Женщина резко дёрнулась, пытаясь отстраниться.

Но не успела.

Эмрис оказался рядом мгновенно.

Его ладонь легла на её второе плечо, уверенно, без лишней силы, но так, что сопротивляться уже не хотелось.

— Сиди спокойно, — его голос вдруг стал жёстким, без привычной усмешки. — Это для твоей же безопасности.

Женщина замерла.

А я… прислушалась.

И… почти ничего.

Ни той плотной тяжести, ни липкого холода, что оплетал Варха, ни ощущения чужого присутствия под кожей. Только слабый отклик — едва уловимый, будто на грани восприятия.

Сначала даже показалось, что это просто след. Отголосок. Что-то похожее на то, что было у той девочки… Лиры.

Но нет.

Я задержала дыхание, вслушиваясь глубже.

Это было не совсем следом. Скорее… зачатком. Маленьким, почти невидимым зерном, спрятанным где-то внутри. Тихим, пока безвредным, но живым. И от этого становилось не по себе сильнее, чем от явной угрозы.

Потому что такие вещи не остаются прежними. Они растут.

Медленно, незаметно, пока не становится слишком поздно.

И тогда будет уже не лёгкое недомогание.

Тогда будет Варх.

Медленно выдохнула, убирая руку.

Ну что ж… значит, нужно вырвать это сейчас.

Решив заодно проверить всех собравшихся, отступила от травницы, позволяя себе короткий вдох. Сил на неё ушло не много, а значит, пока ещё держусь. Да и людей здесь оказалось меньше, чем ожидалось.

Эмрис по пути успел сообщить, что за время очистки дома удалось найти почти всех, кто навещал Варха во время болезни. Сейчас все они сидели в общей столовой постоялого двора, настороженные, напряжённые, явно не понимающие, зачем их вообще сюда позвали.

Восемь человек.

Всего восемь.

Но даже этого хватало, чтобы воздух в помещении казался тяжёлым.

Кто-то шептался. Кто-то бросал быстрые взгляды в сторону Варха. Кто-то откровенно косился на меня, словно пытаясь понять, стоит ли бояться.

Взгляд сам собой зацепился за травницу. Та сидела ссутулившись, нервно теребя край платка. Чуть дальше — худой мужчина с тонкой бородкой, похожий скорее на писаря, чем на человека, способного навредить хоть кому-то. Старуха с двумя длинными косами, уложенными на колени, не моргая следила за каждым моим движением. А рядом с ней развалился дедок, увешанный костяшками, бусинами и какими-то пёстрыми тряпками так, словно нацепил на себя половину рынка.

Шаман.

Ну конечно.

Это читалось сразу.

Так же, в поле зрения попали две женщины, перешептывающиеся между собой, и мужчина. Совершенно обычной внешности.

— Вас собрали здесь, чтобы проверить на наличие проклятия, — спокойно пояснила, отходя чуть дальше, чтобы видеть сразу всех.

По столовой тут же прокатился тихий гул.

Кто-то недоверчиво хмыкнул. Кто-то наоборот побледнел.

— Каждый из вас контактировал с Вархом во время его болезни, — продолжила, — но никто не смог ему помочь, потому что это была не обычная хворь.

— Я не видел никакого проклятия! — тут же вскинулся шаман, резко поднимаясь со своего места.

Костяшки и бусины звякнули так громко, что захотелось поморщиться.

— Духи сказали, что Варх несёт наказание за неверное решение! Это расплата за…

— Да за что меня наказывать?! — не выдержал сам Варх, резко подавшись вперёд. — Всю жизнь работал, никому зла не делал, а загибался так, будто меня заживо в землю закопали!

Кайра тут же схватила мужа за руку, пытаясь успокоить, но тот уже завёлся.

Пришлось поднять ладонь, останавливая их обоих прежде, чем спор разгорится сильнее.

— Твои духи ошиблись, шаман, — ровно сказала, переводя взгляд на старика. — Это действительно проклятие. И оно имеет свойство цепляться за окружающих.

Старик аж раздулся от возмущения.

— Я шаман! — громыхнул он так, будто собирался перекричать всех в помещении. — Меня не коснётся никакая дрянь! Я под защитой духов!

Закатив глаза, мысленно выругалась.

Вот ведь началось.

Сейчас ещё выяснится, что половина города находится под защитой духов, богов, предков и святого котла с кашей.

— Возможно, — миролюбиво согласилась, решив не раздувать конфликт ещё сильнее. — Вот только проверить всё равно придётся.

Старик шумно засопел.

Потом резко развернулся, явно намереваясь уйти.

Вот только стоило ему сделать пару шагов к выходу, как путь преградил Леарон.

Эльф заслонив собой дверь, сложил руки за спиной, и смотрел на шамана так спокойно, что даже мне стало не по себе.

— Выйдешь только в том случае, если на тебе ничего нет, — произнёс он ровным холодным голосом.

И этого оказалось достаточно.

Шаман замер.

Даже бусины перестали звенеть.

Несколько мгновений он ещё сверлил эльфа взглядом, явно решая, стоит ли продолжать возмущаться, но всё же недовольно засопел, отступая назад.

— Присядьте, — указала на его место.

Дождавшись, пока старик устроится, подошла ближе и, не желая выслушивать новую порцию возмущений, просто прикрыла глаза, касаясь его плеча.

И почти сразу наткнулась на вязкую, липкую чернь. Она уже проросла внутри него зерном и теперь медленно тянулась дальше, словно тонкие корни под влажной землёй.

Ещё немного. Всего несколько дней. И эта дрянь захватила бы его полностью.

Отдёрнув руку, резко открыла глаза. Моргнула пару раз, прогоняя появившихся чёрных мушек. И уже нормальным взглядом выцепила Эмриса, который как обычно находился рядом.

Кивнув, дала ему понять, что этот дедок тоже заражен.

Фамильяр всё понял без слов.

— Присядьте пока рядом с травницей, — без всякой вежливости произнёс он, настойчиво указывая старику нужное место.

Тот попытался было что-то возразить, но под взглядом Эмриса всё же заткнулся и нехотя поплёлся к столу.

Больше задерживаться на нём не стала.

Следующие проверки прошли легче.

Ни зерна. Ни проросшей черни.

Лишь слабые следы.

Лёгкие отпечатки, будто кого-то лишь краем задело этой дрянью. Как Лиру тогда.

Неприятно, но поправимо.

Отступив чуть в сторону, задумчиво оглядела помещение.

Напряжение всё ещё висело в воздухе, но паники уже не было. Люди постепенно начинали понимать, что никто не собирается их убивать или жечь на костре.

Взгляд остановился на Эйландиль.

— Идём, поможешь, — тихо позвала её, направляясь в сторону кухни.

У самой двери обнаружилась Леона.

Женщина тут же встрепенулась.

— Для того чтобы приготовить отвар, нам нужна кухня, — пояснила ей.

Та быстро закивала и сразу открыла дверь, пропуская нас внутрь.

На кухне вновь стало чуть спокойнее.

Сумка опустилась на стол.

Следом на деревянную поверхность легли пучки трав, пузырьки с настоями, маленькая ступка и связки сушёных цветов.

— Нужна большая ёмкость, — попросила Леону, параллельно перебирая травы. — И чистая вода.

Женщина тут же засуетилась.

Эйландиль тем временем уже принялась измельчать травы, даже не задавая лишних вопросов. Тонкие пальцы эльфийки двигались быстро и уверенно, а я неожиданно поймала себя на мысли, что рядом с ней работать удивительно спокойно.

Леона поставила на плиту большой котелок.

Вода постепенно начинала шуметь.

А я, доставая из сумки пузырьки с настоями, мысленно прикидывала пропорции.

Сколько добавить. Чего именно. Как сделать так, чтобы хватило всем.

С одного раза должно помочь.

Обязано.

А после ещё можно разлить остатки по фляжкам и выдать каждому с собой. На всякий случай.

Потому что оставались ещё те, кого не нашли.

Как раз в тот момент, когда отвар был почти готов, и тёмная ароматная жидкость в котелке лениво выпустила последние пузырьки воздуха, затихая на медленном огне, дверь кухни резко распахнулась.

Эмрис появился стремительно, будто за ним гналась половина города.

С глухим стуком он водрузил на стол рюкзак Тайтара и тут же вывалил из него собранные фляжки.