Снова отобрав у девчонки прицел, я насчитал вокруг голубоватого свечения даже чуть больше странных теней:
— Тринадцать. — Я чуть отрегулировал фокус. — Только тринадцатый, похоже… Связан, что ли… Руки за спиной держит.
— Это же призраки команды! — Паренёк снова вытаращил глаза в сторону кабины с миниатюрным кладбищем. — Может, им подношение не понравилось… Вот они и мстят юнге!
И тут его вдруг осенила какая-то настолько жуткая мысль, что я всерьёз забеспокоился о сохранности его глаз внутри орбит.
Сверкая белкАми в темноте, Рикардо прошептал чуть слышно, одними губами:
— А, может, зря мы там всё это ели… — Он кивнул на большую кучу пустых консервных банок, которую было видно даже через иллюминатор. — Теперь эти буддисты нам тоже мстить будут…
Повернувшись обратно к девчонке, я уже ожидал услышать от неё очередное скептическое фырканье. Но Белла и сама, кажется, слегка побледнела, внимательно всматриваясь в пятно света и те силуэты, что окружали его по полукругу. Вдобавок басовитая разноголосица немного усилилась. Но как-то слишком резко…
— Громкость прибавили, что ли… — Похоже, что девчонка всё-таки не разделяла гипотезу насчёт призраков команды контейнеровоза. Задумчиво бормоча, она, тем не менее, оставалась серьёзной. И, заметив мой взгляд, тут же указала вниз. — Крабы на звук быстрее начали ползти. Слышишь?
— Хочешь сказать… — Я опустил голову и прислушался к участившимся шлепкам между контейнерами. — Хочешь сказать, что эти песнопения действуют на них совсем не так, как «Мановар»?
— Ага! С точностью до наоборот они на них действуют! — Белла согласно затрясла рыжей чёлкой. — Приманивают!
— Чего? Кого приманивают? — Рикардо, похоже, пока не спешил расставаться с миром мстительных духов. Или просто не всё расслышал со своей стороны. — Привидений⁈
— Да сам ты привидение! — Отмахнулась от него Белла. — Точнее не приманивают… А выманивают!
— Выманивают?
— Хотят очистить корабль, прежде чем внутрь лезть! Мы в Питонии сами так делали! — Она привычно махнула рукой в сторону воображаемого прошлого. — Ну, когда поняли, что фиг их просто так спалишь!
— Тоже устраивали горловое пение на берегу?
— Да не… Просто мусором всяким пахучим… Духами, там…
— Правильно говорить «дУхами»… — Снова подал голос паренёк.
— Да уймись ты уже! — Белла чуть приподнялась на локтях, чтобы сверкнуть на него гневным взглядом. — Нет там никаких привидений! Это кто-то тоже хочет внутрь залезть! Так же как и мы!
До Рикардо, похоже, наконец-то дошло отсутствие потусторонней угрозы:
— Внутрь? — К чести пацана нужно было заметить, что материальные противники пугали его гораздо меньше. Страх на его лице мгновенно сменился искренним удивлением. — Ночью⁈ Зачем⁈
— Фиг их знает… — Девчонка снова вгляделась в странные тени на берегу. — Крабы вообще-то не очень на еду и запахи реагируют, как выяснилось… Поэтому и приходилось все такие инкубаторы просто бомбить в итоге…
— А эти ребята, похоже, лучше вас знают, то, что делают… — Я кивнул в сторону полукруга теней, стоящих в развевающихся на ветру одеждах.
— Ну кто ж знал, что перед этими тварями нужно всю школьную фонотеку перебирать…
— То есть, кроме металла у вас там ещё и калмыцкий хоомей есть?
Хмыкнув, Белла лишь не глядя отмахнулась:
— Шутник… — Она продолжала внимательно наблюдать за происходящим на проезжей части моста. — А, кстати, чего-то не особо-то у них и получается… Вон смотри!
В указанном направлении тусклый свет почти доставал до провала, утыканного рваной арматурой и бетонными обломками. И в голубоватом свечении было едва заметно, как приземистые твари начали высовываться из пролома в борту судна. Но, вместо того, чтобы попытаться переползти на асфальт, «крабы» принялись лишь мерно покачиваться из стороны в сторону — точно в такт степным песнопениям.
— Вот и у нас так же было. — Тоже наблюдая за поведением заражённых, девчонка закивала с видом настоящего эксперта. — К борту подползут, а дальше — ни ногой! Ну или — ни ластой…
Словно подтверждая её слова, невидимые охотники за морскими грузами ещё раз заметно прибавили громкость. И после этого стало окончательно очевидно, что хоровое исполнение мы слышим отнюдь не вживую. Треск маломощных динамиков говорил сам за себя.
— Не-а… — Белла продолжала умничать с довольным видом. — Не вылезут они просто так даже на эти ваши песни! Только если кто-то там внизу слишком близко подойдёт…
В центре полукруга таинственных фигур что-то коротко блеснуло. И, сбросив путы, призрак «юнги» неловко вылетел в центр светлого круга от мощного пинка в спину.
— Ну или так… — Глаза Беллы превратились в злобные щёлочки. — Как обычно, гады… Даже своих не жалеют…
В свете я тоже успел разглядеть, что мешковатая одежда пленника обвешана металлическими и пластиковыми щитками — точно так же, как у членов банды Бугра и Смыся. Не особенно то они им помогают… Но, наверное, оказывают должный психологический эффект, создавая иллюзию хоть какой-то защиты.
Размахивая длинными руками, тощий силуэт, тем временем, всё-таки сумел поймать равновесие. И когда он выпрямился всего в нескольких метрах от края пропасти, рядом с ним на асфальт что-то брякнуло, вылетев из темноты. Я точно услышал и звон стали, и стук деревянной рукоятки.
Кроме этого нескладного подростка больше никто не горел желанием приближаться к кораблю. Наоборот — все остальные тени шагнули назад и полностью скрылись из вида.
А вот извивающиеся силуэты крабов подались чуть вперёд. И, продолжая раскачиваться в такт демоническим голосам, приземистые тени вытянули к пропасти свои ядовитые «хвосты».
Неожиданно ловко хватаясь за обрывки арматуры как лапами, так и «хвостами», морские жоры за считанные секунды образовали над провалом с обломками живую цепь. И, как только все они замерли, словно каменные, все остальные обитатели трюма тут же принялись не менее ловко перебираться по этому живому трапу на мост.
— Ну давай и ты тоже беги… — Девчонка с нескрываемым пренебрежением смотрела на жалкий сутулый силуэт, оказавшийся посреди голубоватого свечения перед толпой заражённых уродцев. — Тварь паршивая…
Однако, когда первые щупальца и лапы уже дотянулись до асфальта, бывший пленник повёл себя совсем иначе.
Едва лишь подняв взгляд на попавших в свет крабов, нескладный парень резко выпрямился. И, пружинисто отскочив назад, он быстрым движением подхватил с асфальта брошенное оружие. Кажется… Лопата, что ли? Или…
— Чего там? — Заметив, как я прильнул к прицелу, Белла тоже немедленно заинтересовалась подробностями. — Отступает?
— Не-а… — Я на всякий случай сменил глаз, чтобы убедиться в правильности наблюдений. И, убедившись, поделился ими с девчонкой. — Он раздевается.
— Раздевается⁈ — Задав этот вопрос в унисон, мои юные соратники вскоре увидели всё и своими невооружёнными взглядами.
Быстро стянув с себя короткую и плотную на вид куртку, парень с вилами отпрыгнул от подступающих к нему крабов ещё на шаг. И, перехватив одёжку за рукав, он крутанул её перед собой, намотав на свободную руку парой ловких движений. Выставив этот импровизированный щит вперёд, пленник отвёл непонятное оружие за спину и чуть пригнулся, спрятав лицо. Даже отсюда было видно, как под его футболкой напряглись хоть и не особо большие, но достаточно жилистые мускулы. А на чёрной ткани светлели грязно-белые цифры «13».
— Ну-ка дай! — Белла выхватила у меня из рук прицел и немедленно всмотрелась в одинокую боевитую фигуру. И я краем взгляда заметил, как при взгляде на такую реакцию, у Рикардо слегка опустились уголки рта.
Боевитая фигура, тем временем, атаковала первого краба, выгадав весьма удачный момент. Подловив существо на переносе центра тяжести с одной пары лап на другую, с широким размахом парень двинул крабу прямо по темени. И когда белесые нити вылетели у жоры из задницы в ответ, грозя оплести ядовитыми стрекалами и оружие и его владельца, юный боец снова не стал отступать. А наоборот — подставил свой шест прямо под пучок живых плетей. И тут же рванул его назад, когда стрекала полностью оплели острие в форме полумесяца. Да, всё-таки это не вилы и не лопата…