⠀⠀
Виктор Симонов сидел на диване и решал извечную проблему: пить или не пить? Прямо перед ним на столе стояла бутылка водки и соблазняла кристальной прозрачностью.
Нельзя сказать, чтобы Виктор Симонов был горьким пьяницей. После того как от него ушла его жена Ольга, он капитально, как ему казалось, «завязал» и не употреблял вот уже два месяца Правда, одна бутылка все-таки хранилась — про запас, на черный день. Чтобы отвлечься, Симонов в свободное время ходил на рыбалку или по грибы. И вроде бы помогало. Но лишь до вчерашнего дня. Вчера образ бутылки, на удивление ясный и отчетливый, возник у него в голове и упорно не хотел её, голову, покидать. Не помогали никакие ухищрения: неуемная фантазия так и рисовала прозрачную жидкость в бутылке, рисовала, как Виктор смотрит сквозь нее на свет, как откупоривает бутылку и как с веселым бульканьем пьется из нее живительная жидкость. И знакомое ощущение на языке… в глотке… Симонов изо всех сил пытался дорисовать привычную картину — до похмелья, до головной боли… Но нет, на это фантазии почему-то не хватало. Странно.
Ночью ему снился перезвон стаканов.
«Напьюсь! — решил Симонов утром. — Чему быть — того не миновать».
В общем, Виктор протянул к бутылке руку и., тут же отдернул её. В прозрачной толще водки плавали несколько темных крупиц. «Поддельная? — засомневался Симонов.
Бывают такие умельцы — нальют метанола, и ищи ветра в поле. А метанолом и отравиться можно!»
Он вздохнул и, даже не уяснив, какое отношение взвешенные частицы имеют к метанолу, собрался в лес, по грибы. А вернувшись заметил, что одна из крупинок вроде бы выросла до размеров гречишного зернышка.
Весь следующий день — воскресенье то есть — Виктор к бутылке не притрагивался, даже не взглянул на нее. А в понедельник утром все-таки посмотрел — будто прощаясь. И не поверил собственным глазам: в бутылке плавало нечто размером с тыквенное семечко. И если приглядеться, был у семечка маленький хвостик да еще маленькие лапки, прижатые к тельцу. И еще — непропорционально большая голова с пятью закрытыми глазами. «Зародыш какой-то, тьфу!» — подумал Симонов и пошел на работу.
Тремя днями ранее младший научный сотрудник Коптяев обнаружил, что споры, помещенные в пробирки с воздухом, водой, почвой, разными питательными бульонами и клеточной культурой, не прорастают и не развиваются. Зато в пробирках со спиртом, как это ни парадоксально, споры заметно увеличились в размерах.
А дальше — еще удивительней. Оказалось, что споры — это даже и не споры, а многоклеточные образования в стадии активного роста Изучение их химического состава выявило, что он в общем сходен с составом живых организмов Земли — но только в общем. Главное отличие состояло в том что функцию воды в клетках образований выполнял этиловый спирт, он же этанол. И поскольку цитоплазма клеток этих существ постоянно переходила из золя в гель и наоборот, то внеземные организмы решили именовать алкогелями.
Придя с работы, Виктор Симонов вновь достал из укромного уголка бутылку — на сей раз с чисто исследовательскими намерениями. И едва не выронил от неожиданности в бутылке, заполняя её почти всю, покоилась мерзкого вида зеленая тварь. Сквозь стекло на Виктора в упор глядели пять немигающих глаз, а зубастая пасть угрожающе раскрывалась и вновь захлопывалась — правда, раскрывалась она не очень широко, потому что не хватало места.
Весь исследовательский пыл Симонова мгновенно улетучился С отвращением взяв заметно потяжелевшую бутылку он раскрыл окно и выбросил её с пятого этажа — прямо под ноги остолбеневшему прохожему. Тот погрозил кулаком и скрылся а из-под бутылочных осколков вылезла зеленая тварь и зарылась в асфальт.
Тем временем над поселком Новая Ольховка Наро-Фоминского района пролетел вертолет МИ-24, несколько устаревший, но надежный. Он направлялся на запад — туда, где над лесом маячил бурый столб. Воронкообразно расширяющейся вершиной столб уходил к облакам.
Вертолет приземлился посреди площадки, образованной поваленными, обуглившимися деревьями. Над площадкой стоял густой желто-бурый туман: извержение только что прекратилось, но неисчислимые мириады спор все еще парили в воздухе, не успев осесть.
Из вертолета один за другим выбрались десять человек — пятеро из них в штатском, хотя по-настоящему штатскими были только двое.
Они подошли к раскопу, который сделали геологи. От голубовато-зеленого, с темными мраморными разводами яйца вниз уходила труба.
— В чем дело? — спросил высокий и полный человек в штатском — на самом деле полковник органов безопасности. — Почему вы были неточны в своих докладах? Если не ошибаюсь, там сказано, — он закатил глаза к небу, словно считывая оттуда цитату, — что труба наибольшим диаметром двадцать пять с половиной, наименьшим шестнадцать сантиметров, черная, с отчетливо выраженными утолщениями, уходит вертикально вниз, существенно не изменяясь, до глубины один метр восемьдесят два сантиметра. Во-первых, что значит «существенно»?
— Это значит — значительно. На первый взгляд То есть по результатам наших измерений, — пролепетал тощий человек в штатском, который действительно был штатским, а именно — одним из геологов, занимавшихся исследованием обломков «метеорита» в первых числах сентября.
— Значит, так бы и писали — значительно… Ну хорошо, а это что такое? Да-да, это. На поверхности трубы.
Поверхность трубы покрывал довольно толстый слой какого то прозрачного вещества.
— Пленка, господин полковник, — совсем сник геолог.
— Сам вижу, что пленка. Почему в докладе о ней ни слова?
— Разрешите доложить, господин полковник, — совсем по военному вмешался в разговор еще один человек в штатском, действительно штатский — Разрешите доложить, что с течением времени возможны изменения, так как объект, согласно результатам наших исследований, — это открытая система, то есть механизм, способный к самопостроению, саморазвитию и, возможно, самовосстановлению. Похоже, его функции сводятся к преобразованию минеральных и органических веществ почвы в органическую материю алкогелевых спор и выбросу последних в атмосферу. Выброс производится три раза в сутки во все возрастающем объеме, что свидетельствует о постепенном повышении мощности объекта. На начальной стадии объект представлял собой эллипсоид вращения размером примерно двадцать пять на пятнадцать на десять сантиметров и массой порядка десяти килограммов. От нижней поверхности объекта отходил черный шнур с поперечной кольчатостью, диаметр ориентировочно десять-пятнадцать миллиметров. И только позже этот шнур трансформировался в трубу, а затем в колбоподобное образование. Покрытие трубы тоже могло появиться недавно.
— Откуда такие сведения? — нахмурился полковник — Я о том, как объект выглядел в самом начале. Ведь первыми его обнаружили, насколько мне известно, геологи. И тогда он был таким, как описано в отчетах.
— Никак нет, господин полковник. Первым на объект случайно натолкнулся Симонов Вэ Эс, который и сообщил о находке в Академию наук, а уж оттуда его письмо попало к нам.
— Симонов Вэ Эс? — переспросил полковник. — А насколько можно полагаться на его слова?
— Одну минуточку господин полковник, — сказал еще один человек в штатском, который в действительности был капитаном органов безопасности Он достал из нагрудного кармана электронное досье, нажал несколько кнопок и считал с дисплея информацию: — Симонов Виктор Сергеевич, тысяча девятьсот… года рождения уроженец поселка Новая Ольховка образование… так, это несущественно… Особые приметы… наклонности. Ага вот: длительное время злоупотреблял спиртными напитками, однако после разрыва отношений с Симоновой Ольгой Алексеевной, в девичестве Горбуновой тысяча девятьсот… года рождения, дал себе зарок от употребления спиртных напитков воздерживаться, что и делает в течение двух месяцев и двух нет, трех дней до сегодняшнего момента. А так как объект найден им в начале сентября, можно быть уверенным, что Симонов Вэ Эс в это время был совершенно трезв и что информация, исходящая от него, вполне достоверна. Тем более что, согласно нашим сведениям, Симонов богатой фантазией не обладает и потому ко всякого рода выдумкам не склонен.
