Бусины продолжали тихо позвякивать в такт его шагам.

Я невольно фыркнула. А потом вдруг поймала себя на мысли, что даже сейчас, ворча и изображая крайнюю степень недовольства, Эмрис всё равно не выпускает меня из виду. Периодически оборачивается. Проверяет. Рядом ли я.

И от этого почему-то становилось чуть спокойнее.

Добравшись до начала пирса, вся наша компания резко остановилась.

Так внезапно, будто каждый одновременно налетел на невидимую стену.

Лишь травница непонимающе завертела головой, пытаясь сообразить, что происходит и почему все вдруг замерли посреди дороги.

Тяжелая, опасная тишина натянулась мгновенно.

И только звук рухнувшего на доски тела вывел из оцепенения.

Скосив взгляд, заметила шамана, которого Эмрис без лишних церемоний всё же уронил на пирс. Бусины жалобно звякнули, старик что-то невнятно промычал, но сейчас на него никто даже не посмотрел. Потому что всё внимание было приковано вперёд.

Эмрис плавно сместился ближе ко мне, почти незаметно, но так, что в следующую секунду уже почти закрывал собой обзор.

Его рука скользнула назад и легла на мою талию, прижимая к своему боку так собственнически, словно он уже решил — ближе меня к происходящему не подпустит.

И только тогда удалось разглядеть причину этой внезапной тишины.

Тайтар.

Орк стоял чуть впереди, широко расставив ноги, огромный, неподвижный, похожий сейчас не на живое существо, а на скалу, вставшую поперёк дороги.

За его спиной прятались двое.

И одну из них я узнала сразу.

Лира.

Девчонка с улицы.

Та самая, которой вручила травы и настой.

Маленькая ладонь цеплялась за грубую ткань орочьего плаща, а рядом застыла её мать — бледная, растерянная, явно не понимающая, как вообще оказалась среди всего этого.

А напротив… Напротив стоял эльф. Тот самый. С пристани.

Тот, что тогда вместе со своими людьми выпустил по кораблю целый залп стрел.

Вот только сейчас он был один. И, наверное, именно это настораживало сильнее всего. Потому что человек, или эльф, пришедший в одиночку против Тайтара, либо безумен… либо слишком уверен в себе.

Ветер трепал длинные платиновые волосы незнакомца, и свет заходящего солнца скользил по ним серебром. Тонкая светлая ткань одежды свободно двигалась вслед за каждым порывом, придавая ему какой-то почти нереальный вид.

Не воин. По крайней мере, не такой, какими обычно представляешь воинов. Слишком красивый. Слишком спокойный. Слишком… свободный. И именно это выбивало из колеи сильнее всего.

На нём не было тяжёлой брони, только лёгкая одежда да узкие, изящные клинки у пояса, от которых почему-то становилось особенно не по себе.

Такие мечи не носят ради красоты.

Искусно выкованные, тонкие, они поблёскивали в закатном свете, отражая золотистые лучи прямо на деревянный пирс.

Красивое лицо оставалось совершенно неподвижным. Ни злости. Ни насмешки. Ничего.

Только едва заметно дёрнувшийся уголок губ выдавал, что наше появление всё же вызвало в нём хоть какую-то эмоцию.

Рядом опасно зарычал Эмрис.

И от этого звука по коже невольно пробежал холод.

Фамильяр словно изменился за одно мгновение.

Стал шире в плечах. Выше. Опаснее.

Черты лица заострились, а пальцы, удерживающие меня, уже не выглядели человеческими — когти скользнули по ткани плаща, цепляясь за неё.

Он не отрывал взгляда от эльфа.

И в этом взгляде не было ни капли привычной насмешки.

Первым нарушил давящую тишину Тайтар.

— Уходите! — рявкнул он так, что голос прокатился по пирсу тяжёлым ударом. — Заберите девчонку и уходите. Я его задержу.

Даже не оборачиваясь в нашу сторону. Впрочем, не сомневаясь, что его услышат.

Леарон среагировал мгновенно.

Подтолкнув Эйландиль ближе к нам, он буквально спрятал её в тени Эмриса. Фамильяру достался лишь короткий взгляд — быстрый, острый, но в нём было всё. Доверие. Просьба. Предупреждение.

Эмрис едва заметно кивнул.

А сам Леарон уже отступал назад, разворачиваясь к тылу. Взгляд эльфа скользил по крышам, переулкам, по самой линии улиц, будто он ожидал, что в любую секунду оттуда покажутся новые противники.

И, если честно, я ожидала того же.

Мы с Эйландиль оказались практически за спинами мужчин, окружённые их напряжением, силой, готовностью рвать любого, кто подойдёт ближе.

Воздух вокруг накалился.

Тайтар медленно отвёл руку назад, осторожно отцепляя от себя Лиру.

— Иди, — коротко приказал он.

Только тогда мать девочки будто очнулась.

Судорожно схватив дочь за руку, женщина потянула её прочь, едва не спотыкаясь на бегу. А орк всё это время продолжал двигаться так, чтобы полностью закрывать эльфу обзор.

Но самое страшное было даже не в этом. А в том, что ищейка правительницы словно совсем не собирался нападать.

Ни одного резкого движения. Ни намёка на сигнал. Ни попытки достать оружие.

Он просто спокойно стоял. Я бы даже сказала — слишком спокойно.

И от этого внутри медленно начинало нарастать раздражающее чувство тревоги. Потому что человек, который действительно хочет убить, обычно действует иначе. А этот… Ждал. Или оценивал. Или…

Мысли оборвались, когда заметила, как напряжён Леарон. Он продолжал прикрывать нас со спины, но плечи его были натянуты так сильно, словно он в любую секунду готов сорваться в атаку.

Значит, чувствует то же самое.

Мы можем быть не одни.

Внрвь выглянув из-за плеча Эмриса, всё же попыталась внимательнее посмотреть на эльфа.

Ну не могло всё это быть просто так. Если он пришёл убивать — почему тянет? Если пришёл не один — где остальные? И главное… чего он ждёт?

Но додумать не успела. Тайтар атаковал первым.

Тяжёлый топор со свистом рассёк воздух, пролетев в опасной близости от плеча ищейки.

Я даже вздрогнула, уверенная, что сейчас увижу кровь.

Но эльф легко и плавно ушёл. Словно не уклонялся от смертельного удара, а просто сместился в сторону под музыку, слышимую только ему одному.

Орк не остановился.

Второй удар. Третий. Доски пирса жалобно загудели под его шагами. Но эльф продолжал уходить.

Гибкий. Быстрый. Невозможный.

И что пугало сильнее всего — он по-прежнему не обнажал оружие.

Несколько раз он пытался сместиться ближе к нам, но Тайтар всякий раз перекрывал путь, вынуждая его снова уходить в сторону.

А потом… ищейка заговорил.

— Вполне недурно, — спокойно донёсся его голос.

Будто они сейчас не дрались насмерть. Будто это вообще всё происходило не всерьёз.

Тайтар замахнулся снова.

Эльф легко ушёл от удара и продолжил тем же ровным тоном:

— Над гибкостью ещё стоит поработать. И основной удар у тебя идёт через правую руку.

Орк замер. Только тяжёлое дыхание выдавало, насколько он сейчас напряжён. А эльф, чуть склонив голову, будто действительно оценивал его как противника, добавил:

— Левая слабее… но голову снести ей ты всё равно можешь. Это впечатляет.

Повисла короткая, почти абсурдная тишина. Даже ветер будто притих. А потом Тайтар медленно прищурился.

— Ты сейчас… серьёзно меня оцениваешь? — с подозрением уточнил он.

И впервые за всё это время уголок губ эльфа дрогнул чуть заметнее.

— Должен же я понимать, с кем, возможно, однажды придётся сражаться плечом к плечу.

Слова эльфа заставили выглянуть из-за спины Эмриса даже Эйландиль.

Эльфийка быстро оценила обстановку, а затем ловко поманила к себе Лиру. Девчонка, вопреки попыткам матери утащить её подальше, всё это время продолжала топтаться неподалёку, таращась на происходящее широко распахнутыми глазами.

Эмрис предупреждающе зарычал, подаваясь вперёд так, будто ещё немного — и действительно вцепится ищейке в горло.

Меня же слова незнакомца выбили из равновесия куда сильнее, чем его оружие.

Сделав шаг в сторону, полностью вышла из своего укрытия.