Тот увернулся и ударил Ивасаки по лицу. Ивасаки упал прямо на прилавок, попытался ухватится за него, но ветхие доски проломились и рухнули, а следом за ними повалился и одержимый.

Я отшатнулась как можно дальше. Головокружение ослабло, но мои руки и ноги все еще мелко дрожали. Я едва не схватилась за волосы, не зная, что делать. Как помочь.

Ивасаки попытался встать, но Йоко, рванув вперед, прижала его к земле за плечи и попыталась дотянуться до наручников. Ивасаки резким движением оттолкнул Йоко и подскочил, развернувшись к ней лицом. Йоко попыталась ударить, он увернулся, но спустя мгновение Йоко смогла уронить его на пол. В этот момент Ивасаки ухватился за плечо Йоко, потянув ее за собой, и она упала следом, уперевшись руками ему в плечи. Мгновение Йоко смотрела Ивасаки в глаза и, стремительно наклонившись, поцеловала его.

Ивасаки попытался оттолкнуть Йоко, но та не отпустила, и вдруг Ивасаки обмяк. В то же мгновение Йоко отстранилась и вскочила на ноги.

Я, вскинув брови, проследила за ней взглядом. Йоко порозовела, почти слившись с платьем.

Ивасаки, приподнявшись на локтях, тряхнул головой, словно избавляясь от остатков сна, и посмотрел по сторонам расфокусированным взглядом. Когда взгляд его прояснился, он хрипло спросил:

– Он вселился в меня?

– Да, – коротко отозвался Араи и протянул Ивасаки руку, помогая подняться.

Ивасаки поморщился, схватившись за бок. Похоже, падение на деревянные доски оказалось болезненным.

– Я… Надеюсь, я не успел ничего натворить? – с глубокой досадой в голосе протянул Ивасаки.

Араи промолчал, зато Эмири прямо ответила:

– Ты едва не придушил Хинату. Подрался с Араи-сенсеем и Йоко. А потом Йоко…

Йоко пихнула Эмири локтем, и та прервалась. Закатила глаза, но продолжать не стала.

Ивасаки странно посмотрел на них двоих, но, встретившись взглядом с Йоко, быстро посмотрел на меня. На лице Ивасаки я прочитала чувство вины и потому ободряюще улыбнулась, давая понять, что он не виноват… но вряд ли это подействовало. Ивасаки снова глянул на Йоко и снова отвел глаза.

– Надо найти монеты, которые выбросил Ивасаки-сан, – улыбнувшись, заметил Хасэгава.

– Что? И что еще я сделал? – простонал Ивасаки, одной рукой вцепившись в свои волосы. – Вот поэтому я не пью… Чтобы потом не слушать от друзей подобные истории.

– Или потому, что у тебя нет друзей, – добавила Эмири.

Ивасаки мрачно на нее посмотрел:

– Странно, что ты знаешь о существовании этого слова.

Теперь уже Эмири смерила его хмурым взглядом.

– Не будем терять время, – пробормотала Йоко и первая отправилась искать монеты.

– И также не теряем бдительность, – напомнил Хасэгава.

Я вышла из магазина, осторожно перешагнув через обломки прилавка.

– Хината-тян… прости, пожалуйста, – начал было Ивасаки, но я покачала головой.

– Ты не виноват. И я говорю это серьезно, а не просто пытаюсь тебя утешить. Если ёкай вселится в меня и ударит тебя пару раз, извиняться не буду, – с улыбкой добавила я.

– Идет. – Ивасаки улыбнулся в ответ и, поморщившись, потер челюсть. – Проклятье, почему так болит…

С этими словами он последовал за Йоко, Хасэгавой и Эмири.

Я перевела взгляд на Араи, и он подмигнул мне:

– Хотел ударить его еще с нашей первой встречи.

У меня вырвался смешок. На мгновение я представила, при каких обстоятельствах встретились Араи и Ивасаки. Вроде бы это совсем не смешно, но я не смогла сдержать улыбку.

Но она быстро исчезла, когда я вспомнила, что произошло и что происходило. Нужно найти потерянные монеты, а затем и новые – по сто иен. И это только часть наших задач… Основное еще впереди.

Я развернулась к обломкам прилавка и начала разгребать их, пытаясь найти оставшиеся монеты. При этом злясь на саму себя, что не успела те пересчитать. Я не сомневалась, что к концу кайдана нам понадобятся все монеты до последней.

Араи присоединился ко мне, помогая оттаскивать доски.

Я зашипела от боли, уколов палец о щепки. Хорошо хоть обошлось без заноз… И спустя пару минут я нашла пять монет, а Араи – три.

– Здесь точно больше нет. – Поднявшись на ноги, Араи отряхнул фиолетовые хакама от пыли.

Я кивнула:

– Проверю внутри, вдруг куда-то закатились.

Я зашла в магазинчик и начала внимательно осматривать его углы. Наконец у одного из ящиков я нашла девятую монету.

– Еще одна здесь, – донесся до меня голос Араи.

Я вышла на улицу, и Араи отдал мне монету. Пока что у нас их десять. На противоположной стороне улицы искали остальные монеты Ивасаки, Йоко, Хасэгава и Сиратори. Эмири стояла неподалеку и наблюдала за ними.

Мы с Араи подошли к ним ближе.

– У меня две, – сказал Ивасаки.

– Я нашла только одну… – расстроенно протянула Йоко.

– Я тоже, – тихо добавила Сиратори.

– Две. – Хасэгава протянул свои монеты, и я сложила их в мешочек.

– Всего шестнадцать монет, – подвел итог Араи.

– Значит, все на месте, – кивнула Эмири, и я удивленно на нее посмотрела:

– Ты их пересчитала? Почему не сказала?

Эмири пожала плечами:

– Нет, не считала. Но я же видела, как ты их на прилавок положила, и помню, что там было шестнадцать монет. – Эмири прищурилась, словно вспоминая что-то. – Да, точно шестнадцать.

– Как ты можешь помнить, что монет было шестнадцать, если не считала их? – нахмурился Ивасаки.

Эмири утомленно вздохнула:

– У меня… photographic memory. Как это на японском?.. – задумалась она. – Короче говоря, я все помню точно. Но если переживаешь, можешь продолжать искать.

Ивасаки фыркнул, но промолчал.

– Это логично. Что монет шестнадцать, – улыбнулась Йоко. – Как лепестков у хризантемы.

Я кивнула. Если бы Эмири не помнила точное количество монет, нам пришлось бы утешаться подобной мыслью.

– Теперь нужно понять, где искать монеты по сто иен, – сказала я, и в голове сразу всплыли строки из нового хокку: «Один за другим опадают лепестки махровой сакуры, порхая на ветру…»

На рынке деревьев сакуры не было. Здесь деревьев вообще не было, только редкая, пожухлая трава. И я не сомневалась, что больше пустые лавки нам не встретятся: вряд ли принцип, с помощью которого мы нашли первую часть монет, повторится.

– Акияма-сан, дай, пожалуйста, монеты, – протянув руку, попросил Хасэгава.

– А вы точно сейчас не одержимы? – улыбнулась я, но отдала ему мешочек.

Хасэгава усмехнулся и, высыпав монеты на ладонь, ответил:

– К счастью, нет. Просто хотел взглянуть на монеты поближе. Ивасаки-сан, будучи одержимым, сначала рассмотрел их, положил на место, взял другие и только потом выбросил.

– Точно! – воскликнула Йоко. – Думаете, на каких-то или какой-то из них есть подсказка?

– Вероятно, – кивнул Хасэгава, перебирая монеты. – Нашел.

Я подошла ближе. Хасэгава протянул мне монету, и я, рассмотрев ее, передала Араи, а он протянул ее Йоко.

– Она отличается, – выдохнула Йоко. – Это не монета в пятьдесят иен.

На железном кругляшке не было ни иероглифов, ни орхидей. Одна сторона была пуста, а на второй виднелось несколько вырезанных линий.

– Это карта рынка, – поняла я.

Дыра в центре монеты обозначала центральную часть рынка, где начался кайдан. От нее к краям монеты отходили пять линий, которые примерно посередине пересекал круг. И на двух линиях, обозначающих улицы, было выгравировано по точке.

– Думаю, одна из точек показывает, где мы сейчас, а вторая – куда нам надо, – кивнул Хасэгава.

– Но как понять, какая из точек нужна? – взволнованно спросила Сиратори. – Придется проверять?

– Нет, – покачал головой Ивасаки. – Одна точка находится на той части линии, что ближе к краю монеты. Вторая точка – в первой половине линии, то есть до этой… кольцевой дороги. Мы сейчас находимся как раз ближе к центру рынка, до кольцевой надо еще дойти. То есть эта точка – наше местоположение, а вторая – местоположение монет.

Кивнув, я развернула монету так, чтобы направления нужной линии и нашей улицы совпадали.