Он просиял.
— Да. Конечно. Поедем домой. — Он обхватил её за плечи и повел по коридору к лифту. Хватка у него была стальная. — Поедем домой.
Она рассчитывала по пути до квартиры Кеннисона как-нибудь привлечь внимание таксиста. Но Кеннисон приехал на своей машине, и такси не понадобилось. Машина стояла в подземном гараже под зданием, и ни в лифте, ни в гараже, ни в караульной будке на выезде никого не было. Металлические ворота автоматически открылись. Машина выехала на Стоктон-стрит и свернула налево, к Телеграфной горе.
Кеннисон положил руку на её колено и сжал его.
— Не волнуйтесь, — еще раз сказал он. — Теперь вам ничто не грозит.
⠀⠀
Когда Ред вернулся в свой номер в Сан-Франциско, Половски и Босуорт спали. Босуорт свернулся клубком на диване, а Половски захватил себе всю огромную кровать. Ред растолкал их.
— Я только что прилетел, — сказал он. — Опоздал на пересадку в Чикаго. Из-за погоды вылет из Бостона задержали, пришлось ждать следующего рейса. О господи! — Он зевнул и потянулся. — Совсем вымотался. Только и думал о том, как наконец улягусь в теплую, уютную постель.
С этими словами он многозначительно посмотрел на Половски.
— Ладно, можешь подать на меня в суд, — сказал тот. — Тебя же не было. Чего ради мне было ложиться на раскладушке или на диване? У меня в спину вступило.
Ред ничего не ответил и прошел в гостиную. Половски и Босуорт покорно побрели за ним, как собачонки.
Гостиная была превращена в центр управления. Со стен гроздьями свисали распечатки. Ред нахмурился, швырнул на диван свою дорожную сумку, подошел к ближайшей стене и оглядел её.
— Вы что, не знаете, какие следы оставляет на обоях липкая лента?
— Ты только его послушай, — сказал Уолт Босуорту, ткнув через плечо большим пальцем. — Лучше прочти-ка вот это, Ред. Тот «жучок», который Кеннисон дал нам поставить в свой телефонный терминал, — это что-то особенное. У нас полная запись всех разговоров. — Он покачал головой. — Похоже, кузен Дэн всерьез собирается развязаться со своим Обществом. Судя по информации, которую мы имеем…
Ред принялся водить пальцем по распечаткам.
— Вы переправили копии в Совет?
— Да они просто очумели от восторга. Брат Бетанкур считает, что, зная наперед все их ходы, мы сможем увеличить ценность наших акций процентов на пятнадцать, не меньше.
Ред взглянул на него.
— Если мы дадим им сделать эти ходы. Мы ведь можем их и остановить. Не забудьте, в чем наша главная цель.
«Или это была главная цель Эммета Блейна?»
Половски ответил сердитым взглядом.
— Само собой.
Босуорт отвернулся и склонился над экраном терминала.
Ред сунул руки в карманы и принялся вертеть в пальцах ключи. Машинки, укрепленные на оконных стеклах, издавали тихий шум, как будто на окна сыпался мелкий град. Через щели в шторах пробивались лучи вечернего солнца. Ред подошел к окну и пальцем чуть сдвинул одну из штор. На Телеграфной горе жемчужным ожерельем горели уличные фонари. Кое-где в окнах зажегся свет.
— Я думал, Текс приедет.
— Да? Хватит с вас и меня, — сказал Уолт. — Джейни куда-то уехала и оставила его командовать на ранчо.
Ред что-то проворчал про себя, но не ответил.
— Как там в Бостоне? — спросил Уолт.
Ред повернулся спиной к окну.
— Дождливо. Между прочим, я там встретил кое-кого из наших конкурентов.
— Да, я слыхал, — Половски кивнул в сторону Босуорта. — Малец мне говорил. — Он уселся в кресло и протер глаза. — Ну и что мы с ними будем делать?
— С кем?
— Со всеми. И что насчет той бостонской группы? За кого они?
— Их опасаться нечего, по крайней мере сейчас. Я говорил с их человеком.
— Вейном, и он сказал, что никто не может на самом деле изменить ход истории, но каждый может убедить себя, что это ему удалось.
Половски усмехнулся и взглянул на Босуорта.
— Да? Слышишь, малец? Ну, пусть и дальше так думают. Пока они считают, что это невозможно, они ни во что не будут вмешиваться. А как они объясняют то, что мы обнаружили Шестерку и группу «К»? Или думают, что это тоже плод нашего воображения?
Ред медленно прошелся по комнате.
— Ну, им пришлось признать, что Шестерка действительно существует. У них сейчас гостят двое оттуда. — Он сокрушенно покачал головой. — С одним я проработал много лет, когда был в службе контроля за сетью. Я уж начал думать, есть ли в правительстве хоть один человек, который действительно работает на правительство?
— Что мы с ними будем делать?
— Пока ничего. Мы союзники в поисках «ОСФК». Все в свое время.
— А как же с дальней перспективой?
— Дальняя перспектива — только для тех, кто до нее доживет. А это означает, что надо пережить группу «К» — ребят из общества имени Кегле. Я думаю, Женевьева Вейл чувствовала бы себя с ними как дома. Вот дьяволы…
— Он махнул рукой. — Чего стоила одна эта Говард, которую они к нам подослали.
Он вспомнил, как эта женщина покончила с собой. Какая глупость! Нелепый фанатизм. Как могут люди дойти до того, чтобы считать такие вещи разумными?
— Ну что ж… — Ред снова потянулся. — Я, пожалуй, прилягу. Если только найду, где, — добавил он с намеком.
Половски ткнул большим пальцем в потолок.
— А почему бы тебе не попробовать наверху? Там есть прекрасная теплая постель.
Ред сердито покосился на него.
— Думай, что говоришь, Уолт. Твои родители потратили слишком много денег, чтобы выправить тебе прикус, жалко будет, если я его опять попорчу.
Половски мотнул головой.
— Да нет, её же там нет. Она около полвторого ночи отправилась в «Кеннисон Демографикс». Он хотел, чтобы она проверила архитектуру мегавируса, которого собирается запустить в его базу данных.
Ред нахмурился и взглянул в сторону завешенного окна.
— Пошла к нему? Так поздно?
— Надо было подождать, пока разойдется Ночная Смена.
— Не надо было ей ходить.
— Почему? Ведь в этом деле Кеннисон на нашей стороне, разве нет?
— Все равно мне это не нравится.
— Ревнуешь?
Ред бросил на него свирепый взгляд, отошел к окну и снова чуть раздвинул занавески.
— Поехать мне, что ли, туда?
— Да брось. Может, она уже вернулась, пока мы спали. Да она все равно бы к нам не заглянула.
⠀⠀
Жилище Кеннисона было освещено каким-то мерцающим светом, словно где-то горело пламя. Холодное пламя, не дающее тепла, и пахло там как будто остывшей золой. Сара остановилась в дверях, поняв, что не может сделать ни шагу дальше, несмотря на то что его рука настойчиво давила ей на спину. Казалось, вот-вот произойдет что-то сверхъестественное — в давно забытом прямом значении слова. Что Кеннисон — не кто иной, как Дьявол, а она стоит у входа в преисподнюю и, как только войдет, ощутит весь жар адского пламени.
Кеннисон подтолкнул её сзади, и она неуверенно шагнула в мерцающий полумрак.
Перед ней была самая обыкновенная комната, только освещена она была каким-то странным светом из невидимого источника. Сара огляделась. Вид у комнаты был нежилой, но это естественно, ведь Кеннисон и в самом деле здесь не жил. Тем не менее она ожидала увидеть здесь хоть что-то личное: фотографию, книгу, еще что-нибудь. Однако все казалось голым, безымянным, не видно было и намека на что-то человеческое. Только у окна стояли какие-то электронные устройства и к стеклам были прилеплены маленькие механические паучки, чтобы глушить звуковые колебания. Однако ощущение сверхъестественности всего происходящего её по-прежнему не покидало.
Кеннисон запер за собой дверь, прислонился к ней и сделал глубокий выдох.
— Вот. Теперь мы в безопасности.
Только тут Сара увидела то, что до сих пор скрывала дверь, и у нее перехватило дыхание. Она невольно сделала шаг вперед, чтобы лучше это разглядеть.
Там был алтарь.
На извитой медной подставке стояли в ряд ритуальные свечи в чашечках из красного и синего стекла. Все свечи были зажжены, и огоньки их плясали в чашечках, бросая на стену и потолок дрожащие разноцветные отсветы — это и был источник того мерцающего света, который создавал ощущение холодного пламени.
