Сегодня всё было иначе.

Большой стол. Горячий завтрак. Чашки, которых хватило каждому.

И почему-то именно сейчас пришло тихое, почти неуловимое ощущение, что корабль радуется вместе со мной.

Кажется... он тоже почувствовал, что нас стало больше.

— Не стоит заставлять его стараться напрасно, — улыбнулась, первой потянувшись к ещё тёплому хлебу. — Думаю, если корабль решил нас накормить, будет не слишком вежливо отказаться.

Будто только этого все и ждали, кухня сразу ожила.

Тайтар, не изменяя себе, придвинул к себе блюдо с мясом и довольно хмыкнул, словно именно его и надеялся увидеть на столе. Эмрис, напротив, без особого интереса окинул угощение взглядом, зато почти сразу утащил небольшую плошку с мёдом и, заметив, что я наблюдаю за ним, невозмутимо пожал плечами.

— Что? Организм требует сладкого.

Отвечать не стала. Лишь отвела взгляд, давая понять, что всё ещё не готова разговаривать.

Улыбка медленно сошла с его лица. Больше Эмрис не пытался нарушить повисшую между нами неловкость и молча занялся завтраком.

Арвен тем временем с любопытством наблюдал за происходящим. К еде он не притрагивался, словно по привычке ждал, пока это сделает кто-нибудь другой.

— Не отравлено, — буркнул Тайтар, заметив его замешательство. — Я уже проверил.

По кухне прокатились негромкие смешки.

Арвен тоже улыбнулся и наконец взял ломоть хлеба.

— Привычка, — спокойно пояснил он, встретившись со мной взглядом. — Прежде чем сесть за стол в незнакомом месте, нужно убедиться, что хозяин действительно приглашает разделить трапезу.

— Поверь, — тихо ответила я, — если бы корабль не хотел видеть вас здесь, вы бы до этой кухни просто не дошли.

После этих слов разговор неожиданно потёк сам собой.

Кто-то из эльфов негромко переговаривался с товарищами на родном языке. Я не понимала ни слова, но сама речь звучала удивительно мягко, словно лесной ручей, бегущий между камней. Иногда один из них что-то произносил, остальные тихо смеялись и снова возвращались к еде, понимая друг друга с полуслова.

Наблюдая за ними, поймала себя на неожиданной мысли.

Ещё несколько дней назад, стоя на палубе, видела перед собой одинаково опасных воинов с луками и мечами. Теперь же замечала совсем другое. Один, совсем молодой на вид, с неподдельным интересом рассматривал всё вокруг, боясь пропустить хоть малейшую деталь. Второй ел неторопливо, больше слушая остальных, чем участвуя в разговоре. Самый старший время от времени бросал взгляд в иллюминатор, не переставая следить за тем, что происходит за бортом.

И вдруг стало совершенно очевидно... Передо мной сидел не безликий отряд. А двенадцать совершенно разных существ, которых объединяло лишь одно — они сделали тот же выбор, что и Арвен.

— Кстати, — как бы между прочим произнёс Эмрис, намазывая мёд на хлеб. — Пациентов я уже проводил.

Подняв на него глаза, молча ждала продолжения.

— Ушли довольные. Травница столько раз благодарила, что я уже начал переживать, не попросится ли она обратно. А шаман...

Он ненадолго задумался, словно и сам до сих пор не верил в услышанное.

— Представляешь, даже извинился.

Тайтар недоверчиво хмыкнул.

— Не верю.

— Я тоже сначала не поверил, — совершенно серьёзно согласился Эмрис. — Даже переспросил. Вдруг послышалось.

По кухне прокатился тихий смех.

Даже Леарон, до этого сохранявший привычную невозмутимость, едва заметно улыбнулся. А вместе с этой улыбкой исчезало и последнее напряжение, ещё совсем недавно разделявшее нас и новых гостей.

Наверное, именно так и рождается доверие.

Некоторое время завтрак продолжался без спешки. Кто-то переговаривался, кто-то молча допивал чай, а кто-то просто наслаждался неожиданным спокойствием. Постепенно кружки пустели, блюда заметно опустели, и лёгкая настороженность, с которой эльфы впервые поднялись на борт, почти растворилась.

Именно тогда Арвен неспешно достал из-за пояса кожаный тубус.

Аккуратно развязав ремешок, он извлёк несколько сложенных листов и развернул их прямо посреди стола.

Перед нами легла карта.

Испещрённая дорогами, условными обозначениями и короткими пометками, смысл которых пока оставался для меня загадкой.

Почти одновременно разговоры стихли.

Даже Тайтар перестал постукивать кружкой по столу, а Эмрис, до этого лениво крутивший в пальцах ложку, незаметно подался вперёд.

Домашняя атмосфера, ещё мгновение назад наполнявшая кухню, уступила место сосредоточенному ожиданию.

Арвен не торопился.

Дав каждому возможность рассмотреть карту, он медленно провёл пальцами по одному из обозначений и лишь после этого поднял голову.

За прошедшую ночь из его взгляда исчезло то настороженное недоверие, с которым он появился на пирсе. Теперь перед нами сидел не ищейка Мираэль, а воин, окончательно принявший своё решение.

— Вчера я рассказал лишь часть истории, — негромко произнёс он. — Остальное пришлось оставить на потом. Слишком многое зависело от того, поверите ли вы мне.

Ненадолго замолчав, Арвен перевёл взгляд на меня.

— Теперь мы сидим за одним столом. А значит, больше нет причин что-либо скрывать.

Его палец плавно скользнул по карте и остановился в её северо-восточной части.

— Вы считаете, что Мираэль охотится за Эиландиль.

Возражать никто не стал. Мы действительно были уверены именно в этом.

— И это правда, — спокойно продолжил Арвен. — Но лишь потому, что Эиландиль — всего лишь одна часть куда более страшного замысла.

На кухне воцарилась такая тишина, что отчётливо послышалось глубокое урчание корабля.

Невольно провела ладонью по краю стола. Почему-то именно сейчас показалось, что он тоже слушает. И чем сильнее под пальцами ощущалась едва заметная дрожь отполированного дерева, тем яснее становилось: сейчас Арвен расскажет то, что изменит наше представление обо всём, что происходило до этого.

Несколько долгих мгновений никто не произносил ни слова.

За окнами тихо плескалось море, где-то наверху поскрипывали снасти, а на столе между нами по-прежнему лежала раскрытая карта. Только теперь почти никто не обращал на неё внимания. Казалось, слова Арвена оказались куда важнее всех дорог, отметок и линий, которые ещё совсем недавно притягивали взгляд.

Эиландиль так и сидела рядом с Леароном, не поднимая головы. Он тоже молчал, и лишь напряжённые плечи выдавали, каких усилий ему стоит сохранять внешнее спокойствие. Никогда прежде не замечала в нём этой тяжёлой, почти болезненной настороженности. Обычно эльф производил впечатление человека, которого трудно выбить из равновесия, а сейчас словно ждал нового удара, заранее понимая, что избежать его уже не получится.

Арвен тоже не спешил нарушать тишину. Дав каждому время справиться с услышанным, он спокойно продолжил:

— Когда мы только начали искать закономерность, всё выглядело совсем иначе. Исчезновения происходили слишком далеко друг от друга, чтобы увидеть между ними связь. Где-то пропадал последний представитель старого рода, где-то погибал наследник семьи, о которой давно забыли, а иногда лучшие целители годами пытались понять природу странной болезни, не похожей ни на одну известную им хворь.

Постепенно перестала вслушиваться в каждое отдельное слово. Гораздо важнее становилось другое. Истории, ещё недавно казавшиеся случайными, медленно складывались в единую картину, и от этого внутри становилось всё холоднее.

Тайтар шумно выдохнул, отодвинул тяжёлый стул и поднялся.

— Не умею я долго сидеть, — пробурчал он, отходя к стене и привычно опираясь на неё плечом. — Продолжай.

Арвен лишь коротко кивнул.

Тем временем Эмрис без всякого стеснения придвинул к себе несколько исписанных листов.

— Надеюсь, не секретные? — мельком поинтересовался он.

— Уже нет.

— Тогда почитаю.

Устроившись прямо на краю стола, фамильяр принялся внимательно перелистывать записи. Иногда задерживался на каком-нибудь месте чуть дольше, хмурился, сравнивал между собой разные листы, но пока не вмешивался, позволяя Арвену спокойно закончить мысль.