Кеннисон покачал головой.
— На своем ранчо вы будете не в большей безопасности, чем была сестра Вейл у себя в особняке.
Руис улыбнулся.
— Нет, в большей, Дэн! — Кеннисон вздрогнул: он не ожидал, что Руис может назвать его по имени. — В большей! Потому что меня зовут не Бенедикт Руис. Я никогда не носил такого имени. Видите ли, когда я вступил в Общество, я не был таким оптимистом, как все вы, и не верил, что наша тайна может быть сохранена. Мое подлинное имя не было занесено в нашу базу данных, оно так и осталось нераскрытым после того, что сделала Сара Бомонт. — Он широко развел руками. — Так что я в безопасности. Я могу вернуться домой, чтобы доживать там остаток жизни. — Лицо его потемнело. — И познавать самого себя.
Кеннисон не знал, сердиться или радоваться. С одной стороны, ясно, что в Совете у него станет одним противником меньше. С другой, Руис окажется вне пределов досягаемости Общества. Как в свое время Куинн.
«Интересно, много ли еще членов Общества проявило такую же предусмотрительность, как брат Руис, не введя в базу данных свое подлинное имя? В каком-то смысле мне будет не хватать этого старого прохвоста. Вот такие предусмотрительные люди и нужны будут мне в Совете. Но что, если слишком многие из нас исчезнут так же внезапно, как Руис? Не вызовет ли это подозрений?»
— Бенедикт… — начал он.
Руис уже встал с кресла, собираясь уходить, но остановился.
— Да?
— Наш корабль дал течь, но он еще не тонет. Большинство из нас не станет спасаться бегством, а постарается сделать все, что можно. И чтобы не подвергать опасности тех, кто останется, «Бенедикт Руис» должен исчезнуть, не вызвав никаких вопросов. Вы меня понимаете? Для публики «Руис» должен умереть. Вы обязаны это сделать ради братьев и сестер, которых вы покидаете.
Руис некоторое время пристально смотрел на него, закусив губу. По-видимому, скрытый смысл слов Кеннисона его не смутил.
— Да, пожалуй, — согласился он нехотя. — Я понимаю. Что вы предлагаете?
Кеннисон секунду подумал. Не-надо ничего слишком мудреного. Чем сложнее план, тем больше шансов, что он окажется неудачным.
— Когда соберетесь покинуть Сан-Диего, отправьтесь на яхте и упадите за борт где-нибудь в открытом море. Утоните. Вы можете это устроить?
Руис, подумав, кивнул.
— Да. Есть люди, которым я доверяю. Люди, тесно связанные корнями с моим родом. Они могут устроить все как надо и потом вернуться. Я… — Он осекся и наклонил голову набок, прислушиваясь. Потом быстро подошел к двери и распахнул её. Там никого не было. — Кто еще сейчас в доме? — резко спросил он.
— Только мои служащие. А что?
— Мне показалось, что я слышал какой-то шорох за дверью. Как будто кто-то подслушивал. Вы им доверяете? Вашим служащим?
Кеннисон обиженно кивнул.
— Я готов доверить им свою жизнь.
Руис тоже кивнул и улыбнулся.
— Может быть, и придется, брат. Может быть, и придется.
⠀⠀
— Тайная Шестерка, — сказал Норрис Босуорт.
Ред Мелоун, подняв брови, посмотрел сначала на Умника, потом на Уолтера Половски. Он заложил пальцем книгу, которую читал, и спросил:
— О чем он говорит, Уолт?
Половски пожал плечами.
— Пойдем пройдемся.
Ред захлопнул книгу.
— Хорошо.
Он встал и протянул книгу библиотекарю. Половски взглянул на обложку.
— Освежаешь в памяти устав, брат Мелоун?
— Время от времени полезно окунуться в ту первобытную грязь, из которой все мы произошли.
Половски фыркнул. Они вышли из библиотеки. Босуорт тащился за ними, как приблудный щенок. Войдя в лифт, Ред нажал кнопку этажа, где находился выход на поверхность. Лифт двинулся вверх. Босуорт хотел что-то сказать, но Ред жестом остановил его.
Когда они вышли на поверхность, Половски усмехнулся.
— Ты в самом деле думаешь, что Кэм везде натыкал «жучки»?
Ред сунул руки в карманы.
— Это просто следует из теории игр, — ответил он.
Они пересекли двор и подошли к загону для лошадей.
— Из теории игр? — переспросил Босуорт.
— Конечно, — сказал Ред. — У нас две возможности: или мы распускаем там язык, или помалкиваем. Если помалкиваем, то не имеет значения, одолела Кэма мания преследования или нет. А если позволяем себе болтать, то это имеет очень большое значение. Ну, и при какой стратегии вероятность проигрыша меньше?
«Интересно, заметил ли Уолт, что на его вопрос я так и не ответил?» — подумал он.
Приближался вечер. Солнце, хотя еще и жаркое, стояло уже над самыми вершинами гор. Ред прикинул, что через час-другой уже стемнеет. Они облокотились на изгородь, окружавшую загон, и Ред ткнул пальцем в сторону пасшихся там лошадей, как будто разговор шел о них.
— Ну хорошо, и что вы там обнаружили?
— Этот парень прирожденный хакер, — сказал Половски. — Я еще никого не видел, кто мог бы лучше его шарить в базах данных.
«Знал бы ты Сару», — подумал Ред, а вслух сказал:
— Расхваливать его будешь на банкете, когда ему присудят премию. А сейчас скажи мне, в чем дело.
— В Тайной Шестерке, — снова сказал Босуорт.
Ред посмотрел на него, потом на Уолтера Половски.
— Ну, допустим. А что такое эта Тайная Шестерка? Или кто такие?
— Мы полагаем, что это наши соперники, — ответил Половски.
Ред кивнул и потер руки.
— Третья сила? Быстро сработано. Как вы на них вышли?
— Вопрос был в том, чтобы вычленить исторические аномалии, — ответил Босуорт. — Мистер… то есть брат Половски сделал расчеты. Пути, рычаги и прочее… Я еще не очень силен в этой математике.
— Я просмотрел всю историю, от Бэббиджа до наших дней, — объяснил Половски. — Вот этот парень написал программу, которая помечала все узлы с малой вероятностью. Мы отбросили те, про которые знаем, что там поработали либо мы, либо они. Хотя… — Половски остановился: ему пришла в голову новая мысль. — Теперь, наверное, уже нельзя говорить просто «мы» и «они»? «Они» теперь не одни.
— Неважно, — сказал Ред. — Рассказывай про эту вашу Тайную Шестерку.
— Так вот, мы посмотрели все узлы с малой вероятностью, какие остались. Мы предположили, что некоторые такие узлы — их работа, просто мы об этом пока еще ничего не знаем, а другие — просто случайность. И мы занялись вплотную теми, которые имели самые важные последствия.
— Прямо Шерлок Холмс и доктор Ватсон. Ну и что вы обнаружили?
— Мы обнаружили его преподобие Томаса Уэнтворта Хиггинсона.
— Замечательно. Это еще кто такой?
— Один аболиционист. Он писал статьи, в которых призывал устраивать вооруженные вылазки на Юг, чтобы освобождать рабов. — Половски продолжал, внимательно разглядывая свои ногти: — Идея была в том, чтобы организовать в горах Западной Вирджинии партизанскую армию и время от времени устраивать набеги на плантации.
— Он переписывался с Джоном Брауном[42], — добавил Босуорт.
Ред насторожился.
— Ага!
— Вот именно что «ага», — сказал Половски. — Похоже, этот преподобный отец был либо членом, либо орудием группы, которая называла себя Тайной Шестеркой.
— Их было шесть человек, — пояснил Босуорт.
Ред взглянул на него.
— Да не может быть!
— Эти шесть человек, — продолжал Половски, — были бизнесмены и служащие с Севера, которые хотели положить конец рабству. Мы не можем точно всех перечислить, но несколько имен попадаются снова и снова. Джейбез Хэммонд, Геррит Смит, Лайсэндер Спунер. Похоже, что они, как и Хиггинсон, тоже как-то связаны с Шестеркой.
— Лайсэндер Спунер?
Половски пожал плечами.
— Как ты думаешь, мог я сам выдумать такое имя? По некоторым данным, они пытались втянуть в это и Дугласа. В набег Джона Брауна.
— Стивена Дугласа? Соперника Линкольна? Что за чепуха!
— Да нет, Фредерика Дугласа. Это был раб, который сбежал на Север и стал рупором движения аболиционистов. Он имел изрядный вес среди белых аболиционистов, потому что мог ссылаться на собственный опыт. Прекрасный оратор, талантливый писатель…
