Рейнар внимательно посмотрел на Эиландиль, однако вопросов задавать не стал.

— Есть ещё кое-что, — произнёс он, возвращаясь к старой карте. — Место, куда ушла Зоряна, для демонов практически закрыто. Чем ближе к нему подходишь, тем хуже становится. Слабеет магия, тело перестаёт нормально слушаться, некоторые теряют сознание. Именно поэтому я не отправил туда людей ни тогда, ни позже.

— А Зоряна смогла пройти, — заметил Леарон.

— Смогла. И если Мираэль действительно направляется туда, значит, у неё должна быть причина считать, что это место её не остановит.

Арвен свернул часть донесений и снова посмотрел на старую отметку.

— Нам нужно попасть туда раньше неё.

— Возможно, — ответил Рейнар. — Но прежде я бы попытался узнать, что именно Зоряна собиралась там сделать после своего возвращения.

Посмотрела на него.

— Вы знаете?

— Нет. Но она оставила кое-что перед тем, как покинула Иарас.

После этих слов уже невозможно было отвести от него взгляд. Рейнар подошёл к шкафу в дальней части кабинета и открыл нижнюю дверцу.

— Тогда я не понимал, зачем она велела хранить это. Сейчас, думаю, вещь наконец дождалась того, кому предназначалась.

Рейнар выпрямился, держа в руках небольшой свёрток, обёрнутый потемневшей от времени тканью. Судя по тому, с какой осторожностью он положил его на стол, внутри находилось нечто куда более важное, чем размер позволял предположить.

— Зоряна передала это мне перед отъездом, — сказал он, развязывая выцветший шнур. — Тогда я спросил, почему вещь, которая явно принадлежит ей, должна остаться в Иарасе. Ответила она довольно странно: на корабле хранить её нельзя.

Под тканью оказался круглый каменный диск размером с ладонь. Тёмная поверхность была испещрена тонкими линиями, которые пересекались, расходились и снова сходились, образуя рисунок, удивительно похожий на переплетение нитей.

Рука сама потянулась ближе, но прежде чем прикоснуться, посмотрела на Рейнара.

— Можно?

— Теперь он ваш.

Камень оказался холодным, хотя в кабинете было тепло. Стоило взять его в ладонь, как по пальцам прошла слабая дрожь, а несколько линий на поверхности едва заметно посветлели.

— Прапра и тут решила обойтись без объяснений, — пробормотала, поворачивая диск. — Вы знаете, что это?

— Нет. Она лишь попросила сохранить его, и передать следующей хозяйке, если тот когда-нибудь снова появится в Иарасе без неё.

Слова заставили поднять голову.

— Именно так и сказала? Следующей хозяйке?

— Почти дословно. Я тогда решил, что Зоряна просто допускает возможность передать корабль наследнице. После её исчезновения эта просьба стала звучать иначе.

Провела пальцем над одной из линий, стараясь не касаться рисунка. Где-то уже видела похожее. Не сам знак, скорее принцип: переплетение тонких полос, соединённых в нескольких местах.

— В записях Зоряны есть нечто похожее, — сказала, протягивая диск Арвену. — Среди схем ритуалов. Только там рисунки неполные.

Арвен осмотрел камень с обеих сторон, после чего вернул мне.

— Возможно, это часть той же системы обозначений.

— Или ключ, — тихо произнёс Эмрис.

Посмотрела на него.

— Почему ты так решил?

— Потому что Зоряна оставила его здесь намеренно. Если бы это была просто запись, она могла спрятать её на корабле вместе с остальными. Значит, ей было важно, чтобы эта вещь находилась отдельно.

Рейнар кивнул.

— Было ещё кое-что. Когда я спросил, зачем столько предосторожностей, она сказала: «Если понадобится, корабль сам приведёт того, кому следует это забрать».

От этой фразы стало неуютно.

Прапра опять оставила след, рассчитывая на корабль больше, чем на собственные объяснения.

До ужина мы успели ещё раз пройтись по старой карте, сверить дорогу и договориться, что утром Рейнар даст нам проводника до той границы, за которую демоны предпочитали не заходить. Дальше вести нас он физически не сможет, а потому Арвен забрал копию старой схемы местности и несколько пояснений к ориентирам.

За столом разговор постепенно стал спокойнее. Рейнар больше рассказывал о дорогах и местности, Леарон уточнял, где можно пройти быстрее, Арвен спрашивал о старых тропах, а мои мысли всё равно то и дело возвращались к диску, лежавшему в сумке.

Когда покидали дворец, над Иарасом уже зажглись огни.

Город вечером оказался совсем другим. Дневная жара отступила, с тёмных скал потянуло прохладой, в окнах появились золотистые огоньки, а над улицами иногда пролетали демоны, легко опускаясь на балконы или крыши. Где-то закрывали лавки, у одного дома спорили сразу несколько голосов, пахло горячими специями и свежим хлебом.

После всего услышанного обычная жизнь вокруг казалась странно успокаивающей.

Эмрис шёл рядом и некоторое время молчал. Его рука изредка касалось моей, а потом ладонь легла на поясницу, будто это давно стало привычкой.

— Ты помнишь хоть что-нибудь из того места? — спросила наконец.

Он понял, о чём речь, сразу.

— Обрывками. И даже не уверен, что это воспоминания. Скорее ощущения.

— Какие?

Эмрис задумался, выбирая слова.

— Давление. Холод, хотя не думаю, что там действительно было холодно. И ощущение, будто всё вокруг тянет в разные стороны. Потом голос Зоряны. Дальше уже помню лучше.

Несколько шагов прошли молча.

— Рейнар говорил о выбросе силы именно тогда, когда ты оказался здесь, — произнесла, глядя на освещённую дорогу впереди. — И Зоряна вернулась оттуда, впервые заговорив о тени.

— Ты думаешь, между нами есть связь?

— Думаю, что вы появились после одного события. Это факт. Всё остальное пока только догадки, и делать из тебя часть тени исключительно потому, что время совпало, я не собираюсь.

Эмрис посмотрел на меня, и пальцы на пояснице слегка сжались.

— Рад слышать.

— Но если завтра что-нибудь почувствуешь, даже если покажется мелочью, скажешь сразу.

— Скажу.

После недавнего разговора это простое обещание почему-то значило особенно много.

На корабль вернулись поздно. Тайтар встретил нас на палубе и, увидев карту под рукой Арвена, сразу понял, что коротким рассказ не получится. В итоге разбираться с новостями отправились на кухню, где Арвен разложил перед оставшимися эльфами старые схемы и начал объяснять, что удалось узнать.

До конца досидеть не смогла.

Усталость за день накопилась такая, будто это я таскалась по запретным местам вместе с Зоряной, а не слушала чужие воспоминания. Оставив Арвена отвечать на вопросы Тайтара, поднялась к себе.

Горячая вода немного привела в чувство. Потом достала восстанавливающее зелье, капнула в стакан совсем немного и выпила, чувствуя знакомую терпкую горечь.

На столе лежал каменный диск.

Несколько минут рассматривала его, вспоминая Рейнара и Зоряну, которая когда-то вернулась из неизвестного места напуганной собственной ошибкой, но всё равно продолжила искать способ её исправить.

Раньше прапра слишком часто представлялась мне женщиной, которая знала ответы заранее и всегда понимала, что делать дальше. Теперь этот образ понемногу менялся. Она искала решения, ошибалась, пыталась исправить сделанное и, судя по оставленным следам, всерьёз боялась однажды не успеть.

С этими мыслями и легла, позволив усталости наконец взять своё. Сон уже начал затягивать, когда рядом прогнулась постель и со спины пришло знакомое тепло. Открывать глаза не стала, лишь нащупала под одеялом руку Эмриса, переплела наши пальцы и придвинулась ближе, окончательно проваливаясь в сон.

А утром сквозь остатки сна почувствовала знакомое мерное покачивание и вскоре поняла, что корабль уже покинул Иарас. Где-то наверху приглушённо шелестели паруса, по стенам проходила едва ощутимая дрожь, но вставать всё равно не хотелось.

Эмрис ещё спал, обнимая меня со спины, и несколько минут можно было просто полежать рядом, никуда не торопясь. После вчерашнего разговора с Рейнаром мысли всё равно возвращались к Зоряне, тени, старым картам и тёмному диску, оставленному прапра. Совсем скоро со всем этим предстояло разбираться, а пока хотелось лишь немного продлить редкое спокойное утро.