Постепенно разговор перестал напоминать обычный рассказ. Арвен больше не говорил без остановки. Его то и дело останавливали вопросами, просили уточнить даты, имена или какие-то детали, и тогда он ненадолго задумывался, словно мысленно возвращаясь к событиям многолетней давности.

Усидеть на месте тоже не получилось.

Поднявшись, подошла к кухонному уголку. После утренней суеты пузырьки с настоями стояли совсем не так, как обычно. Машинально расставила их по привычным местам, поправила съехавшую набок связку сушёной мяты и только тогда почувствовала, что мысли понемногу перестают метаться. Простая, знакомая работа всегда помогала успокоиться, а сейчас это оказалось особенно кстати.

Когда вернулась к столу, Арвен как раз рассказывал о первых случаях той самой болезни.

— Поначалу никто не видел в ней ничего необычного, — говорил Арвен. — Люди слабели, теряли силы, начинали жаловаться на постоянную усталость. Со временем появлялись другие признаки, лучшие лекари лечили тело, но болезнь всё равно возвращалась.

Эмрис поднял голову.

— Потому что лечили не то.

— Именно.

По спине пробежал неприятный холодок.

Перед глазами один за другим возникли Варх, Лира, травница, шаман... До сих пор отчётливо помнила ту вязкую, липкую черноту, которую приходилось буквально вытягивать из них, ощущая, как она сопротивляется каждому движению. Тогда казалось, что столкнулась с неизвестной болезнью. Теперь же всё увиденное вдруг обрело совсем иной смысл.

— Выходит... всё это время она уже была рядом? — тихо спросила.

— Думаю, гораздо ближе, чем мы могли представить, — спокойно ответил Арвен.

Он не пытался нас напугать. Просто рассказывал о том, к каким выводам пришёл за эти годы, и, наверное, именно поэтому ему поверилось сразу.

В этот момент дверь кухни тихо приоткрылась.

Один из эльфов, выходивших на палубу, шагнул внутрь, коротко кивнул своему командиру и негромко доложил:

— Пока спокойно.

— Спасибо.

Воин так же бесшумно исчез за дверью, а вместе с ним будто растворилась и последняя надежда, что у нас ещё есть время. Никто не стал обсуждать этот короткий доклад. Всё и без того было понятно.

Разговор продолжился.

Арвен уже не столько делился своими выводами, сколько рассказывал о долгих годах поисков. Его люди собирали крупицы сведений по всему миру, поднимали старые архивы, расспрашивали случайных свидетелей, разыскивали разведчиков, которым удалось вернуться живыми. Каждая история сама по себе казалась обычным несчастьем, но стоило увидеть их рядом, как постепенно начинала проявляться закономерность.

— Мы долго ошибались, — признался он. — Искали связь в происхождении, потом в магии, затем в местах, где происходили эти события. Настоящий ответ всё это время находился совсем в другом.

Эиландиль медленно подняла голову.

— В крови?

— Да.

Арвен ответил без малейших колебаний.

— Тень не ищет самых сильных магов и не охотится за самыми влиятельными семьями. Её интересуют те, через кого древние линии крови ещё могут продолжиться.

На кухне вновь стало тихо.

Эиландиль медленно поднялась из-за стола и подошла к иллюминатору. Некоторое время она молча смотрела на спокойное море. Обычно его мерное дыхание помогало собраться с мыслями, но сегодня, скорее всего, даже бескрайняя водная гладь не могла принести ей покоя.

— Значит... ей нужно продолжение нашего рода?

Арвен поднял на неё спокойный взгляд.

— Думаю, именно так. Если мои выводы верны, тени нужна не ты сама. Её интересует возможность продолжить древнюю линию крови. Именно поэтому она столько лет не прекращала поиски, несмотря на неудачи.

Эиландиль ничего не ответила.

Леарон молча подошёл к ней. Его ладонь осторожно накрыла её руку, и она сразу переплела свои пальцы с его. Ни один из них больше не произнёс ни слова, но этого простого жеста оказалось достаточно, чтобы почувствовать, насколько тяжело далось им услышанное.

Отвести взгляд получилось не сразу.

Они ещё не знали того, что знала я, и именно поэтому каждое новое слово Арвена отзывалось внутри всё сильнее.

Молчание нарушил Эмрис.

— Тогда при чём здесь Велена?

Арвен спокойно встретил его взгляд.

— Именно этот вопрос не даёт мне покоя.

На несколько секунд он задумался, словно заново перебирая в памяти события последних недель.

— Всё это время мой отряд шёл по следу Эиландиль. Мы старались не только опережать поисковые группы Мираэль, но и незаметно сбивать их со следа, заставляя терять время. Для этого приходилось постоянно наблюдать за ними, понимать, что им известно, куда они направляются и какие приказы получают.

Он говорил так, будто вспоминал обычную работу разведчиков, в которой давно не осталось ничего необычного.

— Именно тогда я впервые понял, что далеко не все отряды ищут Эиландиль.

Тайтар поднял голову.

— То есть?

— Несколько групп двигались совсем в другом направлении. Они не расспрашивали местных жителей, не искали следов и не пытались выйти на чей-то путь. Их интересовало определённое место.

На кухне снова воцарилась тишина.

— Какое? — спросил Леарон.

— Этого мы так и не узнали, — спокойно ответил Арвен. — Достаточно близко подойти не удалось. Но однажды вечером мои люди услышали разговор одного из таких отрядов.

Он ненадолго задумался, словно вновь вслушиваясь в давно сказанные слова.

— Запомнилась всего одна фраза. «Она не должна прийти туда первой».

Даже Эмрис перестал листать записи.

— Тогда мне показалось очевидным, что речь идёт об Эиландиль, — продолжил Арвен. — Все предыдущие месяцы мы жили одной целью — опередить тех, кто шёл по её следу. Другого объяснения просто не существовало.

Он на мгновение замолчал.

— Но потом мы встретили вас.

После этих слов кухня словно замерла.

— Живой корабль. Целительницу, способную избавлять людей от того, что мы долгие годы считали неизлечимой болезнью. И тень, которая неожиданно изменила собственные правила.

Арвен медленно покачал головой.

— Эиландиль по-прежнему нужна Мираэль. В этом я не сомневаюсь. Но теперь мне кажется, что её поиски были лишь частью куда более сложного замысла. Именно после встречи с вами я впервые понял, что прежние выводы уже не объясняют всего, что происходит.

Внутри неприятно сжалось. Не потому, что Арвен пытался сделать меня центром этой истории. Совсем наоборот. Он лишь честно признался, что привычная картина начала рассыпаться, а вместе с ней появились вопросы, на которые пока не находилось ответов.

Эмрис задумчиво отложил записи.

— Если Мираэль всё это время искала не только Эиландиль, значит, она могла знать о чём-то ещё. О каком-то месте. О корабле... Или о том, что связано с Зоряной.

Имя прапрабабушки прозвучало неожиданно.

Будто кто-то случайно приоткрыл дверь, к которой до сих пор никто не решался даже прикоснуться.

— Возможно, — спокойно ответил Арвен. — Но здесь я уже не рискну делать выводы. Мне неизвестно, кто такая Зоряна и какую роль она могла сыграть во всей этой истории.

Легче от этих слов не стало.

Вернувшись к столу, медленно опустилась на стул. Перед глазами снова всплыли склеенные страницы старой тетради, тщательно выведенные линии ритуального круга и затёртая надпись, из которой удалось разобрать лишь одно слово — дар.

Слишком многое в последнее время начинало незаметно переплетаться между собой.

— Есть ещё одна причина, по которой я считаю происходящее необычным, — продолжил Арвен. — Всё это время Мираэль действовала удивительно последовательно. Осторожно. Терпеливо. Она умела ждать столько, сколько потребуется. Теперь же отрядов стало значительно больше, ошибки происходят всё чаще, а приказы отдаются так, будто времени почти не осталось.

Тайтар хмыкнул.

— Боится, значит.

— Похоже на то, — спокойно согласился Арвен.

Эти слова неожиданно изменили что-то в самом воздухе.