Лисица подозрительно уставилась на изображение, затем перевела взгляд на Дрейка.

— Откуда мне знать, что эта иллюзия показывает то, что происходит на самом деле? Где гарантия, что моя дочь не. мертва? — последнее слово далось Правительнице с видимым трудом.

— Ради всех богов! Для чего мне ее убивать? — воскликнул Дрейк. — В этом нет никакого практического смысла. Заложников берут для того, чтобы их родные сделали, что им говорят и получили свои драгоценных детей обратно целыми и невредимыми. Поэтому ваша дочь жива и целиком невредима. Как видите, она даже нашла себе нового друга. Такими темпами далеко пойдет!

— А ее наставница? — немного поостыв, осведомилась леди Макото.

— Она упорно не хотела принимать наше гостеприимство.

— И теперь она мертва. — мрачно заключила кицуне.

— О, божечки, нет! Она просто сидит в другой камере с ошейником на шее, прикованная цепью к стене.

Впервые с начала разговора, серьезная Роксана, внимательно сканировавшая окружающее пространство на предмет подкрадывающихся шиноби, позволила себе кривую ухмылку. Разумеется, старшая лисица не подумала подчиняться жалким людям, пленившим ее ударом из засады. Сначала с ней тоже пытались обращаться хорошо, и в итоге, улучив момент, она вырвалась из своей камеры, разметав и покалечив охранников. Она металась по коридорам тюрьмы в поисках своей подопечной, к счастью не пытаясь освободить других пленников, на которых ей было наплевать, и, в конце концов, оказалась в центральном зале приемника, куда привозили новых заключенных и откуда их разводили по камерам.

И там она столкнулась с разъяренной Роксаной, примчавшейся сразу же, как поднялась тревога. Под рев сирен и на глазах десятков хищников-заключенных два могучих Красных хищника схлестнулись в страшной скоротечной схватке, задействовав самую разрушительную магию, которой обладали. Роксана ринулась вперед, хвосты рыжей кицуне взметнулись, выпустив в драконицу сгустки смертоносной магической энергии, каждый из которых мог бы снести осадный танк. Но магия Роксаны и ее зачарованный реликтовый доспех выдержали сокрушительный удар, частично поглотив его, частично рассеяв в стороны, отчего по залу прошлась ударная волна, погнувшая решетки клеток и откинувшая назад их обитателей.

Атака даже не замедлила Роксану, и через мгновение она на полной скорости врезалась в лисицу, опрокидывая ее на пол. Когтистая лапа драконицы сомкнулась на шее противницы, и с размаху впечатала ее головой в пол с такой силой, что цементный пол пошел трещинами.

Кицуне пыталась сопротивляться, ее хвосты хлестали драконицу, охваченные обжигающим волшебным пламенем. Но что такое пламя для дракона? Роксана продолжала вколачивать голову лисицы в пол, удар за ударом, и остановил ее только резкий окрик Дрейка — Не убивать! . Только тогда Роксана отпустила полуживую противницу и выпрямилась, раздраженно рыкнув напоследок.

Рыжая лиса еще пыталась подняться, с трудом отжимаясь руками от пола, но удар прикладом в затылок от одного из подоспевших охранников, нокаутировал ее окончательно. С тяжелым вздохом Красная хищница потеряла сознание, голубые огоньки, плясавшие на кончиках ее хвостов, погасли.

С тех пор наставница пленной аристократки содержалась в самой защищенной от воздействия магии клетке, в ошейнике подавителе, под постоянным присмотром. Но она оставалась жива, и Дрейк мог не покривив душой сообщить об этом Правительнице Савои, что тут же и сделал.

— Значит, обе живы, — резюмировала Макото Такаюки. — Тогда чего вы хотите?

— Мы хотим, — веско сказал Дрейк, — чтобы ваша сторона заняла нейтралитет в случае возможного военного конфликта между моим государством и Датианом.

— Сделать так означает отказаться от наших политических обязательств перед Триумвиратом, что подорвет нашу репутацию, заклеймит нас изменниками, клятвонарушителями. Имейте в виду, что есть предел того, на что я готова пойти даже ради спасения собственной дочери!

— Мы надеемся обойтись без вооруженного противостояния. Защитница Тамита сейчас стоит перед выбором: продолжать упорствовать, или принять предлагаемые нами условия во благо жителей Датиана и всего Триумвирата. Каждый союзник, которого она лишится, склоняет чашу весов в нашу сторону и может поколебать ее решимость сопротивляться неизбежным историческим изменениям. Поэтому я и прошу вас занять такую позицию, чтобы сразу было понятно, что вы хотите договариваться, а не воевать. Без открытых демаршей или денонсации политических обязательств, разумеется. Повелитель Таронн так и поступил.

— Что? — нахмурилась леди Макото. — Вы утверждаете, что Великий Таронн принял подобное решение? Мне об этом неизвестно. Где гарантия, что вы не лжете?

— Новости просто еще не дошли до вас. Он принял это решение сегодня утром, после обсуждения со своим Советом, которое проходило во время нашей аудиенции у Таронна. Я уверен, что у вас есть лисьи ушки в его замке, поэтому скоро вы получите подтверждение моим словам.

— Посмотрим.

— Если вы примете мое предложение, то это будет уже два из трех ключевых союзников Тамиты, которые выберут переговоры, и это сильно повлияет на ее решение.

— У ангела Датиана есть еще возможность обратиться к метрополии. Именно она ее главный союзник. И к тому же — сюзерен.

— Вассальная клятва, феодальное устройство государства, — кивнул Дрейк. — Это мне знакомо, как и тот факт, что сюзерен имеет лишь ограниченное влияние на вассала. Метрополия — всего лишь еще один из союзников Тамиты, с которым у меня пока нет контактов, и которого я не могу убедить встать на нашу сторону или занять нейтралитет.

— Хорошо, допустим, что я рассматриваю возможность встать в указанную вами позу, — с издевкой произнесла леди Макото. — Что конкретно вы предлагаете? Или я должна просто подчиниться ради дочери, и мое государство не получит ничего за мою покорность?

— О-о-о, нет! Это было бы слишком грубо! Так дела не делаются. Необходимо заключать взаимовыгодные соглашения, чтобы стороны переговоров имели какие-то причины придерживаться друг друга помимо угрозы или шантажа. Я и мои советники, разумеется, разработали целую программу нашего будущего сотрудничества. Вы, как и Датиан, получите огромную выгоду от торговли и политических связей с внешними мирами. Закончится фактическая изоляция, когда от других соседей вас отделяют десятки километров смертоносных джунглей.

Дрейк несколько минут расписывал преимущества сотрудничества с Федерацией и ее союзными мирами. Эту речь он произносил уже в третий раз — сначала ее выслушали Тамита и Великий Таронн. Теперь внимательно слушала Правительница кицуне. Как всегда, преимущества были неоспоримы. И как всегда имелись нюансы.

— Одним из основных ваших условий является прекращение охоты и поглощения Добычи. Это серьезный вопрос, который имеет как физические, так и социальные осложнения. Во-первых, далеко не все хищники захотят так легко отказаться от устоявшихся традиций. Но даже если я могу преодолеть их недовольство и настоять на введении такого изменения, но что делать с тем фактом, что охота необходима хищным видам для продолжения нормальной жизнедеятельности. Мы не можем питаться только животными — лишь разумная Добыча содержит те вещества, которые нужны нашим телам для того чтобы оставаться сильными здоровыми, продлевать свою молодость и красоту.

— Решение этой проблемы уже найдено моим научным отделом. Существует синтетическая пища в виде протеиновых батончиков, которая содержит все необходимые микроэлементы, включая те, что хищники могли получить только из разумной добычи. Жизненной необходимости охотиться больше не будет, вам останется лишь убедить свой народ, что польза от сотрудничества и мирного сосуществования с нами перевешивает радость охоты и поглощения беспомощных жертв.

— Предположим, — задумчиво произнесла кицуне, затем вдруг обратилась к Роксане, — а ты, драконица, не хочешь ничего добавить по этому поводу? Так и будешь стоять безмолвным столбом?