В понедельник Шаан и София вели себя очень внимательно и осторожно, не зная, какой именно подвох может устроить им преподаватель по истечению ультиматума. Они держались поближе друг к другу на всех занятиях, никуда не отлучаясь из группы без нужды.

Меррил уже присутствовала на парах, немного отойдя от шока за выходные. Но каждый раз, встречаясь с Шаан взглядом, человеческая девушка менялась в лице, а ее тело сотрясала мелкая, едва заметная дрожь. Она избегала нагу, пытаясь затеряться в своей стайке и, в конечном итоге, когда на одной из перемен добыча собралась вместе, София сумела переговорить с ней.

— Привет, — неуверенно начала София, не зная, как разговаривать с той, кто пострадала от внимания ее соседки по комнате, — ты как? Чувствуешь себя лучше?

Меррил в ответ глянула испуганными глазами.

— Все хорошо, все отлично! Я никому ничего не говорила, честно-честно, — взволнованно залепетала она.

Хотя их со всех сторон кольцом окружали другие девушки, которые слышали каждое слово, никто не придал значения этим неловким оправданиям. Все в группе и так были уверены в том, что это Шаан атаковала Меррил, посему добыча благоразумно предпочитала избегать зеленую нагу так же, как и других хищниц. А пока Меррил открыто не обвинит Шаан в нападении, нага остается вне списка.

Разница состояла в том, что при официальном занесении в список, за хищницей устанавливался соответствующий надзор со стороны администрации: нельзя отлучаться без разрешения, любая подозрительная активность сразу же вызывает живейший интерес преподавателей или дежурных по этажам. В случае, если преподаватель оглядывалась и вдруг не обнаруживала действующей в поле зрения, начинались звонки на телефон с требованием вернуться или розыск. В таких условиях вести охоту становилось намного труднее. Раскрылась — страдай.

Свободным же хищницам было проще. Иди, куда хочешь, делай, что пожелаешь. Только на глаза не попадайся с полным брюхом. На обширной территории и в многочисленных корпусах можно было найти множество мест, чтобы отоспаться, и многие хищницы даже обустраивали постоянные логова. На краю школьной территории существовал специальный хостел, вход в который осуществлялся по студенческому бейджику-карте. Там, будучи в полной безопасности, хищницы могли провести неограниченное количество времени, переваривая добычу. Об этом знали только персонал самого хостела и ректор школы, господин Гидеон Брандт, у которого был туда доступ, но пришедших в хостел хищниц не раскрывали; считалось, что охотница успешно скрылась , если достигала его дверей незамеченной.

Опытные преподаватели, среди которых были и хищники, легко замечали охотниц среди нераскрытых по различным очевидным признакам. Но Правила созданы для того, чтобы задавать условия учебного процесса для девушек, изучающих свое наследие, а не чтобы по-настоящему препятствовать охоте и раскрывать хищниц. Подобное буквальное толкование Правил и приводило к гримасам бюрократии вроде подселения Софии к Шаан, когда злой умысел доказать трудно.

— Ты прости мою соседку, если что, — попробовала утешить девушку София. — Мы с ней поговорили, и я уверена, что она больше не будет так делать, поэтому тебе не обязательно бояться ее. Она не будет специально за тобой гоняться.

— Спасибо, — Меррил даже испустила облегченный вздох.

— Кстати, София, ты так и не рассказала, о чем же таком ты говорила с Шаан? — спросила Виктория, сгорая от любопытства. — Она хотя бы тебе поведала, что случилось?

— А какая разница? Все вокруг и без того уверены, что знают всё о том, что произошло.

— Знают, да не всё! Например, почему Меррил все еще с нами, а не лежит куском мяса у Шаан в хвосте?

— Виктория! — воскликнула Эрика, заметив, как Меррил снова начала вздрагивать. — Следи за языком! Ну должно же быть хоть какое-то чувство такта!

Виктория равнодушно пожала плечами.

— А что, вы за третью неделю еще не привыкли? Когда Умбра появляется со вздутием на хвосте, которое еще и шевелится, вроде бы никто больше в обморок не падает. Видели, как преподаватели и другие хищницы к этому относятся? Если девочку съели — она теперь просто еда, даже если они с ней разговаривали пять минут назад или планы строили на будущее.

— Мы не преподаватели и не хищницы, — раздраженно ответила Эрика. — Это ведь нас могут съесть, в том числе и тебя. Будь добра, проявляй хоть немного уважения и сочувствия к тем, кому чудом повезло спастись.

Пока они спорили, София вдруг крепко задумалась. Слова Виктории заронили в ее сердце новый леденящий страх. Если ее, Софию, все же съедят, как Шаан к этому отнесется? Просто выкинет ее из головы потому, что она теперь обычная еда? Была соседка, а стала котлетка.

— Ладно, ладно! — отмахнулась Виктория от Эрики и поддержавших ее остальных девушек стайки. — Ну, София, так что же Шаан тебе сказала?

— Сказала, чтобы те, кто хочет что-то узнать, спрашивали ее сами. Только наедине, где-нибудь в укромном уголке, — злорадно ответила София, глядя, как вытягивается лицо Виктории под смешки одногруппниц.

— Не, ну нафиг, я лучше обойдусь.

Шаан, Нагиса и Ванесса со стороны наблюдали за тем, как девчонки щебечут друг с другом. Остальные хищницы в лекционной аудитории не обращали на добычу внимания, ну, или делали вид. Однако у каждой из трех наг был свой интерес. Две из них следили за своими питомцами. Помимо Софии, где-то недалеко тусовалась и Амелия: веселая девушка легко заводила подружек и состояла сразу в нескольких кружках и клубах. Невзирая на это, у нее не было своей стайки — постоянное присутствие рядом Нагисы и нескольких других хищниц отпугивало потенциальных партнерш. Ванесса же во время своих свободных пар помогала присматривать за порядком среди первокурсниц.

— И все же, почему, Шаан? — лениво спросила Ванесса, отклонившись назад и оперевшись локтями на подоконник.

— Говорю же вам, я только спугнула хищницу.

— Ну, допустим. А почему ты не сделала дело вместо нее? Та хищница точно не стала бы звать преподавателей.

Нагиса с интересом прислушивалась к этому разговору, переведя взгляд на Шаан и ожидая ее ответа.

— Не захотела, — отрезала Шаан. — И не спрашивай почему, у меня свои резоны.

— Это из-за Софии, да? Ты переживала о том, что она подумает? А почему тебе так важны ее чувства? Вы, что, спите вместе?

Нагиса прыснула, но тут же замолчала, заметив, какой жгучий взгляд метнула Шаан на рыжую нагу.

— Вместе, ага. В одной комнате.

— А в одной кровати?

— Ты на что намекаешь? — прищурилась зеленая.

— Просто пытаюсь понять мотивы твоих действий.

— С чего ты вообще взяла, что девушки меня привлекают. в этом смысле?

— А почему нет? — Ванесса пожала плечами. — Многие хищницы становятся бисексуалками.

Шаан уставилась на нее. Выражение Да ладно! легко читалось у нее на лице. Нагиса захихикала и покраснела.

— А что такого? — спокойно ответила рыжая. — Мы все так жаждем молодых красивых сочных девичьих тел, обнять их покрепче, прильнуть губами. Трудно оставаться строгими традиционалистами при этом.

— Я. Не. Такая, — отчеканила Шаан. — И мы с ней спим в разных кроватях.

— Конечно, кто же признается. Но тогда я вообще не понимаю тебя. Ты странная, Шаан.

— Это только мои проблемы, — холодно ответила зеленая, уползая за Софией в сторону стаек, рванувших в аудиторию по звонку на следующую пару.

После занятий София и Шаан вдвоем сходили на занятия по хору, где нага уселась на задних рядах неподалеку от Ванессы, слушая выступление девушек, в том числе Амелии и Нагисы. После занятия девушки, не мешкая, отправились в свое общежитие. И только когда роллета опустилась у них за спиной, Шаан позволила себе вздохнуть с облегчением.

К сожалению, радость оказалась преждевременной. Девушки готовили себе ужин, расслабившись и непринужденно беседуя, когда раздалась резкая трель звонка входной двери. Они удивленно переглянулись, не понимая, кто мог бы прийти к ним в такой час после занятий. Шаан осторожно приблизилась к двери и посмотрела на монитор камеры над входом. За дверью была целая делегация во главе с мисс Пирс и мисс Кроуфорд!