— В этот раз прокачусь сам. Немного отдыха не повредит. А что, все Стражи покидают город? Вдруг случайный пролом высокого уровня угрозы? — я удивился такой беспечности.

— Нет, конечно, Ангарский остаётся в родном городе. Даже для награждения отказывается его покидать. Кольцова собирается вернутся как только пройдёт церемония. Может и Сильвер, но её планы мне недоступны. Само собой, тебя тоже наградят, как одного из внёсших огромный вклад в падение Эпицентра.

— Надеюсь, награда будет иметь материальное выражение. Всё же грозный вид медалей вообще не впечатляет монстров Орды, — я рефлекторно пожал плечами. Кажется, это уже мой фирменный жест. Впрочем, это само по себе принесёт мне известность и исключит пренебрежительное отношение.

Полковник усмехнулся.

— Немного поработать над формулировками и будешь говорить как герой. Хорошо, я бы и сам хотел просто отдохнуть денёк ото всех.

Я сто лет отдыхал ото всех! Впрочем, жаль, что нельзя отдохнуть впрок.

— Да, пожалуй. А что с Зандаром? Скорее всего, он сбежал и против него надо выставлять по крайней мере двух стражей. Желательно Сильвер и быстрого воина.

В разговоре как таковом не было ничего особого и я рассказал, как представился лидер противника.

— Его несколько раз засекали. В последний раз при пересечении границы с Казахстаном. Все поселения он обогнул. Командование отслеживает ситуацию, а на крайний случай у нас есть резервы. Но мы предполагаем, что он пойдёт к одному из исказителей, которые ещё не убиты… Не забивай себе голову, везде быть невозможно. Если на Урале будет проблема, позовём тебя первым! — Коршунов сменил тон на злорадный. — Обрадую вот чем: Сильвер оказывается умеет устраивать разнос. Она убедилась, что Ушаков воровал почти четверть опыта. А ты можешь себе представить, сколько за прошедшие дни она трудилась. Я ей передал твои слова насчёт человека… хочешь послушать?

— Уже заинтриговал. Как с ним поступил этот подонок и что решили теперь? — согласился я, наблюдая, как Элиси укатывается вдаль. Когда попыталась развернутся на скорости, чуть не перевернулась. Но быстро поняла свою ошибку и справилась.

— Да что там сказать… спецназ нашёл в закрытом подвале дома почти в центре одарённого на искусственном жизнеобеспечении, введёного в кому. Причём… без языка и… некоторых частей тела. Так чтобы он не смог сбежать. Человек, который ухаживал за ним, уже сознался. Медики работают… В общем, не буду портить настроение. Подонок не просто не получит награды за героизм. Его посмертно вычеркнут из списка Стражей, лишат всех званий и наград. Вероятно, в штабе тоже сейчас полетят головы.

Похоже, Воронов вздохнёт свободнее: ведь и его придавливали.

Но Коршунов не остановился.

— Сильвер этого мало. Наверняка половину его имущества конфискуют, а другую разделят между семьями погибших членов команд. Она и на Дамира наехала, заявляя, что собранные им артефакты будут переданы СПО. Хорошо, что я оказался рядом и мы договорились о передаче тебе. Молодая кровь, горячая, сам понимаешь.

Мертвецам уже без разницы, но хорошо если это будет показательным примером, что будет с теми, кто вредит людям.

Никакого злорадства я не испытывал. Будет правильно, если семьи погибших одарённых получат компенсацию, которая позволит им достойно жить хотя бы ближайшее время.

Я попрощался и созвонился уже с Вороновым. Он сообщил, что Климова и Дорохова, тех двух полковников, которые давили его и как бы пытались надавить на меня, уже отстранили на время служебного расследования. Они не одарённые, так что их замена ничего не стоит. Не знаю, насколько власть Сильвер, то есть Полины, принадлежала ей самой: всё же она молода. Однако обнаружение мага разума поставило СПО на уши.

Элиси подъехала ко мне и остановилась.

— У вас удивительные устройства для перемещения. Единицы могут двигаться так стремительно, а эта штука даже не потребляет ману!

— Будем в Москве, я покажу тебе технику гораздо быстрее этой развалюхи. Раз получается, веди пока, а у меня ещё есть, что нужно написать.

Иномирка была довольна и тренировка ей не помешает. Я устроился в коляске, подперев ногами рюкзаки с самыми ценными материалами, которые я прихватил из Тигра, ожидавшего в Серове. Эфирное золото, чёрный камешек как будто из оникса полученный из одного из проломов. Оба материала А+ ранга. Жезл из артефакта, когда-то обжёгший меня, посох магии созидания.

Много всякого полезного забрал сразу. А заодно пусть немного стёртые, но всё же свои ботинки.

Мне требовалось написать СПО, сколько я там проломов позакрывал и монстров нарубил. Для статистики и должны же дать награду. А ещё желательно дальше разбираться в артефакторике. Хотя вместе со мной ехал наставник по части магии.

Так и катились по дороге до глубокой ночи, пока не съехали с шоссе к покинутой деревушке.

[3 июля, 9 дней до конца Таймера]

Огромный просторный японец мягко катился по дороге. В который раз радуюсь, что нашли его в покинутой деревушке в красной зоне, куда меня завела интуиция. Вместе с ключами, документами и… много чем ещё.

Урал вполне хороший мотоцикл, но нас двоих с грузом едва вёз девяносто километров в час. Ещё и даже будучи пассажиром не расслабишься.

— И всё же это… кощунство, — Элиси рассматривала рыжие локоны. Самому жалко, если честно: белый смотрелся экзотично и красиво. Очень… подходили ей.

— Такой цвет более привычен у людей. Хотя всё ещё выделяет тебя. В нашем регионе довольно мало натуральных рыжих. Если спросят — цвет не натуральный. В крайнем случае — списывай на магию и систему. Клавдия вон татуировками покрылась. Никто не усомнится.

— А кожа? Точно нормально? — переспросила девушка, смотря в зеркало.

— Вот уж чему за сто лет не научишься, так это красить кого-то. Ничего, тональник вроде лёг ровно. Ты главное не бей никого, когда начнут подходить знакомиться.

Элиси сначала хлопала глазами, смотря на меня. А потом отвернулась к окну с неопределённым выражением лица.

Вечерело, сутки в пути прошли насыщенно в плане общения и новой информации для нас обоих. Иномирка оживилась, когда мы проезжали Люберцы. А уж когда начали объезжать Москву… одновременно сокрушалась насчёт уничтоженных лесов и каменных пустырей. Но и восхищалась тем, что люди способны построить.

Идея, что у нас есть города выше и крупнее Эпицентра вообще с трудом укладывалась в её голове. Хотя и об огромных городах в лесах я наслушался интересного.

В этот раз мы в Москву не заехали, а обогнув, уехали в место, которое я подметил при помощи карты. Всего шесть километров от МКАДа, если по прямой. На западе располагалась группа посёлков, которые вынуждены были эвакуировать. Вокруг лесной массив — удаление от шоссе значительное. Точнее шоссе M-1 на Минск вроде бы и рядом, но съезд судя по карте организовали так, что чесать правое ухо левой ногой и то кажется более рациональным.

Заехать легко, через примерно трехкилометровый крюк. А для выезда надо разворачиваться на двухполосной дороге через лес, чтобы не делать крюк ещё больше до Дубровки.

Высококлассный коттеджный посёлок «Дубрава» оказался в значительной степени разрушен, а подъездная дорога была повреждена. Люди погибли или эвакуированы. Есть опасность, что в лесу ещё остались мелкие твари.

На выезде даже постовых поставили.

— Дальше проезд закрыт. Дорога повреждена, возможна угроза монстров, — кажется, даже не видя меня сонно произнёс мужчина.

— Считайте, её там больше нет, — я показал значок Витязя. Мужик прищурился и тут же вытянулся и отдал воинское приветствие. Правда, козырнул к пустой голове. То есть — без головного убора.

— Есть, сэр.

— Какой я вам сэр? Мы не в Америке, — хмыкнул я, понимая, что скорее всего это гражданский. — Расслабьтесь. Думаю, я задержусь там на ночь, поздно уже. Уеду утром.

Мы проехали дальше, освещая темноту фарами.

— Итак, Алиса Сидорова, понимаю как легко пригреться. Но полезай наружу и очищай дорогу от упавших деревьев.