— Это из той пропавшей экспедиции, несколько месяцев назад, помнишь? — возбужденно прошептал Гедеон.

Умгал кивнул. Он хорошо помнил поднявшуюся тогда шумиху, бессмысленные поисковые партии в лес, запросы в замок Таронна, через который проходила колонна иномирцев. Все было бесполезно, Карвонна проглотила незваных гостей, и не собиралась отдавать их назад. Все улеглось, про пропавших людей благополучно забыли. И вот теперь они натыкаются на первые следы их прохождения здесь. Натыкаются на пути в земли, занятые неизвестным врагом.

— Попомните мое слово, — недовольно проворчал Умгал, ни к кому конкретно не обращаясь, — в итоге окажется, что иномирцы заблудились в лесу и, прежде, чем погибнуть, набрели на какой-нибудь храм, пробудив древнее зло, которое сейчас кошмарит всю округу.

Гедеон хмыкнул в ответ, задумавшись. Подобное развитие событий не казалось абсолютно невероятным. Карвонна пережила взлет и падения нескольких древних цивилизаций, некоторые из которых обладали могуществом, сравнимым с богами. Их артефакты и знания до сих пор можно было найти в далеких уголках девственных джунглей, при условии, что искатели сумеют выжить в опаснейших экспедициях.

Осмотр продолжился. Вездеход, по сути, был огромным грузовиком. Двери в задней части грузового отсека были распахнуты настежь, открывая доступ в нутро машины. Заглянув внутрь, Умгал и Гедеон убедились, что в кузове пусто. Десятки тонн груза исчезли, вероятно, их забрали и распределили на другие машины экспедиции, бросив застрявший грузовик, который нечем было вытащить. Теперь отсек постепенно заполнялся грязью и дождевой водой, в небольшой лужице плавала пустая пластиковая бутылка из-под питьевой воды.

— Известно, куда двинулись остальные машины? — спросил Умгал, отвлекшись от этого зрелища.

— Вероятно свернули вдоль края балки дальше на юг, — отрапортовал разведчик. — там тоже видны следы просеки через заросли, но мы не еще не исследовали их.

— Двинемся в том же направлении — попробуем посмотреть, не найдем ли еще остатков от этой пропавшей экспедиции.

— Да, капитан!

Несмотря на то, что отряд двигался по предполагаемому пути пропавших людей (а Умгал считал, что обойдя балку с юга, они вновь повернули или на запад, или на юго-запад), больше никаких следов им не попадалось.

Зато, через два дня путешествия в том направлении, рейнджеры наткнулись на первое свидетельство активности их противника — разрушенную и сожженную деревню дикарей.

Эта деревня была укрыта глубоко в чаще, так, чтобы на нее не мог набрести случайный путник. Деревья леса близко подходили к строениям, частично скрывая их своими кронами, и Умгал был уверен, что и с воздуха на небольшое поселение обратил бы внимание не всякий дракон.

Но демоны нашли дикарей. И убили их всех, а деревню — сожгли. Сгоревшие остовы домов окружали небольшую площадь в центре поселения, на которой оказалась навалена груда обугленных тел. Убитых жителей свалили в кучу, облили чем-то горючим и сожгли.

Осторожно проходя по улице, оглядываясь по сторонам, рядовые рейнджеры роптали. Даже в их мире, где существа часто поедали друг друга живьем, подобная жестокость казалась ужасной. Ведь одно дело отнимать жизнь ради пропитания, и совсем другое — хладнокровное убийство простых поселенцев. Особенно возмущала расточительность произведенной резни — сожженные тела больше не годились для употребления в пищу. Даже падальщики побрезгуют обугленной плотью. Несколько таких существ, мелких ящеров, перемещавшихся на задних лапах и загребавших предметы передними, копошились среди мертвых тел, выбирая не до конца сгоревшие куски.

Рядовые рейнджеры переговаривались, выражая друг другу свое отвращение и недовольство подобным зрелищем, их начальство угрюмо отмалчивалось, лисички выглядели подавленными. Кая особенно приуныла, казалось, при виде подобного зрелища девушка вот-вот расплачется.

Только Салливан проявил некоторое оживление. Он вертел головой по сторонам, высматривая что-то известное только ему одному, затем подошел к Умгалу и Гедеону, которые принимали у Бурого доклад о том, что деревня и окраины осмотрены, и никаких врагов не замечено.

— Все случилось около недели назад, судя по следам, — сообщил оборотень-медведь.

Погруженный в свои мысли Умгал только молча кивнул. Как раз в этот момент до них добрался Салливан.

— Капитан!

Умгал повернул голову в его сторону.

— Ну, чо? — бросил он недовольно.

— Думаю, для меня настало время делать мою работу.

— И что ты хочешь сделать?

— Для начала я хочу осмотреть тела.

— Они мертвы, это и так понятно.

— Да, но я хочу знать от чего они мертвы, понимаете?

Умгал задумался на секунду, затем решил, что почему бы и нет, раз уж они здесь. Тем более, что их миссия как раз предполагает сбор информации. Любой информации.

— Хорошо, — процедил он, наконец, — что нужно от нас?

— Не могли бы вы. отогнать падальщиков?

Это была резонная просьба. Мелкие завры поодиночке не опасны, однако их целая стая, и попытка приблизится к месту их пиршества наверняка спровоцирует агрессию. А укус их челюсти мог с легкостью дробить кости.

Вздохнув, Умгал повернулся к Бурому.

— Займитесь. Пусть он осмотрит тела.

Через пять минут, после громких криков, грозного рычания Бурого, и нескольких метко пущенных стрел, падальщики с визгами ретировались, бросив добычу , и у Салливана появилась возможность приблизиться к телам.

— Ох, Великая Богиня, — пробормотал молодой оборотень, когда смрад разложения и сгоревшей плоти ударил ему в нос.

Он осторожно обошел кучу, стараясь не смотреть на лица. Парню было тяжело — до этого ему не приходилось сталкиваться ни с чем подобным. Смерть не в диковинку для хищника из Датиана, он сам приносил ее другим не раз, поглощая очередную жертву из Зеленых. Но с подобной резней он сталкивался впервые.

Умгал и Гедеон неслышно подошли сзади, остановившись так, чтобы запах не долетал до них, и с вялым интересом следили за действиями отрядного специалиста .

Салливан присел на корточки рядом с одним из менее сгоревших тел, натянул на руки белые медицинские перчатки, и принялся ножницами разрезать остатки рубахи мертвеца, который при жизни был гноллом — антропоморфной дикой собакой.

— Ну? Что ты нам скажешь? — нетерпеливо спросил Гедеон.

— Все очень плохо. — хмуро пробормотал Салливан.

— Почему?

— Потому, что слишком необычно.

— Определенно, — проворчал Умгал. — Просто вырезать целую деревню и сжечь добычу, это без сомнения необычно .

— Нет-нет, я не об этом!

— А о чем тогда?

— Конечно, вы правы — убивать вот так всех подряд это странно даже для демонов. Но по-настоящему необычен способ, которым это сделано. Видите эти отверстия?

Палец в перчатке ткнулся в россыпь ранок на груди у мертвого гнолла.

— Слишком маленькие для ран от меча или копья, — сказал Гедеон. — Стрелы или арбалетные болты?

— Хуже!

Из той же коробки, из которой добыл перчатки, Салливан достал скальпель и щипцы, которыми принялся ковырять в маленьких ранках.

— Салливан, твою мать! — Гедеон скривился от отвращения. — Это точно необходимо?

— Боюсь, что да.

Пересилив себя рейнджеры продолжали наблюдать за омерзительным процессом. Из некоторых ранок Салливан выковырял маленькие кусочки металла, которых постепенно набралась небольшая кучка. Собрав эту кучку в ладонь, он поднес показать ее старшим товарищам.

— Это то, что убило их? — уточнил Умгал.

Командиры отряда с интересом рассматривали странные кусочки свинца. Сплющенные при вхождении в плоть жертвы, они казались бесформенными, и только то, что их извлекли из ран на телах местных жителей давало понять – это оружие. Если бы такое лежало просто на земле, то ни Умгал, ни Гедеон не обратили бы на него внимания.

— Это еще не все, — сказал Салливан. — Нужно поискать среди деревьев. Вон там.

Он махнул рукой в сторону опушки леса.