Командир экспедиции встал с колена и отряхнул грязь, налипшую на его форму.

— Иномирцы дали демонам не только оружие, но и технику.

— Госпожа Тамита сожрет посла этих торгашей из Содружества в тот же миг, как об этом узнает, — хмыкнул Гедеон.

— Мы напали на след, Гедеон, — задумчиво ответил Умгал. — Если пойдем по этому пути, то найдем то место, откуда приходят к нам демоны.

— Да, но в какую сторону находится их логово?

— Вон в ту, очевидно, — капитан махнул рукой на юго-запад. Оттуда идут нападения на деревни, значит, там и находятся те, кто их осуществляет.

— Так, внимание! — рявкнул Гедеон, обращаясь к сержантам и рядовым бойцам. — Движемся вдоль следа на юго-запад, но по лесу! По просеке не идем! Если демоны нас увидят, или найдут наши следы, то поймут, что обнаружены!

Ответом ему стал нестройных хор голосов, выражавших понимание приказа и согласие с выбранным курсом действий. На просеку вышли только Умгал и Гедеон, остальные рейнджеры оставались скрыты зарослями. Теперь они собрались и двинулись дальше, исчезнув среди густой листвы, не оставив ни малейших следов.

Их командиры последовали за ними, и просека опустела.

Тем вечером рейнджеры разбили лагерь перед самым заходом солнца. Посовещавшись, командиры выбрали расположение поблизости от найденного следа, но так, чтобы со стороны обнаружить лагерь было невозможно. Один из секретов, которые Гедеон выставлял вокруг каждой их стоянки, выдвинули к дороге на тот случай, если по ней вдруг пройдет какое-то движение.

Датианцы ограничились минимальным обустройством лагеря. Больших палаток не ставили, оставив их свернутыми. Бойцы пользовались спальными мешками, а большая часть походной утвари оставалась упакованной в рюкзаках. Огня также не разводили, чтобы не выдать ненароком свое местоположение.

Демоны любят огонь , — эту присказку знали в любом уголке Карвонны, и проверять ее правдивость на себе не изъявлял желания никто.

Для приготовления пищи использовались армейские рационы, самостоятельно разогревающиеся с помощью химической реакции. Каждый рейнджер нес с собой до двадцати таких рационов, но их количество значительно поубавилось за несколько дней блужданий. Охотиться командир запретил, опасаясь, что охотничьи партии могут найти себе неприятности на враждебной территории. План Умгала заключался в том, чтобы продолжать поиск до тех пор, пока провизия не будет на исходе, затем налегке вернуться на дружественную территорию, совершив марш-бросок через уже пройденные земли. Он сомневался в способности Салливана выдерживать подобный темп, но молодой оборотень из города показывал все лучшие результаты каждый день. С помощью магии своей подруги-лисички он, возможно, справится с нагрузкой.

— Еще три дня, — сказала Лин, прижимаясь к Умгалу.

Они приловчились спать вместе в одном спальном мешке. Было тесно, зато тепло, и присутствие возлюбленной успокаивало и внушало уверенность.

— Что за три дня?

— Ты сказал, что когда рационы начнут кончаться, мы отправимся в обратный путь. У каждого бойца, и у нас с тобой, осталось всего по восемь упаковок. Две на запас в обратный путь. Значит, шесть упаковок по две в день — нам осталось три дня поиска, прежде чем настанет пора возвращаться в Датиан.

Оборотень усмехнулся.

— Тебе так не терпится вернуться?

— Хочется уже оказаться подальше от этого всего.

— Война придет в Датиан.

— Возможно. Но это будет не сразу, и на пути у демонов будет Лискат и замок Таронна — достаточно времени, чтобы отреагировать.

— Если бы Защитница так думала, то нас не послали бы в этот поход.

— Мы сделали что могли, — упрямо возразила лисичка, — пора заканчивать.

— Три дня и мы возвращаемся, — пообещал Умгал.

И успокоенная его ответом Лин счастливо уснула, прижимаясь к мягкому теплому шерстистому боку любимого.

Но этой ночью спать не довелось. Внезапные раскаты грома разбудили отряд. Часовые напряглись, изготовившись к бою на своих постах, а рейнджеры в лагере выбрались из спальных мешков. Не было ни суеты, ни выкриков — опытные бойцы все делали молча, быстро собравшись рядом с командиром.

Умгал смотрел вдаль, пытаясь разглядеть что-нибудь в темноте. Луна, доросшая за время их похода почти до двух третей диска, неплохо освещала ночные джунгли, но оборотень все равно не мог разглядеть происходящее в темноте. Грохот слился в практически непрерывный грохот, по воздуху проносилось эхо.

— Далеко, — прокомментировал Гедеон, понюхав воздух и не найдя посторонних запахов. — До нас долетают только отголоски этого грома.

— Салливан! Что твои данные говорят про громовое оружие? — крикнул Умгал их специалисту, уже не опасаясь, что их кто-нибудь услышит.

— Я. не знаю. Было написано, что оно очень громкое, просто оглушающе, но кроме этого ничего непонятно. Тогда же не было видео или аудио записей, чтобы мы могли иметь представление.

— Да-да, я понял! Теперь заткнись!

Умгал повернулся к Гедеону и Бурому, ожидавшим его приказов.

— Сворачивайте лагерь, отзывайте часовых — мы пойдем в ночную разведку и попробуем узнать, что там происходит. Если получится увидеть достаточно полезной информации, то отправимся в обратный путь сразу же. Датиан должен будет получить новые данные как можно скорее. Вперед!

Сбор не занял много времени — достаточно было свернуть спальные мешки и дождаться, пока прибегут часовые от секрета возле дороги. Лин и Кая потратили это время, чтобы приготовиться ко всем возможным сюрпризам. Каждая нацепила медальон, надела кожаный корсет со стальными вставками, собрала в кармашки зелья и одноразовые артефакты. Лин видела, что более молодая подруга взволнована. Для нее это первый серьезный поход, и сражение с демонами будет сильно отличаться от стычек с браконьерами в Угодьях, к которым она привыкла. Сжимая посох, Кая нервно сглотнула, и Лин ободряюще улыбнулась.

— Держись, милая. Просто будь рядом с Гедеоном, он тебя прикроет. В драку не лезь, колдуй поддержку, и ребята все сделают. Хорошо?

— Да.

— Идем.

Вооруженные рейнджеры уже построились в боевой порядок — бойцы из секрета вернулись. Умгал махнул рукой, и отряд рысцой бросился бежать в сторону постороннего шума. Их ничего не задерживало — мелкие ночные животные шарахались прочь от бегущей стаи, ночное зрение позволяло отлично видеть в темноте, обходить препятствия и не спотыкаться, нюх и слух сообщали множество информации, которая была бы недоступна человеку. Рейнджеры двигались навстречу противнику, готовые к неожиданностям.

Лин бежала вместе со всеми, стараясь не упускать из виду спину Умгала. Она чертыхалась про себя, проклиная внезапную ночную тревогу. Ей очень не хотелось столкнуться нос к носу с неведомой угрозой, но. приказы не обсуждают. И она топала вперед, утешая себя тем, что Умгал обещал вернуться в Датиан сразу же после этой ночи, если они получат ценные данные.

Грохот продолжался, и становился все ближе по мере того, как отряд приближался к источнику звуков. Пару раз раскатисто ухнуло, не так, как до этого, среди деревьев вспыхнуло пламя. Это произошло уже совсем рядом, рейнджеров отделял от происходящего только небольшой холм, склоны и вершина которого поросли деревьями и были завалены валунами. Умгал жестом указал вперед, и бойцы принялись карабкаться, соблюдая тишину. Лезть было тяжело, склон оказался довольно крут, но никто не позволил себе даже ругнуться сквозь зубы, дисциплина в этом плане была железной. Умгал упрямо лез вперед, рассчитывая, что получится увидеть происходящее со стороны, оставаясь на вершине холма, и в неверном свете разгоравшегося пламени получить достаточно ясную картину того, с чем им предстоит иметь дело.

Стрельба прекратилась буквально перед тем, как они закончили карабкаться наверх. Через несколько секунд рейнджеры достигли вершины, и увидели своего врага. Вершина оказалась плоской, словно стол. На левой половине росло несколько кустарников, правую подсвечивало пылавшее на другом склоне пламя. Черные фигуры стояли на противоположном краю, выделяясь на фоне огня. Умгал сумел разглядеть только рога, торчащие из их голов, странное оружие в руках. Словно что-то почувствовав, одна из фигур обернулась в сторону рейнджеров, и на обрамленном отблесками пламени черном лице сверкнуло полдюжины красных глаз.