— Ну и шум, — фыркнула я, придерживая сумку с зельями. — В следующий раз давай сварим суп из воздуха. Тише будет.

Эмрис хмыкнул:

— Да брось. Ты же любишь людей. Ну, или, по крайней мере, смотреть, как они носятся, словно куры с отрубленной головой.

Я собралась что-то ответить, но взгляд сам собой зацепился за фигуры, которые явно не были похожи на местных жителей.

Высокие. Нереально высокие. Мужчина и женщина. Оба стройные, с лёгкой, почти невесомой походкой, словно шли по воздуху, а не по грязной мостовой. Волосы — серебристые, и у обоих такие длинные, заостренные уши, что даже самый рассеянный торговец не перепутал бы их с людьми.

— Эмрис, — шепнула я, дёрнув его за рукав. — Это… эльфы?

Он, скосив взгляд, лениво улыбнулся:

— Поздравляю. Ты только что заметила самое очевидное в мире. Конечно эльфы! Видишь, как люди таращатся? Для большинства из них это событие недели.

И правда — исподтишка оборачивались, кто-то даже присел, будто желая взглянуть на них снизу вверх. Эльфы же не обращали ни малейшего внимания — они шли с таким видом, словно весь этот рынок был создан только для их прогулки.

Я же открыла рот, чтобы спросить ещё что-то, но тут толпа внезапно зашевелилась, словно вода перед лодкой. Люди начали расступаться, торопливо отодвигаться к лавкам и сворачивать в переулки.

Я обернулась — и сердце у меня ухнуло в пятки. Огромная фигура двигалась прямо по центру улицы. Зелёная кожа, широкие плечи, клыки, блеснувшие из-под нижней губы. Он был выше эльфов — настоящий исполин, от которого веяло силой и опасностью.

— Это… — я сглотнула.

— Орк, — спокойно закончил за меня Эмрис. — И судя по выражению его лица, он либо спешит за покупками, либо ищет, кого впечатлить своим топором.

— У него есть топор?! — я дёрнулась.

— Пока не вижу. Но он у них как часть гардероба. Как у тебя фартук… на кухне, — невозмутимо ответил фамильяр.

Я изо всех сил старалась выглядеть так, будто не таращусь на зеленокожего, хотя ноги сами хотели унести меня подальше.

— Отлично, — пробормотала под нос. — Значит, в этом городе встречаются не только эльфы, но и орки. Замечательно. А я думала, что жизнь и так достаточно интересна.

Корабль где-то позади уже казался почти родным, тихим, спокойным. Но отступать было нельзя — мне нужны были припасы, а для этого нужно было найти покупателя для моих зелий.

Я глубоко вдохнула и выпрямила плечи.

— Ладно, пошли искать лавку.

Эмрис кивнул, и шутливо склонившись, уступил дорогу, намекая на то, что я тут главная. Ну что ж, пусть будет так.

Дорогие мои Если история вам нравится, буду очень рада вашей ⭐ А чтобы не потерять книгу и не пропустить новые главы, добавляйте её в библиотеку 📚 И подписывайтесь на автора, чтобы не пропустить новые истории и новости ✨

Спасибо, что читаете!

Мы пробирались сквозь толпу, пока шум не стал стихать, и наконец я заметила небольшую лавку с кривоватой вывеской, где было написано «Травы и настои госпожи Лирсы». Выглядела она скромно: прилавок, заставленный пучками сушеной мяты, зверобоя и ещё каких-то трав, которые я, скорее всего и не знала вовсе. За прилавком сидела сухонькая женщина с цепким взглядом и руками, явно привыкшими перебирать корни и баночки.

— Может, найдём что-нибудь… менее подозрительное? — прошептала я, поворачиваясь к фамильяру.

— Подозрительное? — Эмрис вскинул бровь. — Велена, мы и сами выглядим так, что не каждый решиться иметь с нами дело. Так что, давай… делай первый шаг. Иначе, всё будет впустую.

Ладно. Собравшись, глубоко вдохнула и, сделав несколько шагов, подошла к лавке, сразу же ставя сумку на прилавок.

— Добрый день, госпожа, — пришлось буквально выдавить из себя это обращение. — Я… занимаюсь травами. И кое-что умею готовить, — договорила я, выуживая из сумки несколько простых зелий: от головной боли, чесотки и расстройства.

Женщина за прилавком — госпожа Лирса, как значилось на вывеске — смерила меня взглядом. Таким, будто просвечивала меня до костей. Потом молча взяла первую выставленную баночку, сняла крышку, понюхала и едва заметно кивнула.

— Чисто, — сказала она. — Сильнее, чем у здешних травниц выходит. Сколько хочешь?

Я замерла. Вот тут-то и началась моя беда: торговаться я умела так же, как летать без корабля. Да и цен местных не узнала. Вот же…

— Эм… ну… немного, — пробормотала, озвучивая, как мне тогда казалось, нормальную цену.

Эмрис так выразительно закатил глаза, что мне захотелось наступить ему на ногу. Но госпожа Лирса не спорила. Наоборот, аккуратно проверив каждый пузырёк, убрала их с прилавка, тут же отсчитывая монеты.

— Приноси ещё. Особенно простые. Они всегда нужны.

— Спасибо, — выдохнула я, забирая сумку и монеты.

Мы отошли от лавки, и я не выдержав, повернулась к Эмрису:

— Что? Что ты так смотришь?

— Хозяйка, — он даже не пытался скрыть сарказм, — ты только что продала три хороших зелья по цене одного.

— Ну… я же не знала! — выдохнула я.

— Вот именно! Не знала. И не спросила. Ты — ходячая радость для любого торговца.

— А ты мог бы предупредить заранее. Но предпочёл просто улыбаться!

Я бы с удовольствием запустила в него сумкой, но тут наш путь пересекла лавка с продуктами. Я взяла немного хлеба, сыр, сушеные ягоды и кусочек вяленого мяса. Когда торговец объявил цену, я побледнела.

— Да чтоб тебя… — прошептала я, отдавая чуть ли не половину только что заработанных монет. — Я же думала, этого хватит на неделю!

Эмрис, конечно же, фыркнул.

— Учись, хозяйка. Торг — это искусство.

Я уже открыла рот, чтобы съязвить, но взгляд зацепился за белоснежное здание через улицу. На вывеске витиеватыми буквами красовалось: «Салон красоты и вечной молодости “Лик”».

— О, — выдохнула я. — Вот где мои зелья красоты могут пригодиться.

— Ха! — усмехнулся Эмрис. — Смотри-ка, хозяйка уже учится.

К салону сразу идти я не решилась. Опыт с лавкой показал, что цены здесь пляшут так же бодро, как местные мальчишки в уличных играх, и лучше сперва всё разведать.

Мы двинулись вдоль торговых рядов, где воздух звенел от выкриков продавцов, пахло горячим хлебом, дымом и мокрой шерстью. Я прикидывала цены на продукты и вещи, останавливалась у лавок, щупала ткань, слушала чужие разговоры. Всё это было нужно, чтобы понимать — чем и как тут живут, и чего стоит наше наследство в пузырьках.

Ну и, конечно, нельзя было не учитывать тот факт, что мой фамильяр ходил в одних только штанах и рубашке, которые нашёл на корабле. На фоне местных жителей он выглядел… скажем так, чересчур. Слишком высокий, слишком смазливый, слишком уверенный в себе. В общем, воплощённая приманка для лишних взглядов. Так что одеть Эмриса тоже входило в мои ближайшие планы, иначе ещё подумают, что я веду за руку сбежавшего актёра из передвижного балагана.

Примерно прикинув, сколько нам понадобится денег хотя бы на базовые покупки, я наконец решилась свернуть в сторону белоснежного здания с витиеватой вывеской: «Салон красоты и вечной молодости “Лик”».

Но стоило сделать несколько шагов, как меня отвлёк шум.

По площади пронёсся русоволосый мальчишка, прижимая к груди наливное яблоко, явно добытое не слишком честным путём. Следом за ним с руганью и багровым лицом нёсся торговец, размахивая руками и грозно крича. Толпа тут же оживилась: кто-то хохотнул, кто-то подбодрил мальчишку, а кто-то — наоборот, прокричал проклятья в сторону ловкого воришки.

Я, дурочка, замерла на миг, чтобы посмотреть, как ловко мальчишка лавирует между людьми. И именно в этот момент врезалась во что-то твёрдое и неподвижное, как стена. Только эта стена оказалась живой.

Сильные руки перехватили меня за талию и удержали от падения. Моё лицо уткнулось в тёплую грудь, а пальцы — да, мои собственные пальцы! — легли прямо на кожу. На голую кожу!