Под настороженными взглядами остальных пацанов, охранники выволокли истерично хохочущего Куска в коридор. Следом за ним в одной из кают заперли и Фиделя.
— Кто сюда вообще сунется? — Джой положил пистолет обратно на стойку и вновь схватился за бутылку дрожащими от злости руками. — Да ещё и ночью... Все по норам ночью сидят.
Его явно лучше было сейчас не трогать. И я повернулся к Робу:
— Эти махина вообще с места может сдвинуться?
Роб покачал головой, а его приятель прокомментировал:
— Она на мели сидит. Буксир нужен.
— Можем сейчас организовать?
— Да ты чё закипишил-то, пугало? Кто сейчас на берег полезет за катером? И дизеля надо будет ведро сжечь, если не больше. На выпей лучше. — Он пододвинул ко мне полный стакан.
— Если кто-то угрожает тебя убить — это одна из немногих угроз, к которой всегда стоит отнестись серьёзно. — Я проигнорировал стакан и оглянулся на остальных пацанов. Они вроде бы расслабились и в полголоса обсуждали прошедший вечер и то, как именно Кусок понесёт заслуженное наказание. — Меня смущает то, что сам он за свою судьбу не переживает.
— Да потому что пиздит! А вообще зря, сука бля, не переживает. Я прямо выбрать не могу, как именно его на тот свет покрасивей отправить... Может подскажешь, а, пугало? Ты вроде по этой части тоже эксперт.
— Значит, судно явно не собираются уничтожать полностью. — Я продолжал рассуждать вслух. Джой лениво отмахнулся и потащил бутылку со стаканом к остальным. А Роб наоборот — прислушался к моим словам.
— Кто вообще может попытаться взять вас ночью на абордаж? Даже шмели были не настолько отмороженные.
Бородач пожал плечами и задумался.
— Варщики? С Юго-запада почти через весь город к вам попрутся? Ночью?
Роб коротко покивал, соглашаясь с малой вероятностью такого события.
— На востоке у вас вроде бы конкурентов нет...
Толстяк почесал бороду и снова кивнул.
— А в центре одни развалины после зимы, кучи трупов после весны... Да ещё и...
— И-И-И-Я-А-А-А-А-Х-Х-Р-Р!
С южного берега заголосило сразу несколько ночных жор. Кого-то почуяли. Кого-то, кого мы ещё не слышим...
Но никто не обратил на них внимания. Уже давно привыкли к этим воплям. Все знают, что ночные твари боятся воды и не лезут ни во что глубже лужи. А судьба какого-то неудачника, который зачем-то принялся шуметь среди ночи, никого не волновала. Джой беззаботно рассказывал бегункам какую-то байку, размахивая стаканом, и все вокруг него искренне потешались над его хохмами.
— Роб! Приём! Тут какая-то суета на берегу... Жоры рванули все в одну сторону... Вроде к «Галсу». Но там у нас никого сейчас нет вроде.
— Может юнга пораньше приехал? — Я прислушался к динамику.
Роб пожал плечами и уже собирался ответить, как рация в его руках вновь ожила:
— Там мотор! Мотор заработал какой-то!
Теперь звук тарахтящего двигателя услышали и мы. Но это точно была не «Делика» юнги. Так стрекочет либо какой-то мелкий трактор, либо мотоцикл с прямотоком. Звук начал разноситься далеко над водой. Услышала его и шумная компания парней.
— Чё за нах? — Джой недовольно отвлёкся от своего бенефиса. — Это морячок твой, что ли, вернулся?
— Не похоже. Пошли глянем. — Я направился к выходу первым.
В коридоре нас встретила заспанная Вера:
— К нам кто-то едет? Ночью? Может помощь нужна?
— Никого не ждём, Верунчик. — Взгляд Джоя неожиданно потеплел при её виде. Никогда его таким раньше не видел. — Отдыхай. Но лучше запрись...
Распределившись по корме, повёрнутой к южному берегу, мы вгляделись в темноту. Ангары яхт-клуба белели в темноте неподалёку. И, помимо звука двигателя, в той стороне явно угадывалось движение многочисленных тёмных силуэтов. Сутулых, худощавых, оборванных. Ночные жоры сбегались со всей округи в одном направлении — в сторону громкого треска.
— Какой-то смертник решил на байке ночью покататься, шоль? — Джой протиснулся сквозь толпу к краю кормы. — Ну и катил бы уже нахер отсюда. Разорвут же ведь щас долбодятла!
— Байкеры... — Негромко произнёс Роб, стоящий рядом со мной. — Байкеры, блядь...
— Байкеры? Люберецкие? Они ещё существуют?
— Я тоже думал что, уже докатались... — Бородач поднял ко рту рацию и посмотрел на верхнюю палубу. — Гром! Говори, чё там видишь?
— Да там какая-то прям погрузка! Все жоры лезут на большой парусник. С него тарахтит походу...
Вскоре к звуку мотора присоединился ещё один — тоном повыше. А первый смолк через пару секунд после этого. И через некоторое время даже мы с трудом, но разглядели на тёмной воде источник нового звука.
— Лодка!!! — Раздался голос из динамика рации. — Вроде сюда плывёт... Пальнуть по ним? Наших не ждём?
— Нет... Погоди... Посвети сначала! — Скомандовал бородач и сверху в сторону лодки ударил луч мощного фонаря. Все мы с всмотрелись на приближающееся моторное судёнышко, отплывшее от причалов в сторону нашей яхты. Как только пятно света, скользнув по воде, полностью выхватило лодку из тьмы, с борта тут же кто-то бултыхнулся в воду. И дальше моторка продолжила медленное движение прямо по курсу уже в одиночестве.
А прямо за ней фонарь высветил длинную белую яхту с убранной на зиму мачтой. Её светлые борта возвышались над тёмной водой всего сантиметров на двадцать. Ведь всё свободное пространство на ней занимали тощие сутулые фигуры ночных жор. Десятки голов раскрыли рты и уставились белесыми глазами на источник яркого света. Тёмные зубы казались длиннее обычного из-за опустившихся дёсен. Электрический свет их не пугал. Скорее наоборот, привлекал внимание.
— Бля, прямо к нам плывут!!! — Кроме встревоженного голоса из динамика рации послышался хруст взводимого затвора.
— НЕ СТРЕЛЯ... — Я заорал в рацию, выхватив её из руки растерявшегося Роба.
Но было поздно. Несколько коротких очередей оглушительно грохнули над водохранилищем. И пара трассеров прочертила ночную тёмноту в сторону перегруженной яхты или пустой моторки.
Промахнуться по такому плотному построению было нереально. Стоящие с самого края тела дёрнулись и либо осели на колени, слабея от ран, либо слетели в воду от ударов пуль. Всего четверо. Но все остальные тут же завопили на десятки разных, но одинаково хриплых голосов, обозначив себе цель. Ничего теперь эта толпа не жаждала больше, чем добраться до источника столь громкого звука и уничтожить его. Разорвать, растоптать и раскидать в стороны. По оборванной толпе пробежала мелкая дрожь возбуждения. Они уже готовы были прыгнуть вперёд, если бы не пара десятков метров тёмной воды, что ещё отделяли их от нашей кормы. И если раньше ещё была надежда на то, что мы сможем затихариться и спокойно дождаться рассвета взаперти в каютах, то теперь их бы ничего не остановило.
— НЕ СТРЕЛЯТЬ!!! НЕ СТРЕЛЯТЬ!!! — Кажется, охранники с верхней палубы всё-таки услышали меня в перерывах между очередями и смолкли. — Не тратьте патроны, только ещё больше разозлите! Подпустите поближе! Что у вас из холодняка здесь?
— Штык-ножи... — Растерянно ответила рация.
Роб вместо ответа рванул к пожарному щитку и, сорвав с него багор перекинул его мне.
— Сколько у вас тут шлюпок? — Как только Джой повернулся к нам, я тоже встретил его вопросом.
— Все вдоль кормы приторочены... Но тут до берега-то...
— На берегу их сейчас ещё больше на стрельбу сбежится... — Я повертел головой и заметил на стенках кают несколько спасательных кругов. — Ну хоть так... Готовьтесь купаться до утра!
Патлатый крюк заметил направление моего взгляда и тут же принялся командовать:
— Чуваки! Кто со стволами — встречайте как подплывут! Гром, спускайтесь, мы их пока задержим! Остальные — круги на воду! — Подбежав к Робу, он взял у того пожарную лопату. А сам толстяк остался с длинным красным топором. — Отступаем к носу и на воду!
— Уйдите с кормы, там слишком широко! Со всех сторон полезут, не отстреляетесь!
— Да ну нахер! — Один из опешивших бегунков подскочил к борту и взгромоздился на перила. — Я, блядь, на такое не нанимался!