробностей. Значит, именно убийство отца Кадзуо Хасэгава имел в виду, когда сказал Араи, что убил кого-то из мести.

– Поэтому Исао убил моего отца. И… – Кадзуо запнулся. – Забрал меня к себе.

– Что? – вырвалось у меня. Я непонимающе нахмурилась.

Кадзуо усмехнулся, но в его улыбке не было ни капли веселья – лишь глубокая печаль.

– Он сказал, что наши отцы заняты каким-то очень важным делом и попросили его за мной приглядеть. Сначала было так. Потом Исао придумывал все новые отговорки. Но я… я не сомневался в его словах. Не потому, что они звучали особо убедительно. Я даже не задумывался об этом. – Кадзуо ненадолго замолчал. – И… пожалуй, я не хотел задумываться. Меня просто все устраивало. Я был ребенком, и мне оказалось все равно, по какой именно причине я остался у Исао даже тогда, когда каникулы закончились, почему начал учиться на дому, почему не виделся с отцом…

Кадзуо снова усмехнулся, немного нервно.

– Хотя, как оказалось, причина была такой, на которую невозможно закрыть глаза.

Я растерялась. То, о чем говорил Кадзуо, показалось мне слишком странным. Получается, Хасэгава его похитил? И Кадзуо жил, не подозревая, что его отец мертв? Не увидел его ни разу больше чем за два года, но при этом самого Кадзуо все устраивало?

Это не укладывалось у меня в голове.

Кадзуо явно уловил мое смятение:

– Да, звучит дико.

– Но… – Я попыталась подобрать слова, чтобы мой вопрос не прозвучал бестактно. – Но почему тебя не беспокоило, что ты не виделся с отцом все это время? Ты… не скучал?

Для меня это было удивительно. Не считая времени, проведенного мной в этом проклятом городе, я никогда еще не расставалась с родителями на срок, превышающий две-три недели. И даже тогда мы регулярно списывались и созванивались.

Взгляд Кадзуо помрачнел, и я подумала, что он промолчит, но он все же ответил.

– Мы с отцом никогда не были близки… – Кадзуо прервался. – Ладно, если говорить честно, я не был ему нужен и всегда это чувствовал. И поэтому, пожалуй, отец перестал быть нужен мне. – Кадзуо прикрыл глаза и сцепил зубы. – Да, звучит кошмарно, я же говорил… А Исао… Он подарил мне то, в чем я нуждался. Заботу, внимание, тепло. Я, конечно, всегда понимал, что у отца очень ответственная, важная работа, и никогда не ждал, что он будет пренебрегать делами ради меня. Понимал, что время и внимание моего отца ограничены и очень дороги.

На несколько секунд Кадзуо прервался, вновь собираясь с силами, а затем продолжил:

– И все же… дело не в этом. Проблема была в другом, и все стало лишь хуже после смерти… моей мамы. Не знаю, как объяснить. Звучит, наверное, наивно и очень по-детски, – с печальной неуверенностью заметил Кадзуо, и я крепко сжала его ладонь.

– Нет. – Я посмотрела Кадзуо прямо в глаза. – Вовсе нет. Я понимаю, что ты имеешь в виду.

Я действительно поняла. Проблема заключалась не в недостатке внимания и времени. Кадзуо так этого и не произнес, но все было ясно и без слов.

Проблема была в недостатке любви.

И, судя по всему, Хасэгава, точнее, Хаттори, вел себя совсем иначе. Поэтому Кадзуо и стал считать его своим старшим братом.

Видимо, прочитав все по моим глазам, Кадзуо кивнул.

– Теперь, уже зная, что Исао – это… Хасэгава-сан, я вижу, что они действительно очень похожи. Но одновременно… Это словно совсем другой человек. Не могу представить, чтобы тот Исао, которого я знал, поступал… так.

– Прошло столько лет, – отметила я. – За такой срок любой мог измениться.

Кадзуо покачал головой:

– Нет… То есть да, ты, конечно, права, но я немного не о том. Я знаю, какой Исао на самом деле. Знаю те черты его характера, что не могли поменяться даже со временем, потому что… из них и состоял Исао. Поэтому я не думаю, что он исполнил бы свою угрозу, не думаю, что убил бы кого-то из наших друзей… Уверен, что не убил бы, – тихо добавил Кадзуо.

В этот момент во мне снова вспыхнуло возмущение:

– Почему нет? Ведь на его счету столько жертв…

– Но всех их объединяло то, что они совершили серьезное предательство или подлость, – перебил меня Кадзуо.

Я вскинула брови. Я уже задумывалась об этом, но затем одернула сама себя. Мне не хотелось поступать так, как было бы проще всего, – искать оправдания поступкам Хасэгавы. Но, получается, моя догадка все же была верна?.. И Хасэгава действительно убивал не случайных людей?

Это не оправдание. Но, как и сказал Хасэгава, у убийств оправданий быть и не может, зато есть причины. Значит, травмированный много лет назад, Хаттори Исао возненавидел людей, что подставляют и предают, и теперь убивает именно их…

Я вспомнила, как Атама назвал Хасэгаву жестоким человеком, а тот ответил, что предпочитает слово «справедливый».