Улыбка появилась сама собой.

— Даже не думай, — раздалось рядом.

— О чём?

Эмрис протянул мне кружку и кивнул в сторону скамьи у стены.

— Искать себе ещё работу. Сядь и выпей.

— Я только посмотреть хотела.

— Знаю я это твоё «посмотреть». Сначала посмотришь, потом кому-нибудь поможешь, затем обнаружишь ещё троих больных, а через пару часов Тайтар будет нести тебя на корабль.

Пришлось взять кружку и послушно устроиться на скамье.

— Доволен?

— Безмерно. Осталось накормить тебя, и сегодняшний день можно считать удачным.

Отвар оказался тёплым и сладковатым. Сделав несколько глотков, почувствовала, насколько устала, хотя ещё утром была уверена, что после удачного лекарства смогу носиться по городу до ночи.

К нам подошёл отец той самой девочки. Дочь он держал за руку, и теперь она сама тянула его к выходу, явно устав от лечебницы куда сильнее, чем от болезни.

— Госпожа целительница, — мужчина остановился передо мной, немного смутившись. — Не знаю, как благодарить.

— Тогда не благодарите, — ответила, улыбнувшись девочке. — Лучше уведите её домой, накормите и дайте отоспаться. Сегодня никаких прогулок и приключений.

— А завтра можно? — тут же спросила она.

— Если будешь хорошо себя чувствовать.

Девочка довольно кивнула, а её отец вдруг сжал мою свободную руку обеими ладонями.

— Я думал, что потеряю её.

От его тихого признания защипало в носу. Хотелось сказать что-нибудь правильное, но подходящих слов не нашлось, поэтому просто накрыла его ладони своей.

— Берегите её.

Он кивнул и ушёл, а я ещё некоторое время смотрела им вслед, пока Эмрис не сел рядом, легко касаясь плечом моего.

— Ради этого стоило варить чан размером с Тайтара?

— Тайтар больше.

— Не говори ему. Пойдёт искать чан своего размера.

Я рассмеялась и допила отвар.

К вечеру лечебница заметно опустела. Самые тяжёлые оставались под наблюдением, однако лекарство действовало и на них, а сообщения из других районов приносили одно за другим: чернь отступала, новых тяжёлых случаев становилось меньше, целители справлялись.

Когда за окнами начал сгущаться вечер, в дверях появились Арвен и Леарон. За ними вошли ещё двое эльфов, заметно уставшие после целого дня в городе.

Арвен нашёл нас возле стола с последними пузырьками.

— Хорошие новости, — произнёс он, опускаясь на свободный стул. — Мы проверили гавань, постоялые дворы и места, где приезжие обычно не остаются незамеченными. Мои люди прошли остальные районы. Ищеек никто не видел.

Эмрис перестал закрывать пробкой очередной пузырёк.

— Значит, мы их опередили?

— Возможно, — Арвен потёр переносицу и устало выдохнул. — По крайней мере, признаков того, что Мираэль знает о нашем прибытии, мы не нашли. Это даёт нам немного времени, но задерживаться здесь дольше необходимого я бы всё равно не советовал.

Леарон придвинул себе стул и сел рядом.

— Город большой, людей много. Если кто-то из ищеек появится завтра, новости о живом корабле и целительнице они получат очень быстро.

— Тогда к завтрашнему дню местные должны справляться без меня, — сказала я. — Концентрата хватит с запасом, а дозировки у целителей есть.

Арвен кивнул.

— Значит, утром решим, когда уходим.

Спорить никто не стал. После сегодняшнего дня мысль о корабле, еде и собственной кровати казалась настолько прекрасной, что ради неё я была готова согласиться даже с эльфом.

Тем более город больше не нуждался в чуде. Теперь у него было лекарство.

Обратно к кораблю мы выбрались уже затемно. После целого дня в лечебнице город воспринимался совсем иначе: в окнах зажигались огни, из открытых дверей тянуло едой, где-то смеялись, переговаривались прохожие, и всё это казалось удивительно обычным после утренних очередей у лечебницы.

Наверное, именно этой обычности мне и не хватало.

Тайтар шагал рядом и время от времени поглядывал на меня так, словно ожидал, что где-нибудь по дороге обнаружится ещё один больной и меня придётся оттаскивать от него силой. Эмрис держался с другой стороны, не пытаясь завести разговор, но его плечо изредка касалось моего, и почему-то от этого становилось уютнее.

Чуть впереди шли Эиландиль и Леарон. Он держал её за руку, переплетя пальцы с её пальцами, а она что-то тихо рассказывала, иногда поворачивая к нему голову. После целого дня, проведённого порознь, они будто старались наверстать упущенное хотя бы этим простым прикосновением.

Я улыбнулась и тут же заметила другое.

— А где остальные? — спросила, поравнявшись с Арвеном.

Эльф понял, о ком речь, и спокойно ответил:

— Остались в городе. Я распределил людей между гаванью, постоялыми дворами и несколькими улицами, по которым чаще всего проходят приезжие. Если ищейки Мираэль появятся здесь, мне хотелось бы узнать об этом раньше, чем они постучат в дверь лечебницы и вежливо спросят, где найти ведьму с живым кораблём.

— Обязательно вежливо?

— Надеюсь. Иначе я разочаруюсь в их воспитании.

— Хорошо, что хотя бы один из нас верит в эльфийские манеры.

Арвен тихо усмехнулся, но больше к этой теме не возвращался.

На корабль добрались без приключений. После ужина все начали расходиться по каютам, и собственная кровать казалась мне лучшим изобретением всех разумных рас, когда в дверь негромко постучали.

На пороге стояла Эиландиль.

— Не спишь?

— Уже собиралась. Заходи.

Она прошла внутрь, прикрыла дверь и почему-то не стала садиться. Некоторое время поправляла манжету рукава, хотя та совершенно не нуждалась в её внимании, а потом подняла на меня глаза.

— Мне нужно, чтобы ты кое-что проверила.

Остатки сонливости тут же отступили.

— Что случилось? Тебе плохо?

— Нет. То есть... не совсем.

Подойдя ближе, взяла её за руку и усадила рядом с собой на кровать. Сердце уже ёкнуло от догадки, хотя виду постаралась не подать. Этот разговор должен был случиться рано или поздно. Просто всё это время ждала, когда Эиландиль сама придёт ко мне.

— Ты сейчас заставишь меня придумать десяток болезней, которыми совершенно точно не страдаешь. Рассказывай.

Она помедлила, собираясь с мыслями.

— Последние дни со мной что-то происходит. Быстрее устаю, иногда кружится голова, а сегодня утром запах жареного мяса показался настолько отвратительным, что пришлось уйти с кухни. Сначала списывала всё на дорогу и происходящее вокруг, но потом стала замечать и другие мелочи... — Эиландиль запнулась и тише добавила: — Велена, мне кажется, я знаю, что это может быть.

Вот теперь можно было перестать притворяться, будто не понимаю, к чему она ведёт.

— И поэтому решила наконец прийти ко мне?

— Наконец? — Она сразу насторожилась. — Подожди. Ты что-то знаешь?

Ну вот.

Кажется, эту часть разговора хотелось отложить ещё немного.

— Скажем так, у меня были подозрения.

— И ты молчала?!

— Эиландиль, это не та новость, с которой целительница должна однажды ворваться к женщине и радостно объявить: «Поздравляю!» Особенно если её никто не спрашивал.

Несколько секунд она смотрела на меня, а потом рассмеялась, прикрыв лицо ладонью.

— Иногда ты невозможная.

— Зато деликатная. Иногда.

— Тогда проверь. Я хочу знать точно.

Вот теперь шутить расхотелось. Попросив её устроиться удобнее, положила ладонь на живот и позволила магии мягко потянуться внутрь. Мне уже было знакомо это едва различимое присутствие, которое обнаружилось раньше, но теперь хотелось убедиться ещё раз, не оставляя места ни сомнениям, ни догадкам.

Ответ пришёл мягким тёплым откликом, подтверждая то, о чём знала уже некоторое время. Теперь сомнений не осталось.

Убрав руку, села рядом и улыбнулась.

— Ну что, Эиландиль... Похоже, тебе всё-таки придётся рассказать Леарону, что скоро вас станет трое.